Вспомни меня

Пауэр Элизабет

— Ничего, — улыбнулся Алекс. — Боюсь тебе наскучить. Давай лучше выберем блюда.

— Я не люблю рыбу на тарелке, — рассмеялась девушка. — Предпочитаю, чтобы она плавала...

— Как те в твоем аквариуме? — сухо поинтересовался Алекс.

— Разве я могла бы смотреть своим деткам в жабры, если бы съела одну из их семьи? — призналась она, робко улыбнувшись.

— Тогда я им ничего не скажу, — пообещал Алекс и заказал отварную рыбу в приправах, политую хересом. — Пальчики оближешь.

Это было одно из национальных

блюд с богатым пряным вкусом.

— Не нужно судить за меня, — насмешливо хмыкнула она.

— Разве кто-нибудь может это сделать? — Внезапно Алекс сделался серьезным.

— Думаю, нет, — честно ответила она, прямо глядя ему в глаза.

Принесли главное блюдо и тарелки с десертом и сыром. Официант наполнил бокалы вином.

— Ты умеешь жить, — похвалила она, попробовав рыбу. — Ничего вкуснее я не ела. Это место похоже на рай!

— Потому, что живущие здесь люди ценят то, чем владеют — и это не просто море, солнце и песок. Законы разрешают иметь одну машину на семью, скорость ограничена до двадцати двух миль в час, опасности не поджидают тебя на тихих улицах. Правительство присматривает за экологией окружающей среды. Наши жители чтут традиции.

В его словах слышалась гордость,

— Ты любишь это место, не так ли? — заметила она, улыбаясь.

Его рот вдруг печально изогнулся.

— Здесь много приятных и значимых для меня воспоминаний.

Санчия нахмурилась: многие ее воспоминания — хорошие ли? плохие ли? — померкли. Осторожно запела акустическая гитара.

— Потанцуем? — предложил Алекс. Девушка счастливо улыбнулась, протягивая ему руки.

— А ты еще и танцуешь? — Она не стала добавлять, что и без навыков танца восхищена им, его магической красотой, его сочным голосом. Пусть догадается сам.

Алекс рассмеялся.

— Среди прочих других достоинств.

Его руки были теплыми и сильными, тела двигались словно одно целое, как будто их память хранила каждое движение, каждый изгиб и поворот.

— Мы подходим друг другу, не так ли? — хрипловато пробормотал он.

От его голоса у Санчии по спине пробежали мурашки.

— Ты дал мне обещание.

— Не говорить о рыбах, я помню, — рассмеялся Алекс.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — укорила она.

— Ага...

— Алекс! — Девушка возмущенно теребила рукав его пиджака.

— Тогда перестань смотреть на меня так, — мягко попросил он.

— Как — так?

— С провокационным блеском в глазах, соблазнительно облизывая губы. А то я за себя не ручаюсь.

— Я так не смотрю. — Губы внезапно сделались сухими, и ей до смерти захотелось облизать их.

Алекс потянул девушку к себе.

— Смотришь, — твердо заявил он. — И очень трудно сдержаться от того, чтобы не прижаться к твоим губам и не заставить тебя рыдать в моих объятиях от удовольствия.

— Я бы не рыдала, — солгала Санчия, дрожа всем телом.

—

Желаешь доказательств?

Она чувствовала, как от Алекса исходят теплые волны.

— Нет, — едва слышно прошептала девушка, зная, что этого человека лучше не провоцировать.

— Жаль, — пожал он плечами, медленно кружа ее в вальсе.

Обнаженной спиной она ощущала его сильную и нежную руку, они касались друг друга ногами, бедрами, повинуясь малейшему наклону, толчку, пожатию. Он слегка сжал пальца, и она придвинулась ближе, она едва заметно дернула плечом, и он уже повернул ее в другую сторону. Они дополняли друг друга, были продолжением друг друга. Ткань его брюк приятно ласкала обнаженную кожу ее ног.

Она бывала здесь раньше? В его объятиях? Или в том, что пылает голова и дрожит тело, виноваты напитки, музыка и близость мужчины? Их обоюдное влечение очевидно. В бассейне он сказал, что она не готова для отношений. Но если между ними была интимная связь в прошлом, как она могла забыть...

Сейчас ей казалось, что все в нем знакомо — запах, голос, манера двигаться, — настолько знакомо и близко, что она не понимала, как могла существовать без него.

— Почему мы расстались?

Алекс спрятал взгляд за густыми ресницами, затем поднес ее руку к губам и поцеловал запястье.

— Я часто задавал себе тот же вопрос, — тяжело вздохнул он.

Санчия пыталась абстрагироваться от его слов, чтобы ясно и четко представить себе, что за странный эффект он производил на нее.

— Ты... ты сказал, что все шло своим чередом.

— Я?

Что мы даже не занимались любовью!

—Я, должно быть, ошибся.

Санчия некоторое время созерцала его темноволосую голову — казалось, она слышит судорожную работу его мыслей.

— Ты никогда не пожалел...

Алекс выпрямился, и внимательно вгляделся в свою партнершу.

— Ты намекаешь на то, что ты сожалела...

На его лице появился странный свет, пальцы продолжали нежно ласкать ее запястье, серые глаза смотрели проникновенно, будто он хотел впитать ее всю целиком в себя.

Словно повинуясь призыву этих глаз, ее губы распахнулись.

Что-то поверх плеча Санчии привлекло его внимание.

— Давай уйдем отсюда. — Он внезапно повел девушку к выходу.

— Но моя сумочка...

— Я заберу ее, — коротко бросил Алекс. — Жди меня на улице.

В такси они не проронили ни слова, вглядываясь в темные очертания деревьев и вдыхая дурманящий, сладкий аромат тропических цветов.

Если он жаждет уложить меня к себе в постель, как я смогу противостоять этому? — размышляла она. И хочу ли?

В доме царила пугающая тишина, когда они ступили внутрь. У лестницы Санчия резко повернулась к Алексу.

— Алекс... — Сердце девушки бешено колотилось.