Взаперти
Шрифт:
— Не ври мне!
Только вот теперь в глазах начало мутнеть, и Эля изо всех сил стала глотать воздух, вцепившись в сжимающие её горло руки. А нелепые попытки принесли результат лишь тогда, когда Миронов резким движением разжал пальцы, заставляя брюнетку шумно выдохнуть.
Не сдерживаясь и теряя равновесие, Эля вмиг оказалась на коленях, держась рукой за горло и стараясь как можно быстрее восстановить дыхание.
— Я не вру... — наконец слетело с девичьих уст, — я просто отвлеклась на разговор. Я не вру...
Продолжая
— И что же это был за разговор? — странная смена его тона хоть и насторожила, но увиливать и оправдываться больше не хотелось.
— Про Париж... — томно выдыхая, она сейчас искренне желала оказаться там, на месте той девицы, судьба которой явно была более благосклонна к её жизни. И опустив голову, девушка машинально сомкнула глаза, сжавшись всем телом и с ужасом осознавая, до чего её довели всего лишь несколько дней, проведённых здесь.
— Значит, Париж... — с привычным издёвочным тоном повторив её слова, Миронов поднялся во весь рост, отходя к той самой тумбе, в которой, по всей видимости, хранился весь его арсенал.
Вот только кнута она на этот раз не почувствовала. А ощущения, признаться, были намного хуже.
Вокруг и без того растёртой кожи на шее сомкнулось кожаное кольцо, напоминающее ничто иное, как ошейник. А слабые руки снова ощутили его силу, когда он грубо поднял её на ноги, заставляя посмотреть в глаза.
— Я отвезу тебя в Париж...
Днём ранее
— Думаешь, этого не достаточно? — потирая саднящие запястья, Марисса медленно накинула халат, разворачиваясь к Даниэлю.
— Он не должен думать, что я тут с тобой любезничаю и занимаюсь исключительно оральными ласками... — речь мулата звучала хоть и грубо, но всё же с толикой вины.
— Ладно, я готова, — выдохнув, блондинка на мгновение зажмурилась, прежде чем по комнате эхом отдалась звонкая пощёчина.
— Прости...
— Я понимаю...
Стерев тыльной стороной ладони капельки крови с пухлых губ, Марисса стойко сглотнула ком подступающей боли.
— Лучше так, чем терпеть лично от него издевательства.
Один кивок со стороны блондинки плавно подвёл их незамысловатое свидание к концу, и Мэри обречённо зашагала к выходу, закрывая дверь и оставляя за собой последние слова Даниэля, оставшиеся лишь в пределах комнаты.
— Я люблю тебя...
Комментарий к На дворе — жара, в голове — ураган, в главе...я пока ещё не поняла, что.
Но надеюсь, каша в моих мыслях не сильно помешала всему вышенаписанному.
Спасибо, что ждёте и читаете.
Я вас люблю.
====== Часть 7 ======
— Может хватит этих унижений?
—
Оставив автомобиль на полупустой парковке, освещённой довольными яркими, противными глазу фонарями, Миронов, стараясь сохранять спокойствие, тащил озлобленную брюнетку за собой на поводке.
Шипя, спотыкаясь, хватаясь за тугой ошейник, но девушка всё же обречённо шагала следом, пока её взору не открылось огромное заведение, заставляющее на минуту поутихнуть.
Париж.
Именно эти буквы красовались на входе мерцающего огоньками здания.
— Чего встала? Топай!
Унизительно дёрнув кожаный повод, блондин уже более размеренным шагом направился ко входу, здороваясь за руку со шкафообразными охранниками.
Узкий коридор вывел пару к самому центру развлечений, и Эльвира, притаившись, тихонько осмотрела просторный зал, оснащёнными многочисленными столиками и несколькими шестами, как эпицентром всей зрелищности. Алкоголь в баре лился рекой, а крики изрядно подвыпивших клиентов уже давно перегнали фоновую музыку в шумном поединке.
— За мной.
Снова рывок с места. Снова сбитое дыхание из-за этого чёртового ошейника. И снова неизвестный путь, оканчивающийся возле красной двери.
— Не помешал? — войдя без стука, Глеб направился прямиком к сидящему в кресле мясистому мужчине, откинувшемуся в расслабленной позе под власть рук молоденькой массажистки.
— Ты мне не помешаешь, даже если эта крошка мой член будет надрачивать, — налысо выбритый мужлан до жути неприятно скалится, лениво поднимая левую руку и трогая молодую особу за грудь. — Проходи, присаживайся.
Заторможенно кивая в сторону стоящего напротив кресла, он похотливо проходится взглядом по съёжившейся за спиной Миронова Эле. Но стоит девушке испытать на себе всю грязь его глаз, как блондин вальяжно рассаживается на диване, приказывая ей занять место около его ног.
“Хуже и быть не может...”
— Что это за цветок? — а голос мерзкий, даже слишком. Как и вся его самодовольная зажравшаяся морда. — Очередной товар?
Мало того, что ей выпала честь усесться на колени возле своего “хозяина”, так теперь ещё и в денежном эквиваленте оценивают. Интересно, что ещё хуже этого может произойти?
— Очередная игрушка, — ухмыляется белобрысый, — пока на испытательном сроке. Посмотрим, куда приведёт дальнейшее поведение...
Опустив глаза на махровый ковёр, Эльвира изо всех сил старалась абстрагироваться, дабы не слышать этого показательного трёпа. Этого тона. Этого презрения ко всему живому. И отвлечение пыталась отыскать во всём. В шуме огромного, ласкающего слух камина. В едва уловимом пении ветра, который никак не хотел утихать за окном. И даже в ничтожно тихом стуке собственного сердца, ритм которого сейчас играл собственную мелодию.