Выбор ведьмы

Кирилл Кащеев

– Он… не хотел, – заворачивая мальчишку в крыло, так что тот не мог даже двинуться, тихо сказал водный дракончик. – Он хороший, он… правда… Он хотел помочь! Хотел помочь! – как заклятье повторял дракончик, а его черно-красный брат крутился на холме, поднимая когтистые лапы, и потерянно твердил:

– Златка, ну как же так! Как так, Златка?

Серебристо-стальной дракончик летел в закатном небе. Летел, то и дело проваливаясь в воздухе чуть не до самых верхушек деревьев и снова выравниваясь, старательно и размеренно работая крыльями. Ему надо было долететь. Найти Великого Водного и уговорить его предоставить уцелевшим жителям деревни землю… и на

обзаведение… и не загонять их в долги до конца жизни их собственной и их детей… Он должен о них позаботиться. Он теперь за них отвечает.

– Айтва-ара-ас! Айтварас Жалтис! Где ты, мелкий? Айтва-ара-ас! – над горизонтом пронесся громогласный рев и стремительный черно-красный силуэт прорезал багряное закатное небо, налетел, закружил…

– Чего ты на меня уставился, будто змея Шешу увидел? – криво ухмыльнулся Татльзвум Ка Рийо. – Что, выдохся совсем? Нельзя быть таким… хлипким. Ты ж змей! Ну давай помогу… – огненный подставил хвост, предлагая опереться на него грудью. – Невеселый у нас полет вышел, верно? – пробурчал он, отводя глаза. – Жалко Златку, – тоскливо добавил он. – Где я еще такую найду, златокосую? Ну да что ж поделаешь… бывает.

– Бывает? – эхом отозвался серебристый дракончик, словно невзначай отстраняясь от предложенного в помощь хвоста. Прорезанные узкой золотой полоской зрачка, глаза медленно темнели, наливаясь грозовой чернотой и становясь глубокими, как омут.

– А ты как думал! – торопливо подхватил Татльзвум. – Давай только мы с тобой это… не будем никому говорить, что я был в той деревне, ладно? Матери-Владычице, да будет ее крыло над нами, зачем-то нужен был человечий волхв… А волхв-то… того… Как я докажу, что это не я его? Мало ли чего она подумает… – он уже совсем мямлил, искоса то и дело поглядывая на младшего брата.

– Это все, что тебя беспокоит? – после долгого молчания спросил дракончик холодным, как зимняя вьюга, голосом.

– Конечно беспокоит! – возмутился огненный. – Это ж Мать-Владычица, да будет воля ее! Она же… А я же… – он снова сбился на бормотание и тут же вскипел, так что сноп пламени вырвался из его пасти: – Ты измываешшшшься надо мной?! Или забыл… благодаря кому глядишь на солнце Ирия? Тебя и на свете бы не было, если б не я!

– Хорошо… – после долгой паузы сказал водный. – Я заплачу свой долг, брат. Не бойся, о тебе я тоже позабочусь.

– Я боюсь?! Нет, это я боюсь?! Ты очешуел, мелкий?! – на все небо заорал огненный. – Это ж ты на самом деле во всем виноват!

Ритм полета юного змея сбился, тот нырнул в небе, словно попав в воздушную яму…

– Ты, ты! – твердо повторил огненный. – Если бы ты как следует владел водой – ты бы все потушил! И ничего плохого бы не случилось!

Глава 13. Конец банкета

– А все он… Айтварас… Он клялся молчать! – орал Тат, мечась по крохотной комнатушке так, что Ирке пришлось взобраться на кресло, а Шену и Елеафаму вжаться в стены. – А сам проболтался, неблагодарный змееныш, – иначе откуда бы Владычица все узнала? Я потерял Златку… и меня же за это стали презирать! Меня, истинного Лун, из-за каких-то… дохлых человечков! Из-за какого-то никчемного змееныша, не способного залить маленький пожарчик! Кто такие вообще водные? А я – я! – был вынужден служить у него в охране! Потому что больше меня никуда не брали! Ненадежен! Я! – он зарычал. – А это все он! Тоже мне, Великий! Если бы не он, я бы…

