Встречный бой
Шрифт:
По небосводу поплыла круглая луна, похожая на диск из алюминия.
Марта дождалась, пока она спрячется за облаками, и медленно, перебежками, двинулась вперед, к порталу, обходя его так, чтобы выйти к контрольному пункту сзади, со стороны зарослей.
На то, чтобы выполнить эту задачу, потребовалось больше двух часов.
Стоило девушке устроиться в поросшей травой ложбине, как с юго-запада послышалось ровное гудение моторов.
— …не пошли бы? — дверь контрольного пункта открылась, оттуда выбрался человек.
Марта различила вставленную в рот человеку тонкую палочку, уловила запах исходящего от нее ароматного дыма.
Транспортеры подошедшей колонны одна за другой поворачивали к стоянке, из них выбирались водители. До девушки долетал смех, не до конца понятные разговоры.
— Что, явились? — недружелюбно сказал человек с дымной палочкой во рту, глядя, как к нему подходит один из приехавших. — Спать честным людям не даете?
— Это вы-то честные? — хмыкнул тот. — Давай, подписывай бумаги…
Дальше Марта слушать не стала, на четвереньках, почти ползком скользнула вдоль вереницы машин к дальнему концу площадки, куда не доставало исходящее от портала свечение.
Большинство транспортеров были с глухими кузовами, но попадались и закрытые тентами платформы.
Выбрав одну из них, девушка огляделась и, убедившись, что люди далеко, стремительным рывком бросилась вперед. Прижалась к холодному, пахнущему металлом борту, и замерла, ожидая крика.
Но обошлось, никто ее не заметил.
Отщелкнув одно из креплений, которым крепился тент, она сумела за несколько минут, подтянулась и забралась в заполненную угловатыми силуэтами больших контейнеров темноту.
Едва легла на пол, как от кабины донесся хлопок, недовольное бурчание, а потом заработал мотор. Машина вздрогнула и сдвинулась с места, сквозь щель внутрь пробралось синее, все усиливающееся свечение.
Когда транспортер миновал портал, стало холоднее. Будучи сытой, Марта этого и не заметила бы, но сейчас почувствовала себя неуютно и свернулась в клубок, сохраняя тепло.
Монотонно гудел двигатель, и у девушки все сильнее слипались глаза, но она сопротивлялась дремоте, понимая, что может проснуться снова в плену.
Сколько прошло часов до того момента, когда транспортер встал, она при всем желании не смогла бы сказать. Вновь хлопнула дверца, потом что-то заскрипело.
— Ну, как тут у вас? — спросил, судя по всему, водитель.
— Нормально, — ответили ему. — Второй день метель, а так ничего.
— А что с фронта слышно?
— С Дракона они поперли, — собеседник водителя понизил голос. — И говорят, что подошли близко, чуть ли не в двухстах километрах к северу видели разведывательные модули. Пойдем, погреешься… Там чай как раз поставили.
Заскрипел снег под двумя парами ног.
Дождавшись, пока шаги затихнут,
Одного рывка девушке хватило, чтобы добраться до сугроба и залечь там.
Однообразие пейзажа нарушала дорога, транспортеры на обочине и несколько одноэтажных, но просторных домов. Около них топтались люди, некоторые держали в руках автоматы.
«Интересно, где тут север? — подумала Марта, отползая прочь. — Но ничего, потом разберемся!».
Вскоре дома, дорога и транспортеры скрылись за снежной пеленой, и девушка рискнула встать. Оглядевшись, она определила положение солнца, прикинула, где оно взошло, и решительно зашагала в нужную сторону.
В том, что она дойдет до своих даже через линию фронта, Марта не сомневалась.
Ну а двести километров для боевого форсера пустяк, не стоящий упоминания.
Взгляд сверху.
4.
Форсеры, вторгшиеся на Сибирь через два портала, с Дракона и Демона, рвались вперед, спешно перебрасываемые с Земли войска сдерживали их, постепенно отступая.
Навстречу фронту по снежной равнине шагала Марта.
Наступление детей Эволюции на Антионе захлебнулось. Лучшие части не могли одолеть вцепившихся в землю буквально зубами ополченцев с соседних планет и солдат корпуса «Анубис».
У взорванного портала в тылу приходили в себя остатки второго полка корпуса «Один».
Продолжала литься кровь на Эброне, Фюркате и полудюжине других планет, где происходило то, что военные историки обычно именуют «боями местного значения». О том, что в них гибнет народу немногим меньше, чем в масштабных сражениях, исследователи скромно умалчивают.
На Земле работали десятки возникших в кратчайшие сроки институтов, придумывая новое, более мощное оружие, в ход шли проекты, столетиями лежавшие в архивах.
Не отставали от людей и приспособленные к умственной работе форсеры, обитающие в основном на Регеде, Хордане и Гекате. Измененные мозги действовали не так как у людей, но разрушительному потенциалу идей, что они рождали, позавидовала бы сверхновая.
На Земле и в колониях формировались новые корпуса, а средства массовой информации ежедневно передавали репортажи о зверствах «насильственно модифицированных чудовищ» на захваченных планетах.
Речи Зигфрида фон Хайнца, призывающие собрать силы для победы над агонизирующей отсталой расой, звучали во всех Сложных Мирах. Слушая их, форсеры стискивали кулаки и скрипели зубами, мечтая о том дне, когда человечество будет уничтожено.
Ненависть росла. Война раскручивала свой маховик.