Вторжение

Беловец Александр

— Сама прекрасно знаешь, Васса, скоро ярмарка.

— Решил её продать?! — возмутилась та, кого назвали Вассой. — Совесть-то у тебя есть, Эрмер?

— Совести у меня хоть отбавляй, — огрызнулся начальник дозора городка под названием Зекош. — У меня денег нет. Если я в срок не уплачу положенный взнос, то в будущем году этой должности мне не видать как своих ушей.

— А я слыхала, шестерых в этот раз повезёте, — старуха хитро прищурилась.

— Пятерых, — щека Эрмера недовольно дёрнулась, — один издох. Да и не дадут много за тех разбойников. А за воительницу отвалят почти по весу.

— Взгляни на неё, такая молодая. Прекрасной

бы женой тебе была.

— Да, девка отменная, — Эрмер бесцеремонно поднял одеяло и жадно оглядел тело спящей, прикрытое лёгкой сорочкой. — И с оружием обращаться умеет. Как я и люблю… Но ничего не поделаешь, — он отбросил одеяло и направился к выходу. На пороге обернулся и сказал:

— Поставь её на ноги, Васса. Поставь как можно скорее, и я тебя не забуду.

Эрмер взялся за ручку и собрался открыть дверь, но знахарка его окликнула:

— А где раненый, что был с ней?

— Откуда тебе о нём известно? — воин обернулся и зло посмотрел на старуху.

— Дозорные болтали… — пожала плечами знахарка.

— И о чём ещё они болтали? — Эрмер и сам не понял, почему его так задело любопытство старой Вассы.

— Говорят он маг.

— Ты вот что, старуха, давай-ка помалкивай. Не дело если горожане узнают, что я притащил в город мага, — воин пронзил знахарку злым взглядом, но та легко его выдержала.

— Ты так и не ответил на вопрос.

— Не жилец, — сухо бросил Эрмер.

Помолчал, а затем добавил:

— Даже если и выживет, Сурон всё равно заберёт его память…

***

Айса стянула пуховую рукавицу и посмотрела на ладонь. Знахарка хорошо знала своё дело — пальцы больше не выглядят как головёшки из костра и, наконец, приобрели чувствительность. Теперь и рукоять не вывалится. Одна беда, верное оружие осталось где-то в Ивокарисе, а другого ей никто не позволит. Судьба девушки по праву сильного принадлежит спасшим её людям, и они этим правом не замедлили воспользоваться. Лишь только Айса поправилась, как её и ещё пятерых мужчин рассовали по клеткам, притороченным к спинам цукванов, и караван шестилапов выдвинулся в темноту заснеженной пустыни.

Почти всю дорогу девушка сидела, прижавшись спиной к прутьям и безучастно таращилась в снежную пелену. Не трудно было догадаться, куда направляется их процессия. На материке Гельд-Ир существует всего два места, где торгуют живым товаром, а раз на Закряжье эти края мало похожи, значит, пленников везут на север к Холодному морю. Но Айсе было плевать. Убийце отца она, наконец, отомстила, а Колина не вернёшь, он остался под снегом у каменной арки. Плевать даже если покупателем окажется послушник ордена Чёрного Копья — она сумеет за себя постоять, чай не сопливая девчонка. Ну а если совсем станет невмоготу, навык, приобретённый в Храме Теней, позволит легко прервать нить собственной жизни.

Грустные мысли прервал порыв ветра, швырнувший в лицо россыпь колючих снежинок. Айса зажмурилась и растёрла щёки ладонями. Несмотря на тёплую одежду, любезно предоставленную «спасителями», холод Мёрзлых Земель заметно щекотал позвоночник.

Девушка поёжилась, невольно вспомнив, как распрощалась с жизнью у подножия каменной арки. В тот день она возненавидела холод, твёрдо решив осесть в Сумарском Халифате. Если выживет, конечно... Едва она протащила Колина через врата, как мороз набросился на неё будто отощавший путник на мясную похлёбку. Только чудо в лице бесчувственного

сержанта помогло продержаться и не превратиться в ледяную статую. Айса до сих пор не верила, что такое возможно, но факт оставался фактом. Пока она обмораживала пальцы, пытаясь соорудить из снега хоть какое-то укрытие от ветра, тело Колина разогрелось жарче печки. Земля под ним оттаяла, оголив изрядный слой пожухлой травы, неизвестно когда в последний раз видевшей свет Иссилы, а вокруг образовался своего рода температурный купол. Некогда было удивляться происходящему — пальцы окончательно одеревенели, — и Айса прильнула к сержанту как фанатичный жрец к священному идолу. Так и заснула. Через какое-то время зубы перестали отскакивать друг от друга, тело, наконец, согрелось, и девушка решила осмотреться. Примерно тогда же к каменной арке свернули дозорные.

Клетку качнуло, и нога угодила в чей-то бок. Раздалось недовольное ворчание. Наверняка что-нибудь про её родственников, но Айса не обратила на него внимания. Пускай ворчат, главное больше не лезут. Она в первый же день жёстко осадила немытого мужлана, который кинулся её бесцеремонно лапать. В тесной клетке особо не развернёшься, но Айсе хватило места, чтобы как следует наподдать в промежность и сломать ублюдку нос. После такого охоту познакомиться ближе он подрастерял. Второй оказался умнее.

Очередной заснеженный день разменял середину, когда караван выехал к лесу. Спереди донеслись команды, кто-то их продублировал ближе, и процессия остановилась. Обзор из клетки был не ахти, но Айсе удалось разглядеть, что люди готовятся к ночлегу. Видимо лес небезопасен, раз предводитель каравана не решился в него соваться на ночь глядя. Это не могло не радовать — хоть погреются подольше. Дабы каждый раз не выгонять пленников из клеток, на длительных остановках им давали разогретую на костре кашу, немного воды, а затем накрывали клетки шкурами арахов. Ветру такая преграда была не под силу, и пленники худо-бедно проводили ночь в тепле. Вот и сейчас к ним приблизился один из охранников и сунул за решётку три миски и флягу. Следом подскочили ещё двое, и звёздное небо сменилось непроглядной темнотой…

Айса выплыла из короткого тревожного сна и прислушалась к окружающей обстановке. Нет, ей не почудилось, вокруг действительно что-то происходит. Судя по крикам и звону оружия, на караван кто-то напал. Соседи по клетке тоже это поняли и в данный момент пытались сдёрнуть шкуры с прутьев клетки. Частично им это удалось, и хлынувший в образовавшуюся прореху свет возвестил, что снаружи давно рассвело.

Девушка придвинулась поближе к дыре и стала рассматривать происходящее. Мало что было видно, но она всё же умудрилась разглядеть напавших. Какой-то сброд. Все как один заросшие и грязные, одеты в меховые безрукавки, а оружие и вовсе смех — копья то ли с каменными, то ли с костяными наконечниками. Правда из-за деревьев нет-нет да вылетала стрела-другая, но для воинов в пластинчатом доспехе обстрел не представлял угрозы.

Очередной ремешок, удерживающий шкуры на прутьях поддался, и прореха расширилась. Обзор улучшился, и Айса невольно улыбнулась. Нападавших оказалось не более полутора дюжины. Они носились от цуквана к цуквану, нападая то на одних дозорных, то на других, но везде получали жёсткий отпор. Наверняка эти бродяги никогда не слыхали о тактике, ума хватило лишь на внезапное нападение. Вот-вот охрана каравана стянется в кулак и тогда их сомнут. Отчего же они не отступают? Ведь дураку ясно, что дело швах.