Вторжение
Шрифт:
– Я помогу.
Он еще не закончил говорить, а перевязь, лежавшая на столике, уже опоясывала мою талию.
– Ялтар Вилдор не боится, что я могу воспользоваться оружием? – Появившееся в голосе ехидство заставило меня не только удивиться, но и поймать за хвост ускользающую мысль, которая одновременно вызывала два чувства: удовлетворения и настороженности.
И если первому можно было только радоваться – насмешка и язвительность никогда не были для меня спутниками отчаяния, то со вторым… В роду талтара Маргилу, родственницей которого я себя считала, никогда не было берсерков,
Черная ткань плащом легла на мои плечи. Айлас взял мою ладонь в свою и поднес к гладкой металлической пластине на вороте набиру.
– Он считывает ауру хозяина, что позволяет отдавать мысленные команды. Основных две: застегнуть – расстегнуть. Лицевой платок управляется прямым касанием. Дополнительные команды: защита, тепло, холод. В режиме защиты набиру поглощает звуки, излучение тела, способно сливаться с тенью и сумраком. Ткань набиру не намокает, даже находясь долгое время в воде, и способна смягчить удары. – Его бровь вопросительно взлетела, словно уточняя, все ли мне понятно, и, когда я в ответ опустила ресницы, добавил: – Теперь попробуйте.
Я мысленно произнесла: «Застегнуть», – и ткань на стыках словно сплавилась, широкие рукава замысловато собрались, не давая возможности рассмотреть в переплетении складочек разного размера контуры прикрепленного к руке оружия.
– Ни головную накидку, ни лицевой платок вы можете не использовать. Если, конечно, для вас нет опасности, при которой вы должны активировать защиту.
– Мне предстоит сопровождать его на Лилею? – Этот вопрос вырвался у меня невольно. Уж больно многозначительными выглядели и приготовления и инструктаж.
– Он не намерен рисковать вашей жизнью, моя госпожа.
Его быстрый взгляд прошелся по мне и… я не успела заметить его движения, а он уже стоял рядом, а его тело и лицо были скрыты черной тканью.
Я надеялась, что мне не придется долго ждать рассказа Айласа о том, как он покинул меня, являясь лишенным чести слугой Вилдора, а вернулся… его тером.
Мы вышли в гостиную, где меня ожидали ялтар и изображающий собой безмолвную статую Сэнар.
Моя попытка заглянуть в глаза демона ночи закончилась ничем. Если там и было отражение каких-либо чувств, то оно уже давно сгорело в пламени той жажды, что пылала в них.
– Я должен настойчиво попросить тебя никоим образом не демонстрировать своего отношения к тому, чему свидетелем ты станешь. Мне не хотелось бы самому выносить тебе приговор только по той причине, что были сделаны неправильные выводы из того, что происходит вокруг тебя.
Я лишь молча кивнула, вычленяя из сказанного похожим на жгучий холод голосом то, что было важным: он подтверждал мои догадки, что я очень многого не понимаю, и не просил, а требовал, чтобы я не рисковала своей жизнью.
Что ж… я слишком много пережила, находясь на Дариане, чтобы решить, что погибнуть я всегда успею. И как бы он ни стремился не позволить мне этого сделать, возможности для этого у меня все равно оставались. Пусть и не столь безболезненные, как то заклинание, которое я пыталась применить.
Несмотря
Череда порталов была довольно короткой. Первый, площадка которого находилась в небольшом холле на том же этаже, где и мои покои, вывела нас в зал, заполненный воинами. Наше появление вызвало единый вздох восхищения, в очередной раз убеждающий меня в том, что независимо от того, что думает о ялтаре Совет, для всех остальных он является едва ли не объектом поклонения. И это делало для меня более понятным чувство, испытываемое к нему моим бывшим слугой.
Не меньше сотен мужчин застыли в ритуальном приветствии, вверяя жизни тому, чей серебряный контур зрачка отдавал сейчас непримиримой стихией огня, своим отсветом воспламеняя каждого, кого касался его взгляд. И это можно было бы назвать красивым, если бы это не говорило о той мощи, с которой придется встретиться ставшему для меня родным миру Лилеи.
Мое присутствие рядом с их господином не прошло незамеченным. И раздавшийся где-то в конце зала вскрик: «Да восславит Хаос ялтара Вилдора!», – который немедленно подхватили все остальные, очень быстро стал звучать иначе. И после имени моего спутника появилось: «…и его невесту». И эта вакханалия не стихала до тех пор, пока мы не прошли через весь зал, в дальнем от нас углу которого находилась вторая портальная площадка, отправившая нас в помещение стационарной базы. Одной из тех, что и выводили воинов эшелона через границы миров.
Этот зал был невероятно огромен. Ровные ряды окруженных маяками пластин, рассчитанных на одновременное нахождение на них не менее десятка даймонов, терялись вдали. Предстоящее зрелище с трудом поддавалось осознанию масштаба. Яркий свет заливал все вокруг, отражаясь от белоснежных стен, пола и потолка.
Застыли ровными квадратами воины, стоящие напротив каждой площадки. Еще две группы, сразу бросающиеся в глаза, в стороне и чуть поодаль друг от друга. И если в одной из них несколько талтаров, среди которых я замечаю и Маргилу, то во второй, похоже, командиры тысяч и мобильных групп.
– Мой ялтар. – Мой родственник вытянулся перед Вилдором в воинском приветствии, сразу как мы пересекли черту тумана, чтобы через мгновение склониться передо мной. И это признание моего статуса мне совсем не понравилось, – первая волна готова осуществить переход.
– Я не вижу талтара Яланира.
Не хотела бы я, чтобы о моем местонахождении спрашивали таким тоном.
Не имея возможности судить о том, как много лежит в основе их конфликта, я тем не менее ощущала, что кое-кому лучше бы как можно скорее оказаться рядом с отцом.