Вспоминай меня ночью...
Шрифт:
Охренеть.
Прости меня, маленькая…
Бри делает шаг внутрь гримерки.
Нет!!!
Уходи! Не разрушай наш мир!
Белла поворачивается к ней лицом в кольце моих рук.
Ослабляю объятья, но она удерживает мои руки своими.
– Спасибо, Бри, – спокойно так. – Я в курсе.
Застрелите меня.
– Я, надеюсь, у тебя есть скидка, потому что… на этом удовольствии можно разориться! – а в голосе – явная подъебка. – Во сколько тебе обошлась эта «игрушечка»?
Напрягается…
Как же быстро! Как легко
– Гораздо дороже, чем тебе, Бри!
– Оу! Выкупила в долгосрочное пользование?!
Тупая-тупая сука!!!
– Да. Думаю, в пожизненное, – немного закидывает лицо вверх и целует меня в подбородок.
Пока эта тупая сучка переваривает, а я охуеваю, Белла тянет меня за шею, требуя немного наклониться, и шепчет:
– Успокойся, иначе твое сердце отобьет мое до синяков…
– Не поняла… – обтекает Бри, открыв рот.
Но по ее взгляду я вижу, что она ВСЕ поняла!
– Ты не могла бы...? – встреваю я, указывая ей на дверь – терять-то все равно больше нечего. Моя храбрая девочка опять сказала свое слово за нас двоих.
– Мхм, – кивает Белла, повторяя мой жест рукой. – Ты как раз прервала нас на самом интересном месте…
– Вот это новость! – жадно сглатывает она, сверкая глазами, и, резко разворачиваясь на каблуках, выходит, несильно хлопнув дверью.
Глава 29
Мое море
Позвякивая ложечкой о чашку, Белла задумчиво размешивает сахар в своем кофе. Он растворился уже пару минут назад, но ее пальцы все гоняют и гоняют по кругу несчастную ложечку.
Мы так ни о чем и не поговорили в ее гримерке. Телефонный звонок дал мне повод уйти от разговора. Я был рад этому, так как не знал, чем он может закончиться, а клуб это не то место, где, случайно лажанув в чем-то, я смогу удержать ее и объясниться еще раз.
Мне было необходимо, чтобы этот разговор состоялся дома.
И вот мы дома. Сидим напротив друг друга, и между нами стол, запах кофе и повисший в воздухе разговор.
И я, блять, боюсь до умопомрачения!
Чего я боюсь?
Сложно сформулировать точно.
Сегодня она еще раз показала, что принимает меня таким, как есть, со всем моим дерьмом. Фактически она разрулила ту ситуацию, от мысли про которую я просто впадал в панику. Я прекрасно осознаю, что вообще-то это была моя задача. И от этого мне еще хуже. И меня опять разрывает надвое. Ну, не хочу я для нее такой доли! Сможет ли она каждый раз так спокойно посылать нахуй наших «доброжелателей»? И, вообще, нихрена я не уверен, что она была спокойна в тот момