Вторая возможность

Подгорный Сергей

Евтеев еще с минуту сидел, окончательно приходя в себя, потом взялся за ручку дверцы, но Швартин вдруг торопливо залез в машину, лицо его было озабоченным:

– Черт... прибывает вода, - сказал он.
– Мы, кажется, не там остановились, надо стать где-то повыше.

Он завел мотор, включил фары и дворники.

По лобовому стеклу струился поток воды, и, хотя фары были переключены на дальний свет, ничего толком не было видно. Евтеев высунулся в открытое окно; свет фар терялся в десятке метров перед машиной; казалось, природа обрушила на Гоби всю ту воду, которую по рассеянности не давала ей долгие сухие годы. Мутный, бурлящий

поток, становящийся все стремительнее, прибывающий на глазах, уже бил в буфер машины. За какие-то считанные минуты "Нива" и Евтеев со Швартиным в ней вдруг оказались словно среди ярящейся реки.

– Быстрее, зальет мотор!..
– невольно крикнул Евтеев.
– Давай, Степа!..

Швартина не надо было подгонять: напряженно-собранный, он развернул машину под углом к потоку, и она медленно, но упрямо выбиралась туда, где должен был быть берег неожиданной реки. Было мгновение, когда им обоим показалось, что опасность прошла, все кончится благополучно и останется в памяти лишь забавным приключением, но в открытое боковое окно Швартин вдруг совсем рядом увидел метровую селевую волну; он лишь успел повернуть голову к Евтееву, как она ударила по кузову машины, плеснулась грязью в салон и развернула "Ниву" капотом навстречу потоку. Следующая волна Евтеев со Швартиным еще не успели опомниться - ударила в лобовое стекло, перекатилась через крышу, смахнув с багажника плохо прикрепленные вещи; мотор заглох.

– Прыгай!..
– крикнул Швартин.
– Сейчас перевернет!..

Евтеев открыл дверцу и, оглянувшись, скорее почувствовал, чем увидел, как Швартин, перегнувшись на заднее сидение, пытается взять рацию.

– Прыгай!..
– заорал Швартин, поняв, что Евтеев мешкает, и тот вывалился из машины в воду и темноту.

Едва он стал на ноги, его тут же сбила и поволокла тяжелая, вперемешку с грязью, волна. Евтеев судорожно забился, стараясь не захлебнуться, удержаться на поверхности, его несколько раз перекрутило в потоке, и он очутился в сплошной темноте среди бушующей воды. Он ощутил острый, как удар ножом, страх, растерялся до беспомощности и только минуту - или час?
– спустя вновь понял простую вещь: чтобы скорее выбраться, надо плыть поперек потока, лишь это самый короткий путь к спасению. У него даже не было времени крикнуть. "Только бы не ударило о камни..." - билась в голове единственная мысль.

Когда, наконец, он выполз из селевого потока, отполз подальше и распластался на мокром щебне под уже прекращающимся ливнем, он не мог сказать, сколько времени продолжалась его лихорадочная борьба за жизнь. Вокруг по-прежнему была густая темнота, он лежал не только опустошенный, но, казалось, до предела выжатый, без сил и без мыслей. Потом ему стало холодно, забила дрожь, он заворочался и вспомнил: "Швартин!.."

– Степан!!!
– закричал Евтеев, вскакивая на ноги.

– Степан! Степан!..
– кричал он, топчась на берегу уже стихающего потока.

Ему страшно было даже допустить мысль, что Швартин мог погибнуть; но где его искать? Куда идти: вверх или вниз по течению?..

Вначале он пошел вниз, до рези в глазах всматриваясь в темноту, стараясь не оступиться на острых камнях, время от времени останавливаясь и зовя Швартина. Но скоро убедился, что эти поиски ничего не дадут, надо ждать рассвета: может, Швартин лежит где-то на берегу без сознания, а он уже прошел мимо него в темноте. "И не вниз надо идти, а вверх по течению, - подумал Евтеев.
– Швартин

сильнее, выносливее, он, как альпинист, бывал, наверно, в подобных переделках и поэтому должен был выбраться из потока раньше меня..."

Сжавшись от холода в комок, не в состоянии еще оценить положение, в котором они оказались, Евтеев нетерпеливо ждал рассвета. Он продолжил поиски, едва начало сереть. Теперь он уже понимал, что дорога, по которой они вчера ехали, никогда не была руслом реки - это русло проложили селевые потоки. Прошедшая ночь вспоминалась бы приснившимся кошмаром, если бы перед его глазами не было свидетельств только отбушевавшей стихии. "Что же стало с машиной?.." - придавленно и потрясение подумал Евтеев.

Солнце еще не вышло из-за дальнего хребта, когда подул теплый ветер.

Евтеев торопливо шел, пристально вглядываясь во все вокруг, но Швартина не было видно. "Может, Степан выбрался на другую сторону?..
– подумал он и решил: - Дойду до места нашей вчерашней стоянки, я, кажется, запомнил его окрестности, и - если Степана не будет - пойду обратно по тому берегу..."

На мгновение он словно увидел себя издалека и сверху: крошечная фигурка на покрытом солнечным загаром, кажущемся оплавленным щебне в центре неоглядного, безлюдного и дикого пространства. До озноба, так что передернул плечами, Евтеев ощутил свои малость и затерянность.

Швартин, грязный, в одних плавках, сидел, вытянув ноги и привалившись спиной к большому камню. Глаза его были закрыты, лицо сморщено в гримасе страдания. Услышав хруст щебня под ногами Евтеева, он устало взглянул на него и попытался улыбнуться.

– Что с тобой, Степа?..
– бросился к нему тот.

– Не суетись...
– спокойно усмехнулся Швартин.
– Я, кажется, сломал ногу.

– Ногу?..
– машинально переспросил Евтеев, потерянно глядя на распухшую от колена до стопы правую голень Швартина.

– Ногу...
– кивнув, грустно подтвердил Швартин.
– Ты не суетись, мягко попросил он.
– Сядь, успокойся.

– Ну и ночка была!..
– не удержался Евтеев и почувствовал, что сказал это глуповато.

– Ночка была и прошла...
– задумчиво глядя вдаль, проговорил Швартин. Надо думать, что делать дальше...

Евтеев понурился, вдруг остро ощутив приступ мучительной вины.

– А машина?..
– с бессмысленной надеждой произнес он.

Швартин посмотрел на грязное русло, по которому еще недавно мчался сель.

– Можно попытаться поискать... но ручаюсь, что это груда металлолома...

– А рация?
– с последней надеждой проронил Евтеев.

– Я выпустил ее, когда меня сбило волной... Но даже если мы найдем ее теперь и в полной исправности, она все равно будет годиться только на то, чтобы забивать гвозди...

Евтеев недоуменно взглянул на него.

– Разрядились батареи...
– пояснил Швартин.

19

ИЗ ЗАПИСЕЙ СЮНЯЕВА

"Без понимания законов перехода _структурных_ изменений в _качественные_ нельзя понять даже вариацию свойств (крайне многообразных, если учесть, что это простейшее химическое соединение) обыкновенной воды. Этот закон включает закон перехода количества в качество, как один из частных случаев. То есть количество - это всего лишь один из _факторов_ непременное условие - делающих возможным (и неизбежным) возникновение какой-либо определенной структуры и - _соответственно_ - определенных качеств, не существовавших ранее.