Warm
Шрифт:
– Откуда вы такие чистенькие?
– спросил мужчина с крыши.
– Вам знать не надо, - ответил Игорь.
– Скажите, вы претендуете на весь склад или можете поделиться?
– он не стал пускаться в дипломатические условности.
– Это наше место и точка.
– А не обожретесь?
– А не ваша забота, что с нами станет. Не, реально, вы почему выглядите так, как будто появились из тех времен?
– Хорошие люди всегда хорошо выглядят, - ответил Артем.
– Ясно. Значит, мы полные мудаки. Уходите!
– А если мы все-таки
– Здесь многие продукты уже испорчены, а многие испортятся в ближайшее время, запастись впрок не получится.
– А много вас?
– Много.
– Какие-то вы странные, даже собаку не съели. Жируете. Вы что там, в ресторане были, когда это случилось?
– Нет, но ты почти угадал. Тебя как зовут?
– Дамир.
– Меня, Игорь. Слушай, Дамир, не надо устраивать разборки из-за этих запасов, не будь, как собака на сене.
– Я не собака. И эти припасы наши. Не нравится, попробуй отбери, - он перекинул кувалду из руки в руку.
Ситуация накалилась. Игорь предпочел потерять лицо, вместо конфликта. Судя по настрою, эти люди не привыкли делиться и готовы были потерять жизнь, лишь бы не уступить. Для нормального человека такое поведение казалось слишком нерациональным.
– Уходим, - сообщил он.
Отряд поддержал командира. Погружение в суровую действительность произошло внезапно, и они не были готовы к такому повороту. Однако, вместо того, чтобы повернуть назад, Игорь повел их в сторону центра города.
– Думаю, им будет интересно проследить, где мы окопались, поэтому хочу запутать следы. И вторая причина, я хочу дойти до оружейного магазина на Парковом проспекте. Биться на кувалдочках - не наш вариант. Мы должны обладать преимуществом.
Идея Игоря звучала умно, если только до оружейного магазина раньше них не добрались другие умники, желающие иметь преимущество. Но в целом, его предложение одобрили. В случае подобного конфликта, имея огнестрельное оружие, можно было заставить противника бежать от них без оглядки.
– Только если мы доберемся туда сегодня и решим разбирать завалы, а лучше всего начать это сразу, то придется оставаться с ночевьем. Наши начнут беспокоиться, - Сергей считался с чувствами своего многочисленного семейства.
– Знаешь, теперь каждый день будет доставлять беспокойство. Пусть привыкают, - ответил на его опасения Артем.
– Тебе хорошо, у тебя семья в другом городе и понятия не имеют, куда ты ушел, а мои все тут.
– Серый, вам повезло, как никому из нас, поэтому радуйся, что все твои здесь и есть кому за тебя волноваться.
После этого ответа Артема Сергей замолчал, осознав свою невероятную удачу.
Квазимода пресек попытки преследования. Он безошибочно учуял человека, идущего по следам. Ему устроили засаду, и напугали. «Шпион» обратился в бегство со всех ног. Пес побежал за ним следом и вернулся, всей осанкой показывая, что это он совершил героический поступок. В награду Квазимоде перепало немного еды.
– Задали мы им задачку, -
– Теперь будут голову ломать, откуда мы такие чистенькие и упитанные взялись.
– Выходит, люди все-таки сбиваются в группы, - заметил Денис.
– Не все прячутся.
– Так оно и должно быть. Постепенно все это поймут, а кто не поймет, умрут с голода.
– Или не дадут умереть от него остальным, - мрачно продолжил мысль Артем.
– Нам по-любому надо сделать так, чтобы у остальных сразу отпало желание бодаться с нами за припасы.
Денис представил, что ему снова придется кого-то убить. Перед глазами всплыло окровавленное лицо мертвого Шурика и его передернуло. Не будь этого случая в его жизни, он, может быть, и отнесся к идее зарабатывания авторитета среди выживших жителей Оренбурга с большим энтузиазмом.
Игорь заметил, как Денис передернул плечами.
– Ничего, всем страшно, но выбор у нас небольшой. Слабым и добрым придется туго.
– Я понимаю, но как-то так сразу..., думали же, на волю выбрались, а оказалось...
– Как раз воля так и выглядит, кто во что горазд. Прежде была не воля, а порядок. Пока он не восстановился, надо действовать по ситуации.
Денис пожал плечами, не желая пускать внутрь себя суровую реальность.
Отряд все время шел, держась от разлома в ста метрах. Ближе к центру он сужался до пятидесяти метров и мелел. Идти ближе было невозможно из-за оврагов и промоин, образуемых водной эрозией. Овраги росли быстро, расширяясь после каждого дождя. Разрушенные дома обваливались в них и уносились потоками на дно разлома, чтобы потомки ломали головы над тем, откуда в миллионолетней давности слоях находятся рукотворные предметы.
Квазимоду занесло в сторону разлома. Он коротко гавкнул и, не нюхая землю как обычно, наоборот, высоко подняв морду, направился к развалинам, готовым вскоре обвалиться в овраг.
– Квазиморда, назад!
– позвал его Артем.
Пес гавкнул в ответ, будто сказал «нет».
– Он точно что-то учуял, - решил Денис.
Квазимода забегал у развалин частного дома, вынюхивая, затем пригнулся и принялся лаять куда-то в землю. Отряд подошел. На самом деле среди развалин имелось отверстие, но в него могла пролезть только голова, не больше. Денис отогнал от него собаку и сам понюхал воздух, затем приложился ухом. Долго вслушивался, до тех пор, пока глаза не округлились от удивления.
– Там ребенок плачет, - произнес он.
– Не выдумывай, - Игорь отстранил Дениса, чтобы послушать самому.
Он с минуту прислушивался, то левым ухом, то правым, наконец, поднялся и вздохнул.
– Черт! Давайте инструмент.
Уйти, бросив ребенка на произвол судьбы, как бы это не мешало первоначальным планам, не возникло даже мысли. Дом был кирпичным. Разрушенные стены хорошо поддавались ударам кувалды. Вскоре проход раздали до таких размеров, что в него можно было опуститься всем корпусом. Плач раздавался из-под пола, значит, ниже был еще один этаж или подвал.