Взрыв

Хантер Э. К.

Я не знала, почувствовала ли я облегчение от этого или нет.

– Почему? Не похоже, что Кай здесь, - сказал Раф, прочитав мои мысли о том, почему я не хотела танцевать.

– Да, но Майлз здесь. Он доложит Каю.

– И что?
– спросил Раф, приподняв бровь.
– Он ничего не сможет с этим поделать. Кроме того, я думал, ты злишься на него?

– Так и есть. Но...

– Тогда потанцуй со мной. К черту Кая, - сказал Раф, потянув меня за руку в сторону танцпола, прежде чем я успела толком подумать об

этом.

Хотя он был прав. К черту Кая. Если то, что я танцевала с другим мужчиной, причиняло Каю боль хотя бы вполовину меньше, чем мне, то так тому и быть.

Когда мы достигли середины танцпола, Раф схватил меня за бедра и притянул ближе к своему телу. Он положил одну руку мне на поясницу, почти так же, как делал всю ночь, но держал мою руку в другой. Я положила руку ему на плечо и сделала незаметный шаг назад, не желая прижиматься к нему слишком близко.

Пока он кружил меня по танцполу, я все время чувствовала на себе сердитый взгляд Майлза, и я чертовски хорошо знала, что он отчитается перед Каем, но мне было все равно. Чем больше я думала об этом, тем больше надеялась, что Кай разозлится из-за того, что другой мужчина поднимет на меня руки.

Так ему и надо, мать его так.

Когда заиграла следующая песня, я, прочистив горло, оглянулась через плечо.

– Извини, что прерываю, но мне нужно на минутку одолжить сына, - сказал Джорджио, нахмурив брови.

– Это не может подождать?
– Раф фыркнул.

– Нет, не может. Сейчас же, Раф, - ответил Джорджио, не оставляя Рафу возможности возразить, прежде чем исчезнуть так же быстро, как и появился.

– Я лучше пойду посмотрю, чего он хочет, - сказал Раф, разочарованно проводя рукой по лицу.
– С тобой все будет в порядке на несколько минут?

– Я уверена, что выживу, - ответила я, втайне радуясь возможности отдохнуть от него.

Раф взял меня за руку и увел с танцпола, ободряюще сжав ее, прежде чем исчезнуть в толпе.

Решив, что сейчас представилась возможность отлучиться в туалет, я повернулась, чтобы направиться в ту сторону, но тут же наткнулась прямо на твердое тело.

– Мы можем поговорить?
– спросил Майлз, встретившись со мной сердитым взглядом. Почему у него хватило наглости злиться, было выше моего понимания.

– Ни единого гребаного шанса, - прошипела я, мой темперамент ожил.

– Да ладно, Райли, ты не можешь злиться на нас вечно, - ответил он, изо всех сил стараясь говорить тихо и не привлекать внимания к неизбежному спору, который у нас был бы, если бы он, черт возьми, не оставил меня в покое.

– Хочешь поспорить?
– С этими словами я протиснулась мимо него, направляясь в сторону туалета. Он не остановил меня, но я услышала, как он выругался себе под нос, когда я пронеслась мимо.

Изо всех сил стараясь вспомнить, где находится ванная, я в конце концов нашла ее. Весь особняк Бьянки был великолепен,

и уборная не была исключением. Запирая дверь, я закатила глаза, проходя мимо гребаного дивана, который доминировал в комнате, а также трех раковин, прежде чем запереться в отдельной кабинке.

Несмотря на то, что с той минуты, как я согласилась на сделку с Каем, я жила в чертовски красивых местах, меня все еще поражало, сколько люди могли потратить на свои дома, когда прямо по дороге семьи жили в бедности. Я имею в виду, с какой стати им понадобились три раковины?

Погрузившись в размышления о том, насколько нелепым был этот дом, я позаботилась о делах и вернулась в главную ванную комнату, чтобы вымыть руки, только для того, чтобы застыть при виде мужчины, небрежно прислонившегося к ряду раковин.

В ту секунду, когда мой взгляд упал на него, мое сердце подпрыгнуло к горлу, а во рту пересохло. Кай сбрил бороду и подстригся. Он вернулся к тому, каким я его помнила, и, черт возьми, он был великолепен. На минуту я забыла, почему злилась на него, и всем своим существом захотела подбежать к нему и взобраться на него, как на дерево.

– Привет, женушка, - сказал он. Его голос вывел меня из ступора, в котором я пребывала, и я покачала головой, напоминая себе, что этот мужчина был первопричиной всей моей боли.

– Привет, лжец, - сказала я, направляясь к нему.

Я остановилась у раковины рядом с тем местом, где он стоял, и начала мыть руки, игнорируя его и отказываясь встречаться с ним взглядом. Чувство вины захлестнуло меня, когда я поинтересовалась, как долго он здесь. Черт, неужели он видел, как я танцевала с Рафом?

Он встал позади меня, достаточно близко, чтобы я чувствовала его присутствие, но недостаточно близко, чтобы он мог прикоснуться ко мне.

– Ты выглядела так, будто тебе было весело с Рафом, - сказал он, отвечая на мой невысказанный вопрос. Его глаза горели яростью, а нотку яда в голосе нельзя было не заметить.

– Что ты здесь делаешь, Кай?
– спросила я, игнорируя его заявление. Ничего хорошего не выйдет из обсуждения того, как мы с Рафом танцуем.

– Я уже говорил тебе, звезда. Мы не закончили. Я дал тебе время, и теперь ты идешь со мной.

Способность Кая быстро двигаться всегда удивляла меня. Он был такой единицей, что казалось невозможным, чтобы человек его габаритов двигался так быстро, но он двигался. Через несколько секунд он завел мои мокрые руки за спину и надел на запястья пару наручников.

– Какого черта, по-твоему, ты делаешь?
– я взвизгнула, встретившись с его взглядом в зеркале, взбешенная тем, что этот великолепный ублюдок ухмыляется мне. Паника, страх и гнев слились воедино, когда я попыталась высвободить руки из наручников, но все, чего мне удалось добиться, - это впиться металлом в кожу.