Warm

Панченко Сергей Анатольевич

– А чем кормить их? Сами-то они не прокормятся. Даже не знаю, кому бы я пожелал оказаться в живых. Мошкару не жалко, а зайчиху жалко.

Обычно такие разговоры велись во время послеобеденного перерыва, либо перед сном. Они были нужны, чтобы не развивалось ощущение безысходности, обреченности, полного одиночества. А иногда, жителям Зарянки в самом деле казалось, что они единственные уцелевшие люди на планете.

Четыре дома из так называемой «первой линии» накрыли крышами, заделали окна. В каждом доме жила пара: Харитон-Лукерья, Гурьян-Фекла, Гордей-Забава, Александр-Аглая. Как все и предвидели между

бывшим боссом и администратором его актива появились чувства. Александр некоторое время стеснялся этого, в основном из-за разницы в возрасте, но постепенно принял и отдался семейной жизни с полной отдачей, как обычно отдавался любимому занятию.

Только Вторуша, не особо переживающий отсутствием пары ночевал, где придется, до тех пор, пока ему восстанавливали дом. Гордей предложил ему сменить имя на Первушу, чтобы обмануть жизнь, но тот уже не воспринимал себя никем, кроме Вторуши, а Гурьян вообще, прозвал его омега-самцом.

В принципе, в Зарянке установился статус кво, все чувствовали себя в имеющемся положении полноценными. Однако, от необходимости изучать изменившийся мир вокруг, это обстоятельство никак не освобождало. Прилегающую территорию надо было изучать, чтобы на будущее иметь представление о том, на что можно рассчитывать в случае каких-то проблем. В первую очередь - голод, во вторую - всё остальное.

Нужна была серьезная экспедиция с пробегом на двести-двести пятьдесят километров. Готовиться к такому путешествию стоило самым серьезным образом. Нужна была крепкая обувь, какие-то средства для укрытия от дождя, и даже громоотвод, оружие, сумки или даже тележка или сани, чтобы волочить добытое добро.

Через неделю подготовки и бесконечных обсуждений деталей разной важности для экспедиции были подготовлены усиленные кожаной стелькой лапти. Планировалось надевать их только при движении по железнодорожной насыпи, чтобы не поранить ноги об острый щебень. До нее можно было спокойно идти босиком. Вообще, первая экспедиция планировалась только по насыпи, единственному пути, по которому можно было идти, не боясь потеряться, не боясь попасть в грязевую ловушку и зная наверняка, какие населенные пункты могут ждать по пути.

Для защиты от дождя сделали полог размером два на два метра, пропитав его трансформаторным маслом, добытым из трансформатора в поселке Забавы. Полог, на всякий случай сконструировали с двойным назначением. Перевернув, в него можно было складывать добычу и нести вдвоем на плечах. Благодаря этому удачному решению отказались от других вариантов транспортировки вещей. Харитон выковал громоотвод, железный штырь, который во время грозы стоило втыкать подальше от своей стоянки. Так же у каждого имелась котомка через плечо, оставшаяся без изменений с тех давних пор.

Из инструмента взяли один лом, один топор и одну штыковую лопату, решив, что этого набора хватит для решения любой задачи. В экспедицию должны были идти Александр, Гордей и Гурьян. Харитон остался на хозяйстве, а Вторуша был его бессменным подмастерьем. Никто не думал ничего такого, но на всякий случай оставлять Зарянку без мужчин не хотелось. Женщины были солидарны с этим мнением.

Переждав три дня после сильной грозы, чтобы подветрило дорогу, группа ранним утром отправилась в первую серьезную вылазку. Накануне Александр насобирал паучков в погребе и закупорил

их в пустой консервной банке. На немое удивление друзей он ответил:

– Хватит уже мошкаре плодиться в неограниченном количестве.

Полчища насекомых еще не долетели до городища, но ждать этого осталось недолго. Пресечь их бесконтрольное размножение в теплых лужах обязаны были бережно собранные членистоногие.

Группу проводили до околицы. Женщинам не хватало только платочка, чтобы атмосфера прощания полностью напомнила картинную.

Путь до железнодорожной насыпи был хорошо известен и больше не таил сюрпризов. Бурлящие грязевые вулканы хоть и перемещались с места на место, но не выходили за определенную территорию. Их определяли безошибочно, даже под водой, накрывшей после очередного сильного ливня. Вулканы выдавал неприятный запах, пузыри сероводородного газа поднимались из-под воды. Вода и грязь из такого вулкана помогла скорее вылечить Забаву от нарывающих ожогов.

По хорошей дороге до насыпи дошли за три часа, хотя иногда уходило и до десяти. Миновали аномальную зону, из которой бил серный ангидрид, как решил Александр. По его словам, вода соединялась с этим газом вулканического происхождения, образовывая кислоту, которая в свою очередь притягивала атмосферную влагу, из-за чего над источником всегда висел туман.

– О чем нам это говорит?
– спросил Александр своих попутчиков.

В ответ ему было многозначительное молчание, умело скрывающее отсутствие ответа.

– Это говорит нам о том, что литосфера, то есть твердая оболочка планеты, находится сейчас в разрушенном состоянии. То есть, до катастрофы ее можно было считать почти цельной скорлупой, а сейчас это растрескавшаяся скорлупа, вот и сифонит снизу во все щели.

– А чем нам это может грозить?
– спросил Гурьян.

– Как я думаю, а я далеко не истина в последней инстанции, то особо ничем. В таком измельченном состоянии любые землетрясения будут быстро затихать, пока литосфера не запаяется и снова не станет твердой скорлупой. Вулканические газы, грязевые вулканы, спонтанные извержения гейзеров, вот, что нас будет беспокоить. Это мелочи и даже в какой-то мере полезные вещи.

– Можно обогреваться от гейзеров, - предложил Гурьян.

– Да что там обогреваться, баню надо ставить рядом с ними.

– А твои прогнозы, ваше благородие, насчет вулканической зимы не изменились?

– Вроде, нет. На дворе теплынь, как летом, хотя уже октябрь. Помните, четырнадцатого октября Покров день? Покров, Покров, покрой землю снежком, а меня женишком. Какой тут снежок?

– А может, надо было взять теплые вещи, ну-ка налетит снег?

– Фантазер ты, Гурьян, - укорил товарища Гордей, - откуда ему взяться, когда вся земля еще жаром пышет?

– А я почем знаю? Налетит, не спросит. Я даже не удивлюсь этому. Атмосфера-то закрыта пылью от солнца.

– Тут куча других факторов, Гурьян, температура поверхности, а также большое количество углекислоты в атмосфере могут нивелировать эффект вулканической зимы.

– Какие умные беседы мы ведем, - иронично произнес Гордей, - поедатели дождевых червей, а туда же.

– Ага, значит ты сторонник принципа, мы то, что мы едим? У нас теперь мозг может деградировать до надглоточного узла, как у червя?