Выстрел в лицо
Шрифт:
— Как вы это выяснили? — поинтересовался Брунетти.
— Он оказался в нашей базе, синьор. Его несколько раз арестовывали под этим именем, но и под псевдонимами он несколько раз попадался. — Синьорина взглянула на Брунетти. — Я вот только никак не пойму, зачем он назвался настоящим именем, когда пошел в казино.
— Может, потому, что в отличие от нас они более тщательно проверяют документы? — улыбнувшись, предположил Брунетти. Не успев договорить, он понял, что так оно и есть
— Да обычный набор, — ответила синьорина. — На ранних стадиях карьеры — нападение, вымогательство, торговля наркотиками, изнасилование. А потом он стал работать на Каморру, — добавила она. — С тех пор его дважды обвиняли в убийстве, но оба дела так и не дошли до суда.
— Почему?
— В первом случае бесследно исчез главный свидетель обвинения. Во втором — свидетель обвинения отказался от своих показаний.
Да уж, подумал Брунетти, комментарии тут излишни.
— И где он сейчас? В тюрьме? — спросил он.
— Уже нет. Его освободили по программе помилования заключенных, хотя он провел за решеткой всего несколько месяцев.
— А за что сидел?
— Нападение.
— И когда вышел на волю? — поинтересовался Брунетти.
— Пятнадцать месяцев назад, — дала точный ответ синьорина.
— А где он с тех пор обретается, неизвестно?
— Известно, — возразила синьорина Элеттра. — В Местре.
— И чем он там занимается?
— Живет у своего дяди.
— А дядя чем занимается?
— Помимо всего прочего, держит три пиццерии: одну в Тревизо, одну в Местре и одну здесь, рядом с железнодорожной станцией.
— Помимо всего прочего?
— Он занимается перевозками. Его грузовики возят сюда фрукты и овощи с юга.
— А обратно они что везут? — заинтересовался Брунетти.
— Это мне не удалось выяснить, синьор.
— Понятно. Что-нибудь еще интересное про него узнали?
— Несколько раз его грузовики брал в аренду синьор Катальдо, — с совершенно безучастным лицом сообщила синьорина Элеттра. Можно было подумать, что имя Катальдо ей до этого ни разу не попадалось.
— Ясно, — протянул Брунетти. — Это все? — спросил он.
— Нет. Этот мафиозный племянник, Антонио… Ходят слухи, что у него бурный роман с синьорой Катальдо. — Голос синьорины вряд ли мог звучать еще более равнодушно.
Иногда синьорина Элеттра так раздражала Брунетти, что он с трудом держал себя в руках. Но сейчас он приказал себе успокоиться, вспомнив, как повел себя, оказавшись под перекрестным огнем флирта между Гуарино и синьориной.
— Первой женой или второй? — уточнил он.
— Второй, — ответила она и, подумав, добавила: — Всем, кто об этом знал, прямо-таки не терпелось на
— Что именно вам рассказали?
— Что он как минимум один раз водил ее в ресторан; мужа тогда в городе не было.
— Ну, это легко объяснить, — заметил Брунетти.
— Совершенно согласна, синьор. Учитывая то, что у синьора Катальдо и дяди Террасини общие деловые интересы.
Брунетти понял, что это еще не все; понял, что под конец синьорина приберегла совсем уж убийственные новости, но от вопросов воздержался.
Убедившись, что Брунетти не торопится ее расспрашивать, синьорина заговорила сама:
— Также его видели выходящим из ее квартиры. В два часа ночи. Вернее, выходящим из дома, где находится ее квартира.
— И кто же его видел?
— Жители этого дома.
— А откуда им знать, кто он такой? — удивился Брунетти.
— Тогда они еще не знали. Просто обратили на него внимание, как сделал бы любой человек, встреть он поздно ночью у себя в подъезде неизвестного мужчину. Пару недель спустя те же соседи застали синьору Катальдо в ресторане за ужином с тем самым мужчиной. Они подошли поздороваться, и ей не оставалось ничего другого, как представить своего спутника. Им оказался Антонио Террасини.
— И как вам удалось все это разузнать? — с напускной веселостью поинтересовался Брунетти.
— Я наводила справки о Катальдо. И люди делились заодно и этими сплетнями. Два разных человека.
— И почему всем так хочется распускать о ней сплетни? — задал Брунетти риторический вопрос. Голос его звучал нейтрально, и было непонятно, включает он синьорину Элеттру в категорию этих «всех» или нет.
Синьорина перевела взгляд за окно.
— Думаю, дело тут совсем не в ней, синьор, — сказала она. — Так всегда бывает, когда пожилой мужчина женится на юной девушке: народная мудрость гласит, что рано или поздно она его обязательно предаст — это всего лишь вопрос времени. Ну и то, что люди любят сплетничать, тоже нельзя сбрасывать со счетов. Особенно приятно злословить о женщине, которая всех сторонится.
— А она всех сторонится?
— Похоже на то, синьор.
— Ясно, — кивнул Брунетти.
На крыше церкви не осталось ни единой снежинки; Брунетти даже показалось, что он видит, как от черепицы поднимается вверх пар.
— Спасибо, синьорина, — поблагодарил он Элеттру.
Франка Маринелло и Антонио Террасини. Женщина, про которую, как ему казалось, он успел что-то узнать, и мужчина, про которого ему хотелось узнать еще больше. Кто тут на днях говорил, что Франка пыталась произвести на Брунетти впечатление? Паола, что ли?