Встретимся в раю
Шрифт:
— Пенсия, огород, — задумчиво повторил Стовба. — Это, конечно, хороший итог достойно прожитой жизни. Только вот еще вопрос: сумеем ли мы дожить до пенсии? Не отдадут ли наш огород кому-нибудь другому?
— Не надо! — полковник замахал руками и даже из-за стола вскочил. — Не надо пугать, Виктор Ильич! Я пуганый… Что мне помешает дожить до пенсии и вкусить плодов с огорода? Слава Богу, мы живем сейчас в стабильном обществе, в свободной стране! Сначала послужи как следует народу, а потом отдыхай, ничего не бойся… Вот так!
— Завидую вашему оптимизму, —
— О таком, какому присягал! Могу напомнить слова присяги, Виктор Ильич, если ты забыл: обязуюсь служить во благо народа и к чести Отечества!
— С Отечеством ясно, — сказал Стовба. — А с народом… Он ведь разный. Толстосумы с Остоженки и мафия со Сретенки — народ? Да. Крестьяне, которые огораживают поля колючей проволокой и с ружьями берегут урожай от поджогов… Вы хоть слышали о таком народе? А строительные рабочие, живущие от одного водочного талона до другого, — не народ? А полуграмотная, озлобленная уездная интеллигенция, готовая хоть сейчас бросить в любую заварушку своих Дантонов и Робеспьеров… Разве это не народ? Между прочим, даже наш генерал, Бешеный Дима, тоже часть народа, хоть я и не убежден, что лучшая часть.
— Ты, гляжу, тоже… Дантон! — сказал полковник, прищурившись. — Ладно, Виктор Ильич, колись старому сыскному волку: зачем затеял весь этот разговор? Для философских бесед у нас нет времени. Колись!
— Размышлял над вашим утренним заданием, — серьезно сказал Стовба. — Ну, по поводу надежных ребят… И знаете, Денис Вячеславович, что надумал? Давайте потихоньку проигнорируем указание генерала… Людей едва хватает для обеспечения нормального дежурства, а мы еще будем их отвлекать в спецподразделение!
— Странный совет, — бросил полковник. — Приказы выполняются, а не обсуждаются. И тем более не игнорируются.
— Но приказа нет, — заупрямился Стовба. — Есть устное распоряжение, ничем не подкрепленное.
— Нет, так будет, — сказал полковник досадливо.
— Не будет, — сказал Стовба. — Приказа не будет. Для такого приказа нужна мотивировка. Какая? Вы хорошо представляете, что затевает генерал?
— Не крути вола, Виктор Ильич! — нахмурился полковник. — Ну, что там тебе еще нашептали друзья из УБТ?
Капитан покопался спичкой в трубке и вопросительно глянул на командира дивизиона. Тот лишь отмахнулся: мол, кури, черт с тобой… Стовба закурил, отогнал широкой ладонью облачко ароматного дыма и вздохнул:
— Генерал собирается дублировать УБТ, ему в дивизионах нужны подразделения по борьбе с терроризмом. Затея выношена им лично и теперь реализуется без санкции министра внутренних дел.
— Зачем? — удивился полковник. — Как говаривали во времена моей молодости: на хрена попу гармонь?
— Вот, вот, — усмехнулся Стовба. — Гармонь… Формально генерал, правда, заручился поддержкой в думской комиссии по соблюдению законности. На тот
— И все-таки, зачем гармонь?
— Для дураков такая отмазка: столичная СГБ перестраивает свою структуру, использует внутренние резервы, делает решительный шаг в обуздании преступности.
— Внутренние резервы… — задумчиво повторил полковник. — Так, это для дураков. А для умных?
— Спецподразделения нужны генералу для выполнения деликатных поручений в области политического сыска. Ему нужна собственная гвардия. Дима вообразил, вероятно, что он — маленький Берия. А может, и не маленький. Но это мы уже проходили в середине прошлого века и знаем, чем все кончилось.
— Чудовищные, голословные обвинения! — резко сказал полковник. — Я тебе, Виктор Ильич, не верю. По одной причине: если генералу нужна, как ты говоришь, гвардия, то зачем же он распыляет ее по небольшим подразделениям?
— Для создания отдельной части нужна санкция министра, — объяснил Стовба. А этого Дима не хочет… Кроме того, он боится, что такая часть не будет передана в его подчинение.
— И все же, как генерал сможет использовать спецподразделение нашего дивизиона, если оно станет подчиняться непосредственно мне? Значит, как говорится, надо и меня в долю брать?
— Вовсе не обязательно, — сказал Стовба устало. — Для командования спецподразделениями генерал и придумал этот финт с введением должности заместителя командира дивизиона по спецподготовке. И на такую должность он везде будет ставить своих мальчиков.
Полковник вспомнил недавний разговор о сыне генерала, нахмурился и пощелкал тумблерами на пульте связи. С экрана видеофона на него посмотрел старый милицейский товарищ, однокашник по академии МВД, командир шестого дивизиона.
— Соскучился, Денис Вячеславович? — спросил командир шестого. — Только виделись у генерала… Да не мнись, до селекторной совещаловки с нарядами у меня есть еще полчаса. Что-нибудь срочное?
— Я, собственно, хотел спросить… Ты думаешь выполнять приказ об изменениях в штатном расписании на второе полугодие? Ну, касательно заместителя по спецподготовке? Никого еще не подыскал?
— Мне такой заместитель нужен, как зайцу стоп-сигнал, — вздохнул командир шестого дивизиона. — Лучше бы подумали о заместителе по быту! Патрули по семейным общагам толкутся, второй год не могу ремонт в дивизионе сделать… А тут, значит, зам по спецухе! Ну, прислали юношу, накачанного как бегемот. Служил начальником штабного стрельбища. А тебе тоже прислали?
— Пока нет, — сказал командир восьмого. — Но пообещали… Не знаешь, одного тебя обласкали или и других не обидели?
— Знаю, в третий дивизион тоже какого-то мальчишку из штаба бросили. И скажи ты, Денис, все секреты, секреты у этих пацанов! Мой сразу потребовал отдельное место в казарме для своих орлов, ружейную комнату и свободный график работы. Я было начал выступать, но мой мальчик пожаловался Степичеву, и тот долго и нудно полоскал мне мозги. Ну, Степичева ты знаешь!