Вторжение
Шрифт:
Речь шла и об удивительных способностях самого даймона, которые остались неоцененными там, на Дариане.
И если собрать воедино все сведения, которые у меня были, можно быть практически уверенным: встречу со мной Вилдор оставит напоследок. И цель вторжения не только заполучить как можно больше женщин для своего мира и продемонстрировать нам свою силу, но и предъявить права на мою жену. И выглядит это так, словно ее появление на Дариане идеально вписалось в уже давно выстроенные им планы. А это заставляет меня вновь вернуться к вопросу о том,
Но не успел я согласиться с мнением Гадриэля, как в комнату, резко распахнув дверь, влетел Сашка.
И не нужно было слов, чтобы понять то, что он собирался сказать, так как его рот был перекошен от ярости.
– Открываются порталы на севере.
Вторжение даймонов на Лилею началось.
Таши Арх’Онт
Путь в сторону лежащих за лесом гор легким не был даже несмотря на то, что шедшие впереди эльфы чувствовали дорогу, да и снег лишь припорошил усыпанную хвойными иглами землю, которая мягко пружинила под ногами.
Пряный запах смолы, пропитавший воздух, дурманил голову, навевая воспоминания о чем-то светлом и праздничном, связанном с детством и подарками. Но только для меня. Все остальные словно не замечали красоты укрытых белым покрывалом деревьев и заботились о том, чтобы наш путь оказался безопасным. И их настроение очень быстро передалось мне, возвращая из грез прошлого в реальность.
Я достаточно вынослива, так что не путалась у них под ногами. Но несколько брошенных Радмиром в мою сторону взглядов явно намекали на то, что он присматривается к тому, как бы приспособить меня в качестве своей ноши. Не могу сказать, что это могло его слишком отяготить даже с учетом того груза, который он уже нес, но нахождение на плече скользящего между деревьями демона меня явно не прельщало. Поэтому я старалась выглядеть бодренько, хотя и понимала, что, не будь меня… даже Рамон по моим ощущениям мог двигаться значительно быстрее – все-таки прогулки по лесам за нечистью были его работой.
Первый привал мы устроили около полудня, когда я еще не успела даже ощутить усталость. Но Тамирасу, который шел за моей спиной, было виднее, и когда он неожиданно оказался рядом с Закиралем, что-то тихо ему говоря, я уже могла догадаться о том, что он решил проявить ко мне заботу.
Расположились мы со всеми удобствами в неглубоком овраге, прикрытом с подветренной стороны поваленным деревом. А присутствие в команде Асии, которой муж без сомнений доверил меня, позволило еще и уединиться. И не только по вполне естественным нуждам.
Как только жрица развернулась, чтобы выйти, я ухватила ее за рукав похожей на мою шубки.
– Рамон знает?
Она не стала делать вид, что не понимает, о чем я ее спрашиваю, и покачала головой, подтвердив мои подозрения.
Задавать следующий вопрос мне не хотелось – я и так знала ответ на него, но, чтобы убедиться и в этом, я все-таки спросила.
– Почему?
Вместо ответа она приподняла брови, словно уточняя,
– Я не смогу себе простить, если с Рамоном что-нибудь случится. – Ее голос был почти спокойным.
И как раз за этим-то «почти» и пряталось то, о чем я уже давно догадывалась, все больше узнавая Закираля. Чем меньше эмоций проявлялось на их лицах, чем более бесстрастными они были снаружи, тем сильнее было то, что скрывалось за их щитами. Так что бесчувственными они не были… они лишь не позволяли себе чувствовать. А когда это вопреки их желанию происходило, становились более ранимыми, чем мы.
– А если что-то случится с вашим ребенком, ты себе сможешь простить? – задала я ей следующий вопрос, который она сама должна была себе задавать не раз.
Но вот решалась ли ответить?!
И по ее смущению я поняла – не решалась.
– Ты вернешься во дворец, как только мы окажемся в крепости. – Мой голос не дрогнул, пока я это говорила. И вонзившийся в меня взгляд не смог меня остановить. – Даже если ты сможешь простить себе потерю ребенка, Рамон тебе этого не простит никогда. Или ты хочешь поставить под угрозу и ваш союз?!
Вероятно, что-то похожее мелькало в ее мыслях, потому что возразить мне она не решилась. Лишь туманной горечью подернулся ее взгляд, и она, кивнув, направилась к костру.
Ну а там уже мне пришлось отвечать на вопросительный взгляд мужа. Правда, чтобы это случилось, ему пришлось набраться терпения – пересказывать наш разговор с Асией, когда вокруг нас собрались отличающиеся очень хорошим слухом эльфы и дракон, значило раскрыть тайну жрицы всем остальным. После довольно легкого перекуса Закираль позволил нам еще немного передохнуть, беспокоясь в первую очередь обо мне.
И лишь когда, скрыв все следы своего пребывания, мы вновь тронулись в путь, он, кивнув замыкающим цепочку Тамирасу и Элизару, приказывая нас обогнать, вновь одарил меня нетерпеливым взглядом.
Судя по удовлетворению в его глазах, пока я рассказывала о своей договоренности с Асией, его терпение было вознаграждено сполна. И я его очень хорошо понимала. Рассказывая нам об их прогулке на Дариану, брат Тамираса упомянул и о том, какое впечатление на жрицу произвела встреча с полукровкой даймона и светлой эльфийки.
Но, в отличие от Асии, я хорошо знала, что именно смутило мою маму, когда она познакомилась с жрицей и ее мужем. Было доподлинно известно, что происходило в тех случаях, когда иной расы была женщина, а вот когда иная кровь привносилась мужчиной…
Вряд ли будущему Асии можно было позавидовать. Особенно когда на пару к Рае ею займется властитель Тахар.
Не знаю, какими словами он хотел поблагодарить меня за участие в судьбе его сестры, потому что та жизнь, в которой они еще что-то значили, закончилась неожиданно и жестоко.