Выбор ведьмы

Кирилл Кащеев

– Я тебя убью! – прошипела Ирка не оборачиваясь. – Ты меня кем перед Айтом выставила?! Уродиной?!

– Ты, кажется, еще на Источниках говорила, что не к Айту сюда приехала, а по делу, – пропыхтела Танька.

– Я немножко не так говорила! – шмыгнула носом Ирка. И с каких это пор дело – причина выглядеть перед парнем как чучело? Даже если он Великий Водный, весь в змейских интригах – особенно, если он Великий Водный! Слезы закипали на глазах, а реветь нельзя – если черная сажа потечет по выбеленным щекам… нет, такого удовольствия она царевне-лягушке не доставит!

«Ненавижу!

Всех, всех ненавижу! – запрокидывая голову, чтоб не дать слезам пролиться, думала Ирка. – Осталось решить, кого больше!»

– Прекрати немедленно! – прошипела сзади Танька, кандидатка то ли на первое, то ли на второе место в Иркином списке ненависти. – На меня мой парень, между прочим, тоже смотрит, а я терплю!

– Зачем вообще это было на себя напяливать? У нас есть платья от босоркань!

– А на бал ты в чем пойдешь? Пан Лун сказала, еще бал будет, – спокойно, будто ее не шатало под тяжестью наряда, возразила Танька.

Бал? Были уже балы в ее жизни, и каждый – каждый! – сопровождался такими неприятностями, что… ой! Впрочем, чего волноваться, когда неприятности у нее прямо сейчас!

– Я могла сделать наряд из… из чего угодно! Я уже у чертей так делала…

– Думаешь, змеев можно удивить чаклунством, да еще из их собственного змейского «чего угодно»? Мы из мира людей, из этого и надо исходить, – хмыкнула Танька, поглядела на злющую Иркину физиономию и вздохнула. – Вот не доверяешь ты мне! – упрекнула она. – Когда тебе делают продуманную гадость, избавиться от нее можно или силой, или хитростью. Мы можем тягаться силой со всем родом драконов?

Ирка резко мотнула головой – она и с одним Айтом никогда силой тягаться не могла, даже и не пробовала.

– А хитростью со змеюкой, прожившей кто знает сколько тысяч лет? – добила Танька и тут же коварно улыбнулась и почти беззвучно шепнула: – У нас только один выход – в самый последний момент передернуть карты!

– Что вы там шушукаетесь? – Сзади раздалось звонкое цоканье каблучков, и мимо пронеслась царевна-лягушка, волоча упирающегося, как не желающий гулять бульдог, Богдана. – Нам сюда!

Высокие каменные двери распахнулись.

Ирка шагнула внутрь – и поняла, что ее кошмарное видение насчет хихикающих вслед змей начинает сбываться. В громадном зале оказалась куча обслуживающего змейского персонала: пестрые змеи-ямм с метелочками в хвостах смахивали пыль, замороченные делами ящерицы-сэв мчались куда-то, прижимая к груди коробки с бумагами, а мелкие змейки балансировали подносами на головах. А еще под потолком мелькали крохотные пестрые дракончики, судя по зажатым в лапках свиткам исполняющие роль курьеров. И вся эта пестрая толкотня замерла, стоило девчонкам появиться на пороге.

На чешуйчатых мордочках сперва появилось изумление, потом откровенный ужас, а потом… шур-шур-шур! Весь обслуживающий персонал мгновенно дернул прочь, оставив гостей в совершенно пустом зале – только двери захлопали. И уже оттуда, из-за дверей, донесся взрыв дикого хохота!

– Ужас! Хуже, чем на портрете! Еще и с пестрым котом!

Вышагивающий впереди Мак сбился с лапы и виновато покосился на Ирку.

– На каком еще… портрете? – сквозь зубы

процедила Ирка. Лучше бы она полезла в драку сразу! Лучше погибнуть в схватке с драконами, чем сдохнуть от их насмешек!

– Я же вас специально для этого сюда и привела. Так и знала, что вам будет интересно! – царевна-лягушка широким жестом обвела опустевшую залу и торжественно провозгласила: – Прошу, галерея драконоборцев!

На стенах, освещенные прозрачными трубками с пляшущими внутри молниями, красовались… портреты. Скульптурные бюсты и барельефы, тонкие акварели и выложенные самоцветами панно, совсем древние, как картинки из учебника истории, раздел «Древний мир», и более современные. Несмотря на различие времен и стилей, во всех портретах было что-то общее – они напоминали фотографии со стенда «Их разыскивает полиция».

– Я с ума схожу, или это Катигорошек, про которого у нас сказки рассказывают? – Богдан остановился перед выполненным в ассирийском стиле барельефом простецкой курносой славянской рожи, рядом небрежными ударами резца были очерчены контуры здоровенной дубины.

– Крылатые змеи считают, что врага, сумевшего справиться с их собратьями, стоит помнить. – Царевна пожала плечами, не понимая такого внимания к врагам.

С некоторым трудом Ирка узнала Сигурда – вырезанная из камня мордель выглядела еще более уголовной, чем в реальности. Чернокожий – наверняка Мамади из Вагаду. Сент-Джордж, вечный воитель, зверски скалился с византийской фрески, а яркий русский лубок демонстрировал аристократа Добрыню Никитича с физиономией дворового гопника. Рисунок на шелке даже изображал плывущую на облаке девицу в китайских церемониальных одеждах. Яоцзи, Нефритовая дева пуляла огнем из пальца, а с неба градом сыпались убиенные драконы.

– А у них еще ко мне претензии! – разглядывая портрет предшественницы, обиженно пробормотала Ирка.

– Сюда, сюда, вот! – поманила лукаво улыбающаяся царевна.

Ирка с удивлением покосилась на черно-белую групповую фотографию взвода десантников… И замерла перед последним, завершающим галерею портретом.

На ростовом полотне красовалось… существо. Кажется, женского пола – жилетку из лохматой шкуры распирала грудь размером как у Анны Семенович и Памелы Андерсон вместе. Зато мышцы на руках – как у Шварцнегера в лучшие годы. Черные кустистые волосы этой мечты сумасшедшего бодибилдера торчали во все стороны в классической прическе «ведьма в полете». Глазищи светились красным, как у зомби. Существо тянуло к зрителю когтистую лапу и жутко скалилось.

– Самого маэстро Кокатрикса полотно! – горделиво провозгласила царевна-лягушка. – Лучший художник Ирия!

– Очень… впечатляюще. – Ирку передернуло. – И кто это… такое… такая?

– А это Хортица, убийца драконов! – самым милым и нежным голоском проворковала царевна. – Хотя сейчас я думаю, что маэстро тебе польстил! – окидывая Ирку выразительным взглядом, припечатала царевна.

– Воображение всегда было моей сильной стороной! – раздался за спиной самодовольный голосок.

Ирка медленно обернулась, сжимая кулаки, чтоб не было заметно стремительно удлиняющихся когтей. Никого перед собой не увидела…