Вторжение
Шрифт:
— Еще один есть, — прошептал Володя, резко упав вниз и вжавшись спиной в простенок под окном.
— Суки драные! — ревел Рама, меняя опустевший рожок автомата. — Дичь, сумку! Все прикрываем! Прикрываем!!
Снова заголосили автоматы. Дичь резво метнулся к сумке, вырвал ее из рук бьющегося в агонии Бобра. Бросившись назад, он поскользнулся и растянулся в мокрой грязи. Его тут же охватила паника. Воя, Дичь ползком бросился за спасительный автомобиль, волоча за собой сумку.
— Есть! — не веря, возопил он. — Готово! Есть!
Рама
— Получилось?! — радовался Дичь.
Рама до хруста зубов сжал челюсти, увидев, что находилось внутри. От ярости у него в глазах на секунду потемнело. Вспыхнула молния. Под канонаду грома с небес Рама снова поменял рожок автомата. И, когда раскаты стихли, прорычал в микрофон рации:
— Это порожняк! Внимание всем: мы начинаем! Спалим их к е… ням собачьим! Начинаем! Слон, как понял?! Начали! — он вскинул на Дичь такой лютый взгляд, что тот невольно отшатнулся. — Пошел!
Бобер продолжал истошно кричать, корчась в грязи, но сейчас он не интересовал никого.
Буров сбежал вниз. Вера в дверях оружейки заряжала пустые автоматные магазины, один патрон за другим. На полу перед ней шеренгой тянулись наполненные рожки. Семен тяжело дышал, сидя на углу около фонаря и батареи огнетушителей, готовых к применению.
Буров вытянул из кармана початую бутылку водки и протянул Семену. Тот изумленно уставился на опера.
— Если нужно хряпнуть для храбрости, ничего не имею против. Сейчас будет заваруха. Так что пей.
Семен кивнул. Схватив бутылку трясущимися руками, он жадно припал к горлышку. Услышав булькающие звуки, Буров отвернулся. Вера протянула ему рожки.
— Одиннадцать. Последний заполнен только наполовину. Это все, что есть. Остальные патроны только для Макаровых.
— Сойдет, — кивнул Буров. Быстро рассовав девять рожков по кармашкам бронежилета, Буров вернул оставшиеся два девушке. — Эти оставь себе.
— Думаете…?
— Ничего я не думаю. Но оставь. На всякий случай.
Семен крякнул, отрываясь от бутылки. Поморщился, снова крякнул. И протянул недопитую бутылку Бурову.
— Вы будете?
Буров многое бы отдал за то, чтобы выпить. Но цену этого он также понимал очень хорошо.
— Не сегодня.
Он хотел сказать что-то ободряющее и железнодорожнику, и Вере. Но в этот момент снаружи загремели автоматы. Пули кромсали оба этажа ОВД. Несколько пуль с треском прошили и без того дырявую дверь приемника. Пригнувшись, Буров по привычной темноте бросился к лестнице.
Когда он взлетел по лестнице, то сразу понял, что началось. Из ближайшего кабинета вывалился Володя с автоматом в руках, его лицо озарялось беснующемся внутри пламенем.
Буров вздрогнул, когда увидел перекошенное лицо Володи и его дикий взгляд.
— Бутылки! — прокричал сын. Он рванул в соседнюю дверь, с ходу начиная палить по окну.
— Береги
Бобер затих навсегда.
Шквал пуль ответил Бурову. Отскакивая от окна, он успел разглядеть человека, который бежал с двумя факелами в руках к ОВД, пока остальные прикрывали его огнем.
Бутылки с зажигательной смесью.
Буров услышал звон стекла. Он рванул в коридор, плечом распахнул соседнюю дверь. В тот же самый момент вторая бутылка разлетелась об решетку окна в двух метрах от Бурова, и весь квадратный проем вспыхнул ярким красным пламенем. Буров шарахнулся. Запрыгнул на стол и с него дал короткую очередь вниз, наугад — целиться было невозможно — перед собой Буров видел лишь шипящее, извивающееся и разрастающееся пламя. Горящие шмотки пламени запрыгали на пол.
В коридоре Бурова встретил Марсель.
— Помочь?!
— Держи задние окна! — закричал Буров — Мы сами! Держи двор!
Буров рванул к собственному кабинету. Ворвавшись, увидел, что окно ярко полыхает. Веселыми чертятами красное пламя скакало по полу. Буров бросился к шкафу, распахнул его и схватил укладку с противогазом. Где-то рядом тарахтел автомат. Звон стекла, шипенье пламени и топот ног — Володя менял позицию.
Это конец, похолодел Буров. Но лишь перекинул лямку укладки с противогазом через плечо и рванул назад в коридор.
— Твою мать! — заорал Акулов, оглядываясь. Через распахнутую дверь он увидел кабинет напротив — окно полыхало ярким пламенем, которое разрасталось на глазах. — Они нас спалят к е… ням!
Марсель в соседнем кабинете слышал его. Слышал топот ног — это был или Володя, или Буров, он не знал. Но не отвечал, напряженно вглядываясь в темноту. Марсель не мог поверить, что нападавшие так просто будут жечь фасад и наплюют на заднюю сторону ОВД. «Хотят, чтобы мы все свалили из горящего здания во двор — и завалить нас на выходе?» — гадал он. Возможно. Марсель сжал рукоятку автомата и еще пристальнее и напряжённее продолжил вглядываться в темноту. Впереди, по диагонали через двор, черной пастью зияли распахнутые ворота ОВД.
Марсель ждал.
— Падлы! — бесновался Акулов за стеной.
Володя ворвался в кабинет, по которому работал один из налетчиков — пули щелкали по решеткам, вгрызались в стену и потолок. Володя бухнулся на пол около письменного столе, надвинув каску на лицо.
Сколько окон ОВД уже полыхают? Как быстро огонь охватит кабинеты? Как быстро пламя выйдет в коридор?
В сейфах находились десятки оперативно-розыскных и уголовных дел. Володя понятия не имел, спасутся ли они — все сейфы в ОВД были старые, дышали на ладан, в некоторых сейфах в щель между дверцей и корпусом можно было просунуть палец…