Встречный бой
Шрифт:
— Есть! — азартно выкрикнула Анна через минуту. — В его голове дырка смотрится лучше, чем в моей!
Марта вздохнула — конечно, плазмаган — это хорошо, но с привычным оружием в руках пользы она принесла бы гораздо больше. Стрельба затихала, одно за другим переставали изрыгать языки огня окна окруженного здания. Изнутри доносились крики и грохот — Первый Параграф ворвался внутрь и принялся за дело.
— Если уж они и там не справятся, — пробормотал Антон и добавил какое-то слово, которого Марта
Входная дверь, висевшая на одной петле, с жалобным скрежетом отвалилась и на пороге возникла неясная тень, после нескольких шагов оформившаяся в субтактика группы захвата.
— Дети Эволюции, победа за нами! — рявкнул он торжественно. — Опорный пункт захвачен!
— Во имя Пророка, — сказала Марта, опуская плазменную пушку.
Сидящая на земле Анна радостно засмеялась.
В свете догорающего заката полуразрушенный Крайон выглядел еще мрачнее, чем днем. Дома, больше похожие на груды развалин, пялились в сумрак провалами сохранившихся окон.
Мостовую вокруг взятого штурмом здания усеивали разной глубины воронки, тускло поблескивали тысячи пуль, словно кто-то разбросал множество металлических семян.
Трупы людей, обожженные плазмой или пронзенные ионными лучами, выносили из дома и складывали в кучи. Никто не знал зачем, хотя поговаривали, что для дальнейшего уничтожения.
— Это работа носильщика, — пробормотал Пабло, сваливая с плеч очередное тело, отмеченное аккуратной пробоиной в бронекостюме.
— Это дело солдата, — ответил Антон, работающий с подчиненными.
Женщины в перетаскивании мертвецов не участвовали, а составляли цепь прикрытия между работающими соратниками и развалинами, в которых могли таиться недобитые враги.
Не уничтоженный до конца город ворочался в сумраке, точно громадный зверь, изредка взрыкивая очередями или шипя, когда кто-то стрелял из плазменной пушки.
— Жуткое место, — проговорила Анна, и Марта ощутила, что подруга вся дрожит. — Кто-то пялится на меня из руин, со злобой и ненавистью, а я не могу его даже разглядеть!
В задымленном, истыканном очагами пожаров Крайоне даже инфракрасное зрение не позволяло видеть через сумрак, а разведывательных модулей после боев осталось совсем мало, всего два на всю боевую бригаду.
— Ничего, держись, клянусь Пророком, — проговорила Марта.
— Так, — за их спинами объявился Антон. — Отходим назад тем же маршрутом. Парни из Первого Параграфа будут прикрывать, а мы несем убитых и раненых.
Во время штурма потери оказались довольно велики, но их звену повезло — никто не получил серьезных повреждений.
— Нам, как всегда — самое интересное, — тихо, чтобы командир не услышал, пробормотал Стефан. — А им — лавры победителей.
Из полумрака вынырнули двое рослых бойцов штурмового отряда, несущих бесформенный куль.
Глаза его смотрели с усталой ненавистью, вместо одной руки болталась обгорелая культя, в броне виднелись многочисленные отверстия. В сознании он явно находился благодаря немалой дозе антишокового препарата.
— Забирайте, — проговорил один из штурмовиков, сгружая врага наземь.
— Хорошо, — кивнул Антон, судя по всему, получивший приказ относительно пленника.
Стефан остановился перед человеком, попытался поймать мутный от боли взгляд, нерешительно поинтересовался:
— Этого может лучше пристрелить? Загнется ведь по дороге.
— А ты уж постарайся, чтоб не загнулся, — ответил Антон. — Видишь знаки различия? Желтая галочка? Это у них называется майор! Считай, супертактик!
— Да хоть стратег, — пробормотал Стефан угрюмо, — смерть на звания не смотрит. Куда его без руки?
— Рука нам без надобности, важнее, что язык остался. А вот для тебя — в точности наоборот. Засунь язык в задницу и используй руки, пока они у тебя есть! А то я живо исправлю ситуацию!
Чернокожий форсер заворчал, но взвалил застонавшего человека к себе на плечо.
Марте с Анной досталось нести девушку из третьего звена, грудь которой разворотило пулеметной очередью, а половину тела опалило выстрелом из огнемета.
— Все готовы? — Антон оглядел подчиненных. — Пошли!
Бойцы со знаком Первого Параграфа на груди выстроились клином, обхватив с двух сторон группу соратников, несущих убитых и раненых. В сумерках камуфляжная броня делала хозяев почти невидимыми.
Развалины по сторонам от улицы, по которой они шли, оказались не такими безлюдными, как этого хотелось бы. Время от времени поднималась стрельба, но быстро стихала.
— Здесь рядом вашего гранатой накрыло, — сказала Марта, обращаясь к соседке, той самой девушке с прожженными волосами, — а где же он? Вроде жив еще был, когда наземь падал.
— Его биометрия перестала считываться, как только мы свернули за угол, — сообщил чужой субтактик, высокий и тощий. — А тело мы отыщем завтра, когда будет не так опасно…
— Что захватывали город, что нет, — заметил Стефан. — Каждой тени боимся!
— Марта дело говорит, — вступил в разговор Пабло. — Вы видите труп? Я — нет. И куда же он делся?
— Да, не видно, — после минутной паузы отозвался Антон, получивший данные с болтающегося над головой модуля-разведчика.
— Там он погиб, — сказал один из форсеров, указывая в сторону разрушенного дома. — Но в месте предполагаемой гибели просматривается дорожка крови, будто тащили что-то тяжелое.
— Неужели они его забрали? — выдохнула соседка Марты. — Зачем?