Высокое искусство
Шрифт:
Одновременно при таком искусственном дыхании Неговский пользовался, конечно, и переливанием крови, но тоже своеобразным способом.
Неговский вливал кровь не в вену, а в артерию – артерию руки. И не просто вливал, а с помощью так называемого аппарата Боброва нагнетал ее под довольно значительным давлением. Это обстоятельство играло важную роль.
Задача, которую ставил себе профессор Неговский, заключалась в том, чтобы заставить сердце сержанта работать. Сердце не может работать без снабжения кровью его собственных сосудов. Сержант потерял слишком много крови. Хотя ему уже сделали раньше одно переливание
Сердце скорее и лучше начнет работать, если его мышца будет быстро снабжена питанием. А для этого надо немедленно доставить питание непосредственно к самой мышце сердца.
Кровь, нагнетаемая в артерию руки, а оттуда в аорту, то есть совершающая путь, обратный своему естественному движению, захлопывала аортальные клапаны сердца.
Следовательно, она не могла попасть в полость сердца. Закрывшиеся клапаны ее туда не пускали, вследствие чего она шла прямо в коронарные артерии, которые отходят от аорты у самой стенки сердца. Это вот и достигалось давлением с помощью аппарата Боброва.
Коронарные сосуды представляют собой две небольшие артерии, опоясывающие сердце; они представляют собою сеть сосудов, питающих только мышцу сердца.
Переливание трехсот граммов крови именно в артерию и обязательно под давлением нужно было произвести для того, чтобы сразу же увеличить силы сердца, дать его мышце хорошие условия питания и вызвать первые сокращения, первые биения сердца, которые позволили бы быстро подвести кровь к мозговым центрам.
Вслед за введением крови в артерию Неговский тотчас же произвел переливание еще семисот граммов крови. Теперь переливание производили уже в вену, как обычно и делают при работающем сердце, чтобы увеличить во всей сосудистой системе количество циркулирующей крови и полностью заместить потерянную кровь.
Таким образом, первые триста граммов должны питать сердце, а последующие семьсот граммов – заполнить кровеносное русло.
Затем Неговский применил адреналин, этот могучий возбудитель деятельности сердца и кровеносных сосудов. Но применил его тоже своеобразно и очень активно. Он добавил раствор адреналина к тем тремстам граммам крови, которые были введены прямо в коронарные артерии сердца. Что еще сделал профессор Неговский?
Вспомним, что главная опасность, возникающая при остановке кровообращения, – это недостаток продуктов обмена. Кислородное голодание тканей – вот основная причина необратимости изменений клетки. У сержанта Черепанова, у которого в течение четырех минут сердце не работало, кислородное голодание подошло к той черте, когда возникла угроза биологической катастрофы клеток и тканей. Чем скорее начался бы «подвоз» кислорода, тем скорее устранилась бы возможность такой катастрофы.
Неговский к вливаемым в вену семистам граммам крови добавил некоторое количество перекиси водорода. Перекись водорода быстро отдает крови свой кислород. Неговский одновременно влил в кровь также сорокапроцентный раствор глюкозы. Глюкоза – очень хорошее питательное вещество.
Вот и всё, что успел сделать профессор за одиннадцать минут.
Как видите, никакого чуда не было. Были применены знания, воплощавшие в себе результат многих лет экспериментальных исследований.
Именно они вернули жизнь сержанту Черепанову.
Последнее слово
Четыре
Мы помним, что шесть минут – это срок устойчивости клеток головного мозга. Начнись вмешательство Неговского на две-три минуты позже – сержант Черепанов не был бы спасен.
Значит, способ профессора Неговского должен применяться своевременно, пока не наступили явления необратимости в клетках головного мозга. Можно выразиться так: пока явления необратимости не наступили, человек еще не умер по-настоящему, хотя бы сердце его остановилось и дыхание отсутствовало.
Такая смерть называется у врачей «клинической смертью». Клиническая смерть – это, собственно, еще не смерть, клетки еще сохраняют свою внутреннюю жизнеспособность. Это дорога к смерти, это первые шаги умирания, хотя все видимые признаки смерти налицо: отсутствие дыхания и пульса, неподвижность сердца, исчезновение зрачкового рефлекса.
Подлинная смерть – это биологическая смерть, это распад и гибель клеток, может быть, не всех сразу, но, в первую очередь, наиболее ценных и жизненно необходимых, например клеток центральной нервной системы.
Скажем точнее: способ профессора Неговского действителен только в случаях клинической смерти.
Теперь немного статистики.
Пятьдесят четыре раза за ту поездку на фронт профессор Неговский становился у операционных столов с лежавшими на них неподвижными телами.
Для пятидесяти четырех тяжело раненных бойцов Советской Армии жизнь была кончена, и этого приговора медицина не могла отменить. Сорок четыре человека из них агонизировали, десять – уже умерли. И от всех сорока четырех агонизировавших профессор Неговский отогнал холодное дыхание смерти. Они остались жить. Дальнейшее уже зависело от течения, от характера самой болезни. Двенадцать из них даже смогли через один-два дня перенести эвакуацию и были вскоре же отправлены в глубокий тыл.
У десяти клинически умерших смерть наступила только за две-три минуты до появления Неговского. Для пяти человек из этих десяти помощь профессора была безрезультатной. Клиническая смерть уже перешла в биологическую.
Надо полагать, что клетки разных людей имеют разную продолжительность обратимости, а следовательно, и разные сроки наступления необратимых явлений в клетках. Ведь эти сроки измеряются минутами, даже секундами. Для пяти человек сроки начала необратимости оказались еще более короткими, чем шесть минут.
Другие пятеро вернулись к жизни, но четверо вернулись к жизни для того, чтобы вскоре с ней расстаться; на этот раз навсегда. Однако не из-за бессилия метода Неговского.
Они благополучно жили бы, но у них были слишком тяжелые ранения. Даже хорошее сердце и прекрасное дыхание не могли спасти их при тех разрушениях, которые нанесли их внутренним органам пули и осколки.
Пятый и последний из этих десяти раненых был сержант Черепанов.
Подведем итог.
Что дает врачам метод профессора Неговского? Очень многое! Он обогащает арсенал медицины для борьбы с роковыми последствиями таких грозных опасностей, как травматический и операционный шок; для борьбы с такими явлениями, как смерть от наркоза; как смертельные, невосстановимые кровопотери; как смерть от удара электрического тока. Незаменим он и при атональных состояниях.