Высшие цели. Грани судеб
Шрифт:
– Варлам, а куда мы все-таки идем?
– осторожно спросила Тамара, незаметно потирая потянутое запястье и ругая себя за неуклюжесть.
– К твоему Наставнику, - ответил мужчина.
– Скоро уже дойдем, немножко осталось.
– К кому?!
– Вот поэтому я молчал до последнего, - проворчал мужчина.
– К Наставнику. Ты же все равно ничего не помнишь. А зачем он тебя из мира выдернул - я не знаю, поэтому даже не спрашивай. Болит?
– он резко сменил тему, кивнув на руку девушки. Та нахмурилась и спрятала руку за спину:
– Нет, нормально.
– Куснув губу, спросила: -
– В смысле?
– не понял проводник.
– Ну, если этот мир реальный, то земной, получается, нет?..
– Вот глупость-то какая!
– искренне удивился мужчина.
– Все миры реальны. Абсолютно все. Просто все разные. Но во всех мирах жизнь абсолютно настоящая, не выдуманная и не игрушечная.
– А как же тогда получается, что там умер, а здесь живешь?
– Не знаю, - пожал плечами мужчина.
– Умрем - узнаем, наверное. Хотя, кажется, эта присказка есть и на Земле.
– А здесь можно умереть?!..
– оторопело переспросила Тамара.
– Ну, не в том смысле, в котором ты сейчас понимаешь...
– ответил Варлам.
– Здесь не умирают, здесь "уходят".
– Посмотрев на растерянное лицо девушки, проводник коротко объяснил: - Доходят до определенного уровня и "уходят", исчезают. Куда - никто не знает. Хотя некоторые потом возвращаются и становятся Наставниками, но у них что-либо узнавать бессмысленно - не ответят.
– А уровень, - Тамара устало потерла лоб, - уровень жизнями в других мирах повышают?
– Угу, - отозвался Варлам.
– Причем довольно часто приходится, иначе форму потеряешь и на месте застрянешь.
– И ты тоже?
– удивилась девушка.
– Ну да, - неопределенно ответил мужчина.
– Чем я от других-то отличаюсь?
О том, что он так же предпочитает Землю, выбирая на ней довольно сложные жизни, Варлам предпочел умолчать. Возложенная на него миссия "переправщика" отнимала слишком много времени, поэтому обучаться и поддерживать форму приходилось "скачками". Но это все-таки была необходимость, а не юношеский максимализм как у некоторых...
– Не забивай ты себе этим голову, - серьезно сказал он Тамаре.
– Тебе это сейчас вообще не нужно. Лучше смотри - вон деревня уже показалась, - он махнул рукой вперед, и девушка увидела, как распахнувшийся, словно ворота, лес обнажил черепичные крыши небольших аккуратных утопающих в зелени домиков.
Тропинка стала светлее и вскоре, выйдя из тенистых зарослей, влилась в добротную широкую золотисто-песчаную дорогу. По ее краям искрилась росой сочная зеленая трава, тут и там вспыхивали яркие пятна крупных луговых цветов, воздух полнился пряным, кружащим голову ароматом.
Сбежав вниз с небольшого пригорка, девушка первой прошла сквозь распахнутые, чисто символически обозначающие вход в деревню ворота. В обе стороны от них тянулся низенький светлый, видимо опоясывающий селение, деревянный забор.
В деревне было тихо, свежо и спокойно. Раннее утро еще не успело разбудить ее жителей, а привычных Тамаре домашних животных, здесь видимо не держали. По крайней мере, ни ожидаемого петушиного крика, ни звонкого собачьего лая, ни задушевного мычания коров, девушка так и не услышала.
– Как здесь хорошо!
– прошептала Тамара, поворачиваясь к проводнику. Они свернули на боковую стежку и теперь шли в сторону от центральной дороги, по небольшой обрамленной высоким кустарником аллее.
Варлам смолчал и криво усмехнулся. Помнится, в последний раз девушка отзывалась о деревеньке своего Наставника не так красочно - она и в сравнение не шла с расположенным неподалеку городом, но видимо для переоценки ценностей иногда хватает просто "замутненной" памяти.
– Ой, Кыши-инчик!!!
– восторженно закричала Тамара и побежала вперед по тропинке. Навстречу ей, издавая радостные повизгивающие звуки, несся глазастый, ярко-синий пушистый шар. В последний момент он коротко подпрыгнул на маленьких когтистых лапках и, взмахнув непонятно откуда появившимися треугольными полупрозрачными голубыми крыльями, рухнул прямо в объятья девушки. Лизнул ее в щеку длинным серебристым языком и громко протяжно заурчал. Прижимая животное к себе, Тамара обернулась к проводнику и стремительно побледнела.
– Что?
– обеспокоено спросил подошедший Варлам.
– А откуда я знаю, как его зовут?
– девушка покачнулась, едва не выпустив пушистый комочек, тот судорожно перецепился лапками, стараясь схватиться посильнее.
– И вообще - кто это?
– Тихо-тихо, - быстро отозвался проводник, видя, как в глазах девушки наравне с удивлением начинается плескаться страх, на всякий случай подошел к ней ближе.
– Это питомец твоего Наставника - бирюзовый кынч. Ты его вообще-то очень любишь. А знаешь, как зовут...
– мужчина озадаченно потер лоб.
– Я думаю, это побочный эффект врЕменного перехода. Такое случается иногда...
– Редко, - отозвался позади Тамары низкий хрипловатый мужской голос.
– Чаще всего - это специально оставленные фрагменты памяти.
– Алмар?
– удивленно прошептала девушка и повернулась в сторону звука. На нее внимательно с легкой прохладой смотрел пожилой, одетый в потертые штаны и широкую серую рубашку мужчина. Он был высоким и худым, в темных коротко остриженных волосах мелькала седина, но глаза были на редкость ясные - светло-зеленые с темно-серым ободком радужки. Холодные и проницательные.
– Он самый, - кивнул мужчина.
– А ты сейчас, кажется, Тамара?
– Да...
– оторопело ответила девушка. Наставника он вспомнила сразу и безукоризненно точно. В чем именно заключалась его роль в ее жизни, Тамара не знала, но чувствовала, что слушаться его нужно беспрекословно и лишних вопросов лучше не задавать. По крайней мере, сейчас, когда ощущение того, что она что-то натворила все усиливалось, а под холодным зеленым взглядом хотелось съежиться и провалиться сквозь землю.
– Тамара?..
– тихо и удивленно проговорил за ее спиной Варлам, и девушка запоздало поняла, что проводник, общаясь с ней, как с давней знакомой ни разу не назвал ее по имени.
– Алмар!!..