Выбор Оракула
Шрифт:
— Ты такой симпатяга, — широко ему улыбнулась, подходя ближе и расстилая перед ним свою косынку. — На вот, держи, сластена.
Вытряхнув марису на импровизированный стол, улеглась рядом с капланом.
— Угощайся, — подбодрила его. — Неизвестно, сколько нам еще здесь сидеть. Так что, время есть.
Шторм покосился на меня, а потом начал аккуратно слизывать ягоды одну за другой, а я за ним наблюдала. И так ловко у него это выходило, что я залюбовалась. Когда ягоды кончились, он с тоской взглянул на меня, но я тут же замотала головой.
—
Шторм горестно вздохнул и, положив огромную голову на свои передние копыта, прикрыл глаза и заурчал, а я привалилась к нему и ласково перебирала длинную шерсть на загривке.
Не знаю, сколько мы так просидели, но я, кажется, задремала. Внезапно Шторм утробно зарычал. Я тут же выпрямилась и начала озираться по сторонам.
— Кто здесь? — испугано спросила, не находя никого поблизости.
Каплан подскочил и с силой втянул в ноздри воздух, а потом повернулся к деревьям неподалеку от нас, низко наклонил голову и снова угрожающе зарычал. Я тоже поднялась на ноги и принялась всматриваться вглубь леса, но снова никого не увидела.
— Я вас не вижу, — вновь постаралась выяснить, кого сюда занесло. — Но Шторм вас учуял.
Тут раздался шелест листвы, и на поляну вышел среднего роста стройный мужчина. Его зеленого цвета охотничий костюм практически сливался с молодой зеленью леса. Лук через плечо, колчан стрел за спиной и меч в ножнах на поясе, — выдавали в нем опытного воина. Коротко стриженые русые волосы, раскосые зеленые глаза, узкий прямой нос, высокие скулы, подбородок с ямочкой и тонкие губы с блуждающей ироничной усмешкой на них, — производили довольно отталкивающее впечатление. Я нутром чувствовала исходящую от него угрозу.
— Доброго дня, красавица, — спокойно произнес он вкрадчивым, обволакивающим голосом, от которого мурашки по спине пошли. — Не боишься одна посреди леса сидеть? Здесь не так далеко большой торговый тракт проходит. На нем можно встретить разных людей. Молодой девушке опасно оставаться одной в подобных местах.
Шторм вновь зарычал, а я успокаивающе погладила его.
— Во-первых, я не одна, — пояснила незнакомцу. — Со мной самый надежный охранник в мире. А во-вторых, любопытно даже взглянуть на того, кто отважится обидеть служительницу Великой Пятерки. Я принадлежу Богам и Оракулу. Обидевший меня, наносит оскорбление им. И возмездие не заставит себя долго ждать.
Мужчина громко и от души расхохотался, запрокинув голову.
— Веселые вещи ты говоришь, — произнес он, отсмеявшись, а я нахмурилась и придвинулась еще ближе к Шторму. — А что делать будешь, если перед тобой нечестивец, который не верит ни богам, ни людям? Что если я настолько голодный, что способен убить за кусок хлеба и тебя, и каплана?
— Мы вас вполне можем накормить, — растеряно отозвалась. — Зачем для
— А ради денег? — не унимался мужчина, сложив руки на груди и в упор меня рассматривая, при этом полностью игнорируя рычание каплана.
— У меня ни гроша с собой нет, — развела руками, не понимая к чему все эти вопросы. — Да и убивать за деньги тоже не самый умный поступок.
— От чего же? — удивился в свою очередь мой нежданный собеседник. — Большинство преступлений в мире происходит всего лишь по двум причинам. И одна из них, как раз, деньги.
— А вторая? — заинтересовалась.
— Женщины, — пожал он плечами. — Или страсть к ним. Желание обладать вожделенной женщиной подчас толкает мужчин на самые изощренные противозаконные действия.
— Желание? — задумчиво переспросила. — Не любовь?
— Любовь — это миф, — усмехнулся мужчина. — Выдуманная сказка для таких вот наивных, хорошеньких простушек вроде тебя. Уверен, ты свято веришь, что взаимные чувства превыше всего, и любовь заправляет миром. Так вот, спешу тебя разуверить. Повсюду алчность и похоть, любовью вокруг и не пахнет. Поэтому тебе следует быть более осторожной, раз уж путешествуешь одна, и не разговаривать с незнакомцами, у которых неизвестно что на уме.
Мужчина сделал резкий рывок в нашу сторону, но Шторм был быстрее и молниеносно повалил его на землю. Рыча, он силился преодолеть сопротивление своей жертвы и вонзить острые зубы в открытое горло.
— Нет!!! — закричала, бросаясь на помощь незнакомцу. — Шторм! Прекрати! Он же ничего не сделал. Ну, перестань. Что ты сразу кидаешься? Мало ли кто и что болтает. Он не хотел нам зла. Ну, отпусти его. Ты же такой умный и сильный. Что тебе какой-то человек? Ты ему в два счет все кости переломаешь. Оставь его.
Я обнимала каплана за оскаленную морду, ласково гладила по огромной голове и шептала на ушко свои увещевания. Шторм поначалу пытался от меня отвернуться, но понемногу расслабился и подался назад, отпуская мужчину.
— Какой ты великодушный! — тут же похвалила зверя за доброту и покладистость. — Спасибо!
— Ух! — выдохнул незнакомец, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — Всегда мечтал увидеть этих зверей в действии. А то только и знаешь, что они быстрее ветра и агрессивны, как порождения нижнего мира.
— Это был очень опрометчивый поступок с вашей стороны, — попеняла ему, хмурясь. — Шторм мог вас ранить. Что бы вы тогда делали?
— Боролся бы до конца, — беззаботно улыбнулся он, от чего его лицо мгновенно преобразилось до неузнаваемости, став открытым и привлекательным. — И уверяю тебя, я бы не проиграл.
— Пустая болтовня, — насупилась, обнимая зверя. — Вы подвергли опасности и себя, и Шторма. Безрассудно и глупо так поступать.
— Как тебя зовут, проповедница? — усмехнулся он, весело блестя зелеными глазами. — И давай уже на «ты», а то чувствую себя стариком.