Выбор завоевателя
Шрифт:
— Думаешь, кончено? — спросил, подходя, Такара.
— Полагаю, это зависит от того, насколько джирриш жаждут драки, — ответил ему Холлоуэй, добавляя в чай несколько драгоценных капель лимонного сока.
— Ты правда думаешь, что он — там? — тихо спросил Такара через некоторое время.
— Что? — Холлоуэй глотнул чая и повернулся к монитору. Никаких изменений — вертолеты джирриш продолжали полет, «Ворон» по-прежнему рисовал на экране свою траекторию. Пока враги не осмеливались ее пересекать.
— Сам знаешь, — ответил
У Холлоуэя свело желудок.
— Это так очевидно?
Такара пожал плечами:
— Возможно, не для всех остальных. Просто я знаю тебя лучше, чем другие. Ты не стал бы рисковать людьми, если бы только ставки не были запредельно высоки. На Доркасе мало что может подпасть под эту категорию. По крайней мере, ничто из того, о чем известно мне.
Холлоуэй снова посмотрел на монитор.
— Я ничего не знаю, могу только предполагать. Никаких официальных указаний, тем более неофициальных намеков не было. На самом деле только доктор Кавано уверена, что на сейсмостанции спрятана деталь «Цирцеи». Но чем дольше тянется эта война, а «Цирцея» все никак не является во всей красе, тем сильнее я задумываюсь — а не моя ли задница на одной из ее частей?
Такара хмыкнул.
— Будем надеяться, что джирриш ее не захватили. Иначе прозвище «завоеватели» подойдет им как нельзя лучше.
— Да, — согласился Холлоуэй. И пока он представлял себе неуязвимые корабли джирриш, вооруженные «Цирцеей», перед его мысленным взором возникло упрямое, серьезное лицо Мелинды Кавано. Вспомнилось, как она излагала ему слова призрака о том, что вся эта война — просто ошибка…
— Подполковник? — возбужденно окликнул его Крейн, полуобернувшись в кресле. — Группа пехоты джирриш достигла цели. Похоже, Дагген их заблокировал.
— Дай картинку, — приказал Холлоуэй, и они с Такарой поспешили к монитору Крейна. Мгновением позже появилось изображение. Холлоуэй наклонился вперед, поставив чашку на спинку кресла Крейна. Да, это был вход в сейсмостанцию, подполковник побывал там однажды и все хорошо запомнил. Наружная дверь была распахнута настежь, удалось разглядеть какие-то силуэты в темном проеме. — Можно увеличить?
— Да, сэр. — Крейн пощелкал клавишами, сделав изображение более светлым и резким.
Такара присвистнул:
— Он их не просто заблокировал. Он их прихлопнул!
— Похоже на то, — согласился Холлоуэй. Несколько джирриш — похоже, целое отделение — неподвижно лежали у входа. Оглушенные или мертвые.
Он переключил коммуникатор на канал Даггена.
— Дагген, Холлоуэй на связи, — проговорил он. — Похоже, вы расчистили себе дорогу.
— Мы уже входим, подполковник, — послышался голос Даггена. — Первое отделение, окружить место. Передовая тройка, быть наготове — мы не знаем, как быстро они приходят в себя.
И, словно услышав его слова, один из инопланетян, находившийся дальше всех от входа, осторожно поднял голову. Несколько мгновений
— Дагген, там движение, — сказал Холлоуэй.
— Вижу, — ответил Дагген. — Всем быть начеку. Первое отделение, быстро назад. Кого выбираете, сэр, — пленных или покойников?
— По возможности пленных, — ответил Холлоуэй. — Только без потерь.
— Сделаем, сэр, — ответил Дагген. — Сомневаюсь, что в них много духу осталось.
Джирриш продолжал двигаться, и Холлоуэй заметил, что и остальные начали судорожно подрагивать.
— Похоже, начинают очухиваться, — предупредил Холлоуэй.
— Второе отделение уже здесь, — ответил Дагген. — Как только они подойдут с тыла, мы войдем.
Холлоуэй затаил дыхание. Они спасли сейсмостанцию — по крайней мере пока, — а через минуту будут еще и пленные. Если джирриш знакомы с таким понятием, как обмен пленными, то гарнизон людей на Доркасе существенно разбогатеет. Возможно, с их помощью удастся принудить к сотрудничеству призрака Мелинды Кавано.
И тут инопланетянин наклонился и поднял лазерный карабин.
На мониторе с краев появились два дула штурмовых винтовок «оберон» — миротворцы в поле обзора наблюдательной камеры взяли на прицел вражеского солдата.
— Ничего себе — не осталось духу! — произнес Такара.
Холлоуэй промолчал. Скажи он хоть слово — и заговорят «Обероны», и все будет кончено. У миротворцев хватит времени взорвать вход на сейсмостанцию, завалить его камнями и землей, и тогда угроза «Цирцее» будет устранена. В этой войне уже погибли многие, а если Мелинда права, то смерть еще семи джирриш враги особо серьезно не воспримут.
Но если Мелинда права и в том, что вся война — огромная ошибка…
Инопланетянин поднял оружие к плечу, направил ствол вниз и неуклюже поплелся к двери.
— Взять на прицел, — скомандовал Дагген. — Если начнет палить — бейте на поражение.
Джирриш добрался до выхода и замер. Какое-то мгновение он просто стоял, держа оружие в руке, но ни в кого не целясь. Холлоуэй принял решение:
— Холлоуэй на связи. Никому не стрелять.
— Сэр? — спросил Дагген.
— Ты меня слышал, — ответил Холлоуэй. — Не стрелять, пока другая сторона не откроет огня.
— Подполковник, мы же тут совсем на виду, — напряженным голосом сказал Дагген. — Если будем дожидаться, пока он стрелять начнет, половину группы потеряем.
— Это приказ, сержант. — Холлоуэй переключился на канал аэрокаров. — Аэрокары, Холлоуэй на связи. У кого-нибудь есть исправный внешний громкоговоритель?
— Аэрокар-один, сэр, — сразу же пришел ответ. — У меня есть.
— Эриксон, я хочу, чтобы вы подлетели к поселению джирриш, — сказал Холлоуэй. — Не быстро, это не атака. Просто дрейфуйте туда, как сержант Яновец четыре дня назад. Но постарайтесь не приближаться к белой пирамиде.