Высшие цели. Грани судеб

Евстра Евгения

– Святослав, - она предупреждающе подняла ладони, почувствовав, как медленно разгорается в нем злость.
– Я с лестницы слетела. В подъезде было темно, и я нечаянно оступилась.

– Мы ведь предупреждали тебя!
– с досадой сказал Святослав, после легонько потянул ее за руку: - Идем!

– Я не могу, Святослав, - замотала головой Тамара.
– Не хочу, чтобы вы видели. Пусть заживет немного.

– Ничего не заживет - у тебя район мертвый, здесь вообще ни капли энергии нет. Не удивительно, что, живя здесь, ты столько времени игнорировала знаки! А мне светиться с энергией до Совета нельзя, если назначат дополнительную проверку,

любое заклятие будет считаться как искажение магического расследования. Идем! Данила поможет, а не то шрам останется, - он потянул ее настойчивее, и Тамара, стараясь не показывать виду, как тяжело дается ей каждое движение, поднялась на ноги.

Рука у нее была ледяная - тонкая блузка явно не предназначалась для ночных прогулок. Святослав потянулся было к ней, намериваясь согреть, но девушка судорожно вздохнула и шарахнулась от него в сторону, как от чумного. Мужчина, склонив голову, хмуро посмотрел на нее, и Тамара, не поднимая глаз, попросила:

– Не надо ничего. Пожалуйста.

– Иди сюда, - сказал мужчина, но она только покачала головой.

– Тамара.

Она осталась стоять на месте, внутренне сжавшись в комок и отчаянно кусая нижнюю губу. Тогда Святослав сам тихонько шагнул в ее сторону и медленно, боясь снова испугать, притянул к себе, мягко обнимая и укрывая краями ветровки.

– Господи, Томка, ну что у тебя все время в голове!
– вполголоса сказал он, крепче смыкая объятья на худеньких дрожащих плечах: - Я тебе в жизни ничего плохого не сделаю.

Тамара судорожно всхлипнула и вдруг, удивляясь самой себе, разрыдалась, пряча лицо в ладонях. Одновременно выплеснулись наружу и боль, и страх, и отчаяние, и одиночество, годами копившиеся в душе.

– Ну, во-от, приехали, - баюкая ее как ребенка, тихо сказал Святослав.
– Нашла тоже мне из-за кого расстраиваться. Прошлое нужно оставлять позади. Если постоянно к нему возвращаться, оно начинает воплощаться в настоящее и закрывает дорогу будущему.
– Он поцеловал ее в макушку: - А у нас и без того проблем полно.

Домой они пришли только через пятнадцать минут. Мила, стоящая наготове с влажной тряпкой, чтобы протереть после прогулки лапы Алтаю, увидела Тамару и ошеломленно замерла. Идущий сзади Святослав нахмурился и сделал ей знак, чтобы она ничего не спрашивала.

Данила тоже не произнес ни слова, да они были и не нужны - он все понял и так, и почувствовал, едва Тамара подошла к двери. А вот девушка к нему пробиться так и не смогла - оборотень выстроил высокий, неподвластный ей заслон. Он осторожно осмотрел рану на ее скуле, хмуро покачал головой, обработал антисептиком и начал медленно, кончиками пальцев хаотично нажимать вокруг нее, заставляя края потихонечку сходиться.

Наконец тонкая полоса стала едва заметно светиться - собравшиеся от его прикосновений крохи энергии начали регенерацию.

– Будем надеяться, что шрама не останется, - наконец, сказал он.
– Показывай, чего там у тебя еще "самоударилось".

Тамара молча покачала головой - хватит уже вокруг нее прыгать, синяки заживут и так. В конце концов, сама виновата.

– Как скажешь, - пожал плечами оборотень.
– Тогда спать.

– Я не хочу, - ответила Тамара.

– Я не спрашиваю, - отозвался Даниил и прикоснулся кончиками пальцев к ее шее. Девушка удивленно вскинула бровь и попыталась отстраниться, но оборотень нажал чуть сильнее, и Тамара, совсем как тогда в лесу, потеряла способность сопротивляться.

– Я проснусь и убью тебя, - в полудреме пробормотала

она.

– Боюсь!
– фыркнул Данила и крикнул куда-то в сторону кухни: - Мила! Где вы с Тамарой будете спать - на кровати или на диване?

– По отдельности!
– тут же взбрыкнула девчонка.

– Подойди сюда, пожалуйста.

Через пять минут Святослав мягко уложил спящую дочь на одну сторону широкой кровати, а оборотень перенес Тамару на другую.

От взгляда Святослава не укрылась, как, прежде чем осторожно накрыть девушку одеялом, Даниил легонько прикоснулся к кончикам ее пальцев, и Тамара, пробормотав во сне что-то тревожное и неразборчивое - доверчиво потянулась за его движением и крепко, словно боясь потерять, сжала его ладонь. Оборотень тихо вздохнул.

– Это вовсе не то, о чем ты думаешь, Святослав, - не поворачиваясь, вполголоса сказал он.

– Я ни о чем не думаю, - ответил ему друг.

– Врешь, - отозвался Данила.
– Но может оно и к лучшему.

Глава 28

Тамара проснулась оттого, что мелко дрожащий Иней отчаянно пытался запихнуть озябшие лапки ей под бок. Из распахнутой балконной двери в комнату врывался исполненный холодной дождевой влагой ветер. Девушка поежилась - Мила почти стянула с нее легкое одеяло, свернувшись под ним на кровати в комочек. Тамара тихонечко села, уступая нагретое место коту, и огляделась. Даниил спал на неразложенном диване, подложив под голову полотенце, Святослав и вовсе - на брошенном на пол одеяле. Оба были все в той же дорожной одежде. Как, впрочем, и она - в мятой черной блузке и брюках.

Тамара фыркнула, и на цыпочках обойдя местный филиал ночлежки, закрыла дверь на балкон, мрачно обнаружив, что щеколда выломана с корнем и восстановлению не подлежит.

Алтай, мирно лежащий у Святослава в ногах, увидев девушку, встрепенулся и забил хвостом по полу, а заодно и по хозяину. Тот, не просыпаясь, привычно цыкнул на него и повернулся на спину. Пес, расценив это, как утреннее приветствие, радостно вскочил и с размаху хлопнулся передними лапами ему на солнечное сплетение, и как только хозяин дернулся, невольно сгибаясь, с чувством выполненного долга поскакал прямо по нему счастливо облизывать лицо.

– Твою мать...
– сдавлено прошипел Святослав, отпихивая пса.
– Алтай, фу! Спать!

Но какой там спать, пес загарцевал вокруг мужчины как ишак-переросток, бодро цокоя когтями по ламинату и хитро поглядывая на Тамару. Та попыталась пробраться мимо него на кухню, но пес ткнулся в ее руку и, не обнаружив вкусняшки, громко и обиженно фыркнул на всю комнату, а потом снова переключился на Святослава, сцапал его зубами за край футболки и дернул на себя.

– Да чтоб тебя!..
– мужчина хлопнул пса по носу, заставив отпустить обслюнявленную тряпку.
– Нельзя!

– Я предлагаю вам завести еще слона, - мрачно пробормотал Данила. Не открывая глаз, по-звериному щелкнул клыками на Алтая: - А ну тихо!

Пес плюхнулся задом на пол и ошеломленно посмотрел на оборотня. Такая наглость! Командует и командует! Но здесь ведь даже не его территория! Он упрямо склонил голову и зарычал, готовясь перейти в лай. Данила зарычал в ответ и по его тембру пес быстро понял, что сейчас с ним не станут играть или соревноваться, а просто укусят и все. И очень-очень больно укусят. Но сдаваться не собирался.