«Взрослею, наверное, – думала Ирка, с брезгливым любопытством вглядываясь в черты, вроде бы такие

же, как у Айта, и в то же время совершенно другие. – Раньше, еще с полгода назад… да что там полгода, еще до Ирия… я бы ему в морду дала, и плевать на последствия. А теперь не просто соображаю, что в замкнутом помещении три дракона меня массой задавят, а… не хочется. Бегай потом ванну ищи – кулак после его морды отмывать, а он… он ведь даже не поймет за что. Так ведь и останется в полной уверенности, что сам он ничего плохого не сделал, это все вокруг ему недодают и его недопонимают».

– Благородно с твоей стороны… – голоском сладким, как намазанный на шоколад мед с сахаром, протянула Ирка. – Так страшно переживать свою вину… чтоб аж искать, на кого ее свалить. И конечно Айт виноват перед тобой по самые уши… по самый кончик хвоста. Он же взрослый, ответственный челов… змей! Должен понимать: если всю жизнь нянчиться с таким вот великовозрастным чешуйчатым недорослем, – она демонстративно кивнула на Тата, – он так никогда и не вырастет!

Елеафам перевел недоуменный взглядс Тата на Ирку… и вдруг хихикнул. Даже на невозмутимой физиономии Шена мелькнуло что-то вроде улыбки.

Огненный змей Татльзвум Ка Рийо Лун думал. Он думал так долго и мучительно, что выражение лица стало отрешенно-идиотским, каким у Айта не бывало даже в бытность его Пеньком. И наконец до него дошло.

– Я виноват?! Я великовозрастный недоросль?! – прошипел он.

– Конечно недоросль, – безмятежно подтвердила Ирка. – Ты ж даже свое мнение озвучить не можешь, только и способен, что чужие фразы повторять!

Тат взревел. А дальше сделал то, чего и ожидалось от великовозрастного чешуйчатого недоросля, – дохнул на Ирку огнем. Ирка выплеснула в него напиток из чаши с затаившейся на дне духом-удельницей, меняющей судьбу. Ярко-красная жидкость и оранжево-желтая струя пламени столкнулись друг с другом… и это и впрямь было самое необычное зрелище, какое Ирке случалось видеть. В воздухе завис вроде как нарисованный человечек – округлые ручки, ножки, голова… Огонь ударил точно в середину этой схематичной фигурки… расплескался во все стороны жгучим фейерверком искр… и вот тогда ИХ стало видно. Тех, чье присутствие Ирка ощутила, как только вступила в потайное убежище в скале, тех, чьи затаенные, исподтишка, взгляды заставляли чесаться кожу между лопатками, и кого не видели и не чуяли ни Великий Грэйл Глаурунг, ни полудраконица Криза, ни Тат с компанией.

Вся крохотная комнатка была наполнена тенями горбатых длинноруких существ, судя по болтающимся чуть не до колен обвислым грудям – женского пола. Тени прятались под столом и креслами, мелькали на потолке и стенах, таились по углам. Крохотные, как пятнышки темноты, и огромные, расползшиеся по всей стене, только тени, одни лишь тени, они вырастали словно из ниоткуда и обрывались, точно обрезанные ножом у невидимых ног. И тени эти медленно и настороженно придвигались все ближе не только к Ирке, но и к троице змеев.

– Интересное кино… – Ирка отступила перед их вкрадчивыми перемещениями.

– Интересно тебе! – продолжал кипятиться Тат. – Я тебя просто сожгу, посмотрю как тебе будет интересно!

– Не всех девчонок еще сжег? – рассеяно бросила Ирка, приглядываясь к тянущимся к ней по стене длинным когтистым лапам.

Тат взревел, явно намереваясь выдохнуть новый клуб пламени… и тут же поперхнулся от короткого удара по шее, давясь собственным огнем и черным дымом.

– Заткнись, Тат, – так же рассеяно обронил Шен, аккуратно водя рукой над ближайшей тенью.