Вызов

Видум Инди

— Ее еще впрыснуть нужно. Технология неотработанная, а тут такое прекрасное подопытное животное. Получится с ним — можно будет на базе под Камнеградом продолжить. Ее тоже чистить как-то надо. Такой гнойник под боком вызревает. Пора давить.

Я молча размышлял, не торопясь отвечать, и Валерон меня толкнул лапой и добавил:

— Пока ты думаешь, не вступает ли устранение преступника в противоречие с твоим пацифизмом, он готовит нападение на твоего брата. Вопрос: сколько покушений Лёня сможет пережить? Нет, разумеется, ему как будущему княжичу

такая тренировка полезна. Может, и не стоит тогда этого Охрютина трогать? Пусть влезает в кредиты, чтобы решить вопрос с соперником. Разорим его и отправим в долговую тюрьму.

— А разве скверники не должны доделать взятый на себя заказ, который провалили?

— Это была полностью идея Охрютина. Ему предлагали другой вариант, а он настаивал на этом — мол, естественная гибель получится, что ему и нужно. Никого не заподозрят, всё пройдет как нужно Щепкиной-старшей. А ему предлагали вариант исчезновения. Пропал человек — и всё. Чисто, удобно, беспроблемно. Но нет, ему нужно было изобретательно, чтобы похвастаться мозгами перед потенциальной тещей. Хотя какие там мозги? Так, курам на смех.

Я вздохнул.

— Ладно. Давайте испробуем на Охрютине укус. Не зря же я смонтировал 007 капсулы. Заодно можно будет понять, что и как дорабатывать, если что-то пойдет не по плану. И эвакуируй паучка сразу же.

Валерон исчез, только радостно тявкнул на прощанье, оставив меня разбирать принесенные им трофеи самостоятельно, что для него было нехарактерно. Над этой кучей я невольно почувствовал себя главой карманников, которому подопечные принесли добычу.

Глава 20

Странное происшествие случилось в доме Охрютина. Он беседовал с гостями, когда вдруг подскочил, закричал, что его укусили, и задергался в припадке. Приглашенный целитель смог лишь констатировать смерть.

Гости погибшего утверждали, что тот никак не мог избавиться от мелкой живности в своей квартире. Блохи, клопы и тараканы — бич многих домохозяйств. Один из гостей заявил, что видел огромного клопа, наверняка и убившего несчастного. Специалисты сходятся во мнении, что причиной смерти был не укус, а остановка сердца. Погибший был очень впечатлительным человеком.

Статью в газете я читал вслух, и Валерон, выплюнувший еще пачку ассигнаций по возвращении с дела, наслаждался каждым словом.

— Ага, целитель так и сказал: привиделось чего-то, испугался и помер, — подтвердил он. — Охрютин удачно успел приготовить деньги для платы за убийство Лёни, теперь туда не поедут. Потому что нет денег — нет выполнения задания. Мы, можно сказать, спасли твоего брата. От него теперь точно отстанут на то время, что наша Щепкина не будет подбирать жениха.

— Я думал, скверники удерут, не станут вызывать Охрютину целителя.

— Они и думали не вызывать, уйти потихоньку. Но лакей в комнату заглянул на хозяйский вопль, заорал, вот они и решили не

навлекать на себя подозрений. Хотя садиться на стулья не рискнули — версия об укусе тоже звучала. Они же утром на себе испытали болезненные укусы, вот и начали рассуждать, не умер ли Охрютин от чего подобного. Но деньги поискали, которые должен был подготовить Охрютин. Здесь им живность помехой не стала.

Валерон неодобрительно чихнул. Обворовать труп — что может быть хуже? Другое дело он, снявший компенсацию с тела поверженного врага.

— То есть полицию не вызывали?

— Как не вызывали? На труп же положено, — ответил Валерон. — Целитель яд не выявил, только остановку сердца.

— Какой-то странный целитель… Может, он решил, что эта троица уконтрапупила Охрютина, и опасался, что выскажи он предположение об отравлении — ляжет рядом?

— Может, и так. Но вряд ли. Лакей привел того, услугами которого пользовался Охрютин. Но Скверны у него не было, иначе бы я почуял.

— Скверна и целительство не сочетаются, — подал голос Митя.

— Что бы ты понимал, железяка, — возмутился Валерон. — В магии сочетается вообще всё со всем. Главное — знать как.

— Скверна — не совсем магия, и в случае с целительством вливается в целительские заклинания и вместо лечения убивает, — ответил Митя. — Я в книге читал. Поэтому целители никогда не берут Скверну. Или теряют навык целительства.

— В книге он читал. А за мной — практика, — продолжал разоряться Валерон, опасаясь за собственный авторитет.

Попробуй последний удержи, когда в чужих глаза ты выглядишь мелкой несерьезной собакой. Пришлось прийти на помощь обоим, высказав компромиссный вариант.

— Митя хочет сказать, что целитель может работать на скверников, не являясь носителем Скверны.

— А, это может, — успокоился Валерон. — Согласен, мне показалось, что они давно и хорошо знакомы.

— Тогда, выходит, другой целитель может яд обнаружить?

Валерон задумчиво почесал задней лапой за ухом, стимулируя воспоминания.

— Мне кажется, только очень опытный. Потому что в этом случае, целитель если бы что-то подозрительное заметил, той троице сказал бы, в отличие от полицейского, которого позвал лакей, чтобы зафиксировать смерть. А если бы не был замешан в делах скверников, сказал бы полицейскому. То есть он точно ничего подозрительного не узрел.

— Вариант, что он просто промолчал, тоже нельзя отбрасывать.

— Нельзя. Но при этом следы отравления должны быть столь мизерными, чтобы он всегда мог заявить, что ничего не заметил, понимаешь? Иначе вопросы возникли бы уже к нему. Внешних проявлений никаких не было. Пена не пошла, кожа не потемнела, из пор кровь не потекла — смерть была бы совершенно незрелищной, если бы не вопли подопытного. Вопил он громко, но недолго и немелодично.

Валерон тяжело вздохнул и укоризненно на меня посмотрел, как будто вариант отравления с красивыми внешними проявлениями был бы для нас куда приемлемее.