Шрифт:
Пролог
Автомат отчаянно грохотал, изрыгая пули одну за другой. Огнедышащий ствол полицейской модификации Калашникова стрекотал в темноте и поливал огнем черный внедорожник на залитой ливнем улице. Внедорожник ревел, выдирая с помощью стального троса тяжелую и намертво вмонтированную в стену решетку. С грохотом и треском решетка вылетела из оконного проема и покатилась за джипом, открывая банде убийц дорогу внутрь.
Внутрь ОВД.
— Суки! — кричал Володя, холодея. — Суки!!!
Сквозь
А потом с оглушительным звоном о решетку окна, из которого Володя вел огонь по ублюдкам, разлетелась бутылка с зажигательной смесью. Осколки, в мгновение ока охваченные пламенем от фитиля-перчатки, разлетелись в разные стороны, неся на своих острых крыльях пламя и смерть. Володя шарахнулся в сторону, ощущая, как раскаленные и горящие куски пропитанного горючим стекла вонзаются в его лицо.
— Аааа! — завопил он, плюхаясь на пол. Володя, голося и извиваясь на протертом линолеуме, принялся лихорадочно колотить себя ладонями по лицу. Куски застрявшего в коже стекла резали пальцы, но Володя не чувствовал ничего кроме дикого всепоглощающего жара.
Он кричал во всю глотку и отчаянно шлепал и царапал себя по лицу, пока не понял, что осколков больше нет. Кабинет озаряло яркое пламя, вьющееся по решетке окна. В этом зареве Володя взглянул на свои изрезанные пальцы, и вдруг сообразил, что безоружен.
Калашников лежал в метре от него. Володя дернул руку, хватая автомат за горячий ствол. В этот момент клубок огня хохочущей элементалью сорвался с решетки. Прыгнув на рукав полицейской формы, огонь в мгновение ока охватил всю ткань. Кожу руки обдало таким жаром, что Володя заверещал, срывая голос.
Животно воя, он бросился в сторону. Мозг взрывался от ужаса — Володя даже не понимал, в каком положении находится. Кажется, он упал. Володя отчаянно колотил себя по руке, но форменный рукав лишь полыхал все сильнее. Володя чувствовал всем своим содрогающимся телом, как начинает гореть и обугливаться его кожа.
— АААА!!
Ужас подстегнул, и Володя мощным рывком сорвал полыхающий рукав. Ткань треснула по швам. Оторвав полыхающий кусок формы, Володя отшвырнул его в сторону и схватился за обнаженную и обожженную руку. Кожа дымилась и пузырилась, но — слава Богу! — не горела.
— Б… дь, твою мать, б… дь! — не выдержав, отчаянно заскулил Володя. Он слышал собственный голос, как во сне.
Только не сгореть! Только не сгореть!
А потом его грудь словно что-то пронзило, и Володя закашлялся. Его скрутило от глубокого кашля, который шел из самого нутра. Голова кружилась. Дым, с ужасом понял он. Володя заставил себя уткнуться лицом в рукав левой руки и дышать через него, как через респиратор.
Володя распахнул глаза. Небольшой
Володя снова закашлялся — рукав не помогал. Закашлялся так, что ему казалось — сейчас с кашлем он выплюнет свои легкие. Володю выворачивало наизнанку.
Он попытался встать, но не смог и рухнул на пол. Глаза слезились, и кроме пелены, по которой плясали огненные вихри, Володя не видел ничего перед собой. Он хватанул воздух полной грудью, но в легкие врывался лишь едкий черный дым.
Мозг пронзила полная ужаса мысль: дышать!!
Хрипя, заливаясь слезами и не видя перед собой ничего, кроме пламенных скачущих чертей, Володя пополз наугад.
А вокруг царил настоящий ад. Где-то за коридором, в одном из кабинете напротив, что-то истошно орал дежурный. Тут же раздался мощный взрыв и следом за ним — грохот обрушивающегося фрагмента стены, разнесенного в клочья снарядом из подствольного гранатомета. В ответ отчаянно стрекотали автоматы.
А толпа убийц перед зданием ОВД не унималась. Одни поливали окна полиции свинцом, не давая полицейским ни малейшего шанса на спасение. Другие под прикрытием первых подбегали к участку и швыряли по его окнам все новые и новые бутылки с зажигательной смесью. БАХ! — вспыхнула решетка кабинета оперов. ДЗИНЬ! — взвился огонь в окне приемной, за которой еще несколько часов назад восседал подполковник полиции и начальник городской полиции. ЗВЯК! — разлетелась бутылка, посылая все новых и новых огненных элементалей в кабинет начальника следственного отдела.
Володя, отчаянно сопротивляясь дыму и пламени, Володя впивался ставшими вдруг непослушными пальцами в пол и пытался подтянуть себя хоть на сантиметр ближе к заветной двери. «Дышать! Жить! ДЫШАТЬ!» — клокотало в мозгу.
Они были окружены. У них не было ни связи, ни людей, ни даже электричества. Крохотная кучка людей в двухэтажном здании ОВД была отрезана от всего остального мира ливнем, темнотой — и бандой вооруженных до зубов убийц.
Уже теряя сознание и проваливаясь в небытие, Володя продолжал слышать, как продолжает кашлять — оглушительно, до тошноты, словно исторгая из себя собственные внутренние органы…
…Пока не наступило ничто.
Часть 1
За неделю до этого
@
Старшина просунул в узкое окошко под решеткой пистолет и две обоймы.
— Распишись.
Володя черканул автограф на странице журнала и вместе с оружием и боекомплектом отошел к столу, где заряжался Маржанов.
— Как выходные? — Маржанов в ответ на вопрос Володи лишь хмуро отмахнулся. — Что, с Алтушкой опять посрались?