Вторжение
Шрифт:
— Возвращаемся в Зекош, — скомандовал Торск после недолгих раздумий.
— А деньги?
— Выставим счёт Эрмеру. В конце концов, это была его затея. Едем!!!
Вереница цукванов вяло потянулась в сторону дома, оставив окровавленного Тмира копошиться в снегу. Но едва он поднялся на ноги, как воин на последнем шестилапе обернулся и, вскинув лук, оборвал никчёмную жизнь разбойника.
[1] Аклат — так в Мёрзлых Землях называется шаман.
Глава четырнадцатая
Как долго он был без сознания известно лишь богам но, только очнувшись и оглядевшись, сержант
Снежный Сапфир…
Название всплыло из глубин памяти само собой. И хотя сержант никогда его не видел, он точно знал, что не ошибся. Рука машинально оттянула ворот рубахи, но шрама ставшего родным под ней не оказалось. Колин протянул руку и взял артефакт со стола.
— Так вот ты какой…
Вдруг в глазах потемнело, словно не было льющегося со всех сторон света, и он увидел…
— Иссаам-та-намав-ерр!
Последняя магическая фраза прогремела под сводами гигантского пузыря, притаившегося под озёрной гладью, и тысячекратно отразилась от его стенок. Каменная чаша, сочащаяся синим пламенем, завибрировала и засветилась изнутри. Воды озера пришли в движение, волны обрушились на берег, а от подножия Источника в разные стороны прыснули четыре золотые дорожки; пронзили прозрачный купол и растворились в тёмных глубинах озера. Единственный житель пузыря, застывший на время ритуала словно истукан, вдруг ожил и испуганно закричал:
— Что же ты натворил?!!
Но ему никто не ответил. Вместо чужака, вселяющего страх своим могуществом, у его ног лежал белоснежный камень с голубым отливом.
Вскоре светящиеся золотом дорожки растворились в воздухе, разбушевавшийся в Источнике огонь утих, и последний представитель расы онгувов несмело прикоснулся к чаше. Она оказалась холодна как лёд. В бессильной злобе Хешшах прислонился лбом к Источнику, сжал кулаки и тихонечко заскулил. Он больше не слышит голос Ирр. Чужак закрыл его разум, и хранитель не смог этому помешать. Будь проклят этот день!
Вдруг онгув прекратил самобичевание, отстранился от чаши и посмотрел на камень. Неизвестно с какой целью он здесь оставлен, но сил у Хешшаха хватит, чтобы избавиться от навязанного подарка.
Когтистые пальцы подхватили загадочный артефакт, и под прозрачным куполом вновь зазвучали слова наполненные силой. Правда теперь они предназначались не чаше, а оболочке внутри которой та нашла пристанище. Слова давались с большим трудом, и конец магической фразы Хешшах выдавливал из себя через силу. Голова едва не лопнула от напряжения, жилы вздулись, что неудивительно ведь сейчас он держал целое озеро, не давая водам хлынуть в ослабевшую оболочку пузыря.
Вот и первые капли прорвались внутрь. Этого достаточно. Хранитель Источника как следует размахнулся и что есть мочи швырнул «подарочек» вверх, придав ему ускорение незамысловатым заклинанием. И тут же вернул прочность пузырю, ощутив, как гора пала с плеч. Будто метеор Снежный Сапфир пронзил толщу вод, взмыл в воздух и по широкой дуге понёсся в сторону Полноводной…
Перед глазами зарябило и видение изменилось. Теперь Колин был в другом месте, где три десятка магов, взявшись за руки,
Наконец поток иссяк, и заклинание сменилось другим. Слова сорвались с губ, наполненные силой Снежного Сапфира, и внутри магического круга прямо из воздуха стала проявляться огромная огненная арка. Пламя завихрялось, его жгутики вырисовывали причудливые письмена и чем дольше звучали слова, тем больше их становилось.
Через некоторое время маг повысил голос, пламя взвыло, а круг вновь открыл поток энергии. Снежный Сапфир завибрировал и на последнем аккорде вспыхнул ярче Иссилы, ослепив присутствующих. Когда свет померк, маги расцепили руки и стали наблюдать, как огненная арка постепенно обретает материальность, застывая в камне...
Снова рябь перед глазами, и сознание сержанта видит новую картинку. Он в чьём-то теле, плывёт в лодке по Полноводной, а мозг терзают остатки сна, где он входит в храм в горах Сележ и прячет в одной из комнат Снежный Сапфир.
Человек в лодке перегнулся через борт и плеснул в лицо холодной водой. С того момента как он вынес артефакт из гибнущего С’мангора, его преследовало одно и то же видение. Стоило лишь прикрыть глаза и оно тут как тут. А сегодня появились голоса. Они умоляли, они требовали, чтобы он поторопился, ведь храм не будет ждать вечно.
Рука потянулась к кошелю на поясе, но задрожала, ослабла и не смогла извлечь камень, чтобы бросить его во тьму Полноводной. Человек зло сплюнул и, схватив весло, с остервенением погрёб к виднеющемуся берегу. Быть может там, в Храме, куда зовут голоса, он сможет, наконец, от них избавиться и обрести покой…
На этот раз новое видение вплыло в сознание без ряби. Колин увидел Вальдреса, совершающего какой-то ритуал неподалёку от тех развалин, где сержанту в своё время довелось побродить. Но не успел он понять, в чём суть ритуала как шею Вальдреса пронзила Игла Мрака, разорвав тем самым его связь со Снежным Сапфиром. Вся сила, накопленная лобным местом, рванулась в оружие богов, пробив брешь в ткани реальности, откуда в Хигион заглянуло Дыхание Бездны. Но её пребывание в мире было не долгим. Покуда детище Заарг’иррата осваивалось в новом для себя месте, Снежный Сапфир взмыл в воздух, вспыхнул ярким светом и, высвободив свою сущность, опал невесомым пеплом. Сила камня врат вытолкнула Дыхание Бездны из Хигиона и в месте, где был осуществлён прокол, родился коридор, соединивший два разных мира.
Через некоторое время, когда не осталось следа от бушевавших на лобном месте стихий, из коридора вывалился голый человек, в котором Колин узнал себя. Но едва он осознал этот факт, как провал вспыхнул сверхновой и этот свет, как в губку впитался в грудь его двойника из видения…
Разноцветные круги от яркой вспышки ещё стояли в глазах, а видение уже сменилось другим. Теперь Колин видел себя и Айсу возле арки портала меж скал Зелёного моря. А ещё там был смуглокожий маг. Он стоял поодаль и, чувствуя своё превосходство, поигрывал огненным сгустком. Но вот сержант развернулся к арке и повёл рукой, и тогда маг-боевик начал действовать. Огонь в его руке вытянулся в линию и пламенеющей стрелой врезался Колину в спину. Дальнейшего сержант не знал и затаил дыхание.