Выбор
Шрифт:
Все переживания вдруг растворились в океане страсти. Для двоих перестал существовать целый мир. Медленно, растягивая удовольствие, они взбирались к вершинам блаженства, лаская друг друга, что-то жарко шепча, какие-то глупости.
А потом, когда все закончилось, и утомленная Ирейна забылась чутким сном, Эйтор, уставившийся в потолок, будто наяву, увидел лицо юного рыцаря, которого приговорил к смерти, поддавшись искушенному царедворцу. В эти мгновения король не сомневался - Ратхар еще вернется в Альфион, вернется в Фальхейн, и никакие
Лесоруб, стараясь сдерживать дрожь, чтобы страх его не был столь явным, снизу вверх глядел на обступивших его всадников. Здоровый мужик, плечистый и рослый, да вдобавок еще и вооруженный - одного удара тяжелым колуном хватило бы, чтобы разрубить любой шлем - сейчас он перепугался не на шутку. И было с чего. Десяток всадников, вооруженных, и даже облаченных в броню, окружили одиноко шагавшего по пустому тракту крестьянина, и, в случае чего, здесь неоткуда было ждать подмоги.
– Мы ищем человека, - цедил слова сквозь зубы Рамтус.
– Всадник, молодой. Он должен был проехать в сторону гор не так давно. Скажи, ты видел такого здесь?
Мужик ответил не сразу, собираясь с мыслями. Увидев целый отряд, он разом позабыл все, что было хоть секунду назад. И даже то, что повстречался лесоруб не просто с головорезами с большой дороги, а воинами, сопровождавшими своего господина, не особенно внушало надежду - благородные, они тоже могут прикончить походя кого угодно, зная, что никто не посмеет спросить за смерть простеца.
– Да, верно, господин, был какой-то путник, - пытаясь придать голосу уверенность, промолвил лесоруб.
– Совсем еще мальчишка. Конь у него был хороший, и сбруя богатая. Точно на юг и поехал.
– Славно, - хищно усмехнулся Рамтус, оглянувшись на своих дружинников.
– Мы на верном пути, и скоро настигнем ублюдка.
– Он вновь перевел взгляд на лесоруба: - Вот тебе за хорошую память.
– И под ноги оцепеневшему мужику упала пара золотых монет. А всадники, пришпорив коней, уже мчались прочь.
Они подгоняли скакунов, охаживая их плетьми, вонзая шпоры в лоснившиеся от пота бока, и вскоре, кода трак взмыл на вершину пологого холма, увидели впереди одинокого всадника.
– Вот он, - воскликнул один из воинов Рамтуса. Усатый ветеран указывал облитой чешуей боевой рукавицы дланью на едва заметную фигурку вдали: - Там, впереди. Он, верно, больше, чем в лиге от нас.
– Дорога здесь одна, ублюдок никуда не денется, - усмехнулся предвкушавший сладкий миг возмездия рыцарь.
– Но поспешим, раз он вырвался так далеко вперед. Я хочу все закончить до темноты, и вернуться в столицу. Не жалейте коней, вперед!
– И Рамтус первым ринулся под гору, настегивая коня и слыша яростные возгласы своих людей, спешивших следом за ним.
Преследователи торопились, и все же у путника, приговоренного самим государем к смерти, был приличная
При появлении всадников загавкала бегавшая возле постоялого двора собака. Здоровенный лохматый пес, настоящий волкодав, правда, довольно грязный, бросился наперерез спрыгнувшему с седла рыцарю. Пес оскалил клыки, громким лаем призывая хозяев, но рыцарь, не колеблясь, выхватил меч и одним ударом прикончил собаку. Лав оборвался протяжным визгом, а Рамтус уже шел дальше.
Из трактира выскочил какой-то парень, наверное, слуга. Рыцаря это нисколько не заботило - еще раз сверкнул клинок, и парень, хрипя и зажимая обеими руками зияющую рану в животе, упал на землю, содрогаясь в агонии.
– Останьтесь здесь, - приказал рыцарь оторопевшим от такой бессмысленной жестокости воинам.
– Никого не пускать! А ты иди за мной, - велел он седому ветерану, и, не дожидаясь ответа, вошел в ярко освещенный зал трактира.
Ратхара рыцарь увидел сразу. Путник, одиноко сидевший в дальнем углу, что-то жевал, запивая пивом. Он поднял голову, услышав шум, и взгляды их встретились.
– Неожиданная встреча.
– В голосе Ратхара появилось напряжение. Конечно, он сразу увидел обнаженный клинок, который Рамтус даже не успел вытереть, и сразу понял все.
– Кажется, ты сильно спешил, брат рыцарь? Что, Его величество забыл пожелать мне доброго пути, и потому послал тебя вдогон?
Откуда-то выскочил упитанный трактирщик, в удивлении и страхе застывший посреди зала. Он не понимал, что происходит, и мучительно долго решал, как следует поступить ему самому. Рамтус разрешил все сомнения.
– Убить!
– бросил он своему спутнику, и ветеран, услышав приказ, выхватил из ножен кинжал, метнув его в корчмаря.
Бедолага дернулся, услышав страшный приказ, но опытный воин был много быстрее и решительнее. Сталь вонзилась трактирщику в горло, и грузное тело с шумом упало на дощатый пол.
– Ромар, посмотри, может, здесь еще кто-то есть, - велел рыцарь, и воин, обнажив меч, послушно двинулся вглубь трактира. А Рамтус, не сводя взгляда с юноши, так и не тронувшегося с места, произнес: - Идем. У меня есть разговор к тебе, незаконченное дело. Но здесь недостаточно простора.
Рамтус первым вышел прочь из трактира, в сырой сумрак позднего вечера, а за ним послушно двинулся и Ратхар. И, едва только оказавшись на свежем воздухе, юный рыцарь, чего от него никто не ожидал, выхватил меч и с криком бросился на окруживших его воинов. Юноша, прежде так обласканный самим королем, оказавшись в кольце врагов, рванулся на свободу, прорубая себе путь. Раздались крики боли, зазвенела сталь, и Рамтус, оказавшийся вдруг в стороне от схватки, лишь бессильно закусил губу, представив, что не ему достанется жизнь мерзавца.