Вторая модель
Шрифт:
Крамер кивнул.
– Возможно, механические реле показались профессору Томасу ненадежными. Возможно, он ожидал слишком быстрого хода событий. Но ряд этих реле могут срабатывать в долю секунды. К примеру, тормозные ракеты отстреливаются со скоростью…
– Эй, – окликнул их сидевший за пультом Уинтер. – Приближаемся к лунным станциям. Что мне делать дальше?
Все выглянули в иллюминатор. За стеклом мерцала бледная, тошнотворно рябая, точно лицо, изъязвленное оспой, поверхность Луны. Корабль с головокружительной скоростью
– Позвольте-ка, – сказал Пилот.
Отстранив с пути Уинтера и пристегнувшись к креслу, он защелкал тумблерами, и корабль начал сворачивать в сторону. Далеко внизу, на лунной поверхности, виднелись россыпи пятнышек, куполов станций слежения и крохотных квадратиков – ворот, ведущих в подземные фабрики и ангары. Внизу замигал огонек маяка, и пальцы Пилота, откликнувшись, вновь заплясали по пульту.
– Луну прошли, – спустя некоторое время сказал Пилот.
Луна, оставшаяся позади, скрылась за кормой. Корабль мчался дальше, в космос.
– Ну что ж, теперь можно и приступать?
Но Крамер не отвечал.
– Мистер Крамер, теперь мы можем начать в любой момент.
Крамер вздрогнул.
– Прошу прощения. Задумался. Хорошо, благодарю вас, – сказал он и снова в раздумьях наморщил лоб.
– В чем дело? – спросил Гросс.
– Изменения в схеме. Вы понимали цель этих изменений, давая добро монтажникам?
Гросс покраснел.
– Вам же известно: в технической стороне дела я ничего не смыслю. Мое дело – обеспечение безопасности.
– Тогда вам следовало проконсультироваться со мной.
– Да какая разница? – с кривой улыбкой возразил Гросс. – Рано ли, поздно, а довериться старику пришлось бы.
Пилот отступил от пульта. Лицо его побледнело, застыло, точно гипсовая маска.
– Вот и все, – сказал он. – Дело сделано.
– Что сделано? – не понял его Крамер.
– Нас ведет автоматика. Мозг. Я перевел управление на… на него. То есть на Старика, – пояснил Пилот, закурив и нервно затягиваясь сигаретой. – Ну, теперь скрестим пальцы…
В руках невидимого пилота корабль шел ровно, плавно. Далеко внизу, в глубине трюма, заботливо укрытый толстым слоем брони, в резервуаре с жидкостью покоился нежный человеческий мозг. На поверхности мозга плясали, искрились тысячи крохотных электрических разрядов. Возникая, разряды улавливались, усиливались, передавались релейным системам, разбегались по всему кораблю…
Гросс нервно утер лоб ладонью.
– Итак, теперь кораблем правит он. Надеюсь, он знает, что делает.
– Думаю, знает, – неопределенно кивнув, подтвердил Крамер.
– Что вы имеете в виду?
– Нет, ничего особенного. Вижу, мы все еще движемся по прямой…
Подойдя к иллюминатору, Крамер взял в руки микрофон и дунул в него для пробы.
– Отдавать указания мозгу можно устно, посредством вот этого.
– Давай, – согласился Уинтер.
– Разверни корабль на пол-оборота
Все замерли в ожидании. Прошла минута…
Гросс оглянулся на Крамера.
– Никаких изменений. Ни малейших.
– Подождите.
Корабль плавно лег в разворот, сменил курс, выровнялся. Турбины на миг заглохли, сбились с мерного ритма. Пронесшийся мимо космический мусор вспыхнул и тут же сгорел за кормой, в пламени реактивного выхлопа.
– Что ж, пока все в порядке, – резюмировал Гросс.
Люди вздохнули с облегчением. Незримый пилот вел корабль ровно, спокойно. Корабль явно оказался в хороших руках. Крамер сказал в микрофон еще несколько слов, и звездолет, вновь развернувшись, взял курс обратно, к Луне.
– Посмотрим, как он поведет себя в зоне лунного притяжения, – сказал Крамер. – Математиком старик был превосходным. С любой задачей справиться мог.
Корабль заложил вираж, поворачивая от Луны. Вскоре огромный дырчатый шар снова остался позади.
Гросс с облегчением перевел дух.
– Вот и все. Пожалуй, для первого раза довольно.
– Еще одно, – возразил Крамер, поднося к губам микрофон. – Возвращайся к Луне и посади корабль на первое летное поле, – скомандовал он.
– Господи милосердный, – пробормотал Уинтер. – Зачем тебе…
– Тихо!
Крамер поднялся на ноги, вслушиваясь в рокот двигателей. Турбины на миг захлебнулись, взревели, и корабль, круто развернувшись кругом, снова набрал скорость. Они возвращались – опять возвращались к Луне. Нырнув вниз, корабль помчался к поверхности огромного шара.
– Скорость высоковата, – заметил Пилот. – Не понимаю, как он погасит ее перед посадкой.
Стремительно растущий шар Луны заполнил проем иллюминатора от края до края. Пилот, бросившись к пульту управления, протянул руку к тумблеру. В тот же миг корабль дернулся, задрал нос и, резко сменив курс, устремился в пространство, прочь от Луны. Люди, не устояв на ногах, покатились по полу, но вскоре, поднявшись, молча уставились друг на друга.
Только Пилот словно завороженный не сводил немигающего взгляда с пульта.
– Это не я! Я ничего не трогал. Даже не прикасался.
Корабль с каждой секундой набирал ход. Крамер задумался.
– Пожалуй, переключитесь-ка лучше в ручной режим.
Пилот щелкнул тумблером, взялся за штурвал, для пробы качнул его из стороны в сторону.
– Не откликается, – сообщил он, отвернувшись от пульта. – Не откликается, и все тут.
В рубке воцарилось молчание.
– Ну вот, пожалуйста, – спокойно сказал Крамер. – Заполучив власть, старик не желает с ней расставаться. Этого я и опасался с тех пор, как обнаружил изменения в схеме разводки кабелей. Теперь все на борту управляется централизованно, даже система охлаждения, люки и выброс мусора. А мы бессильны на что-либо повлиять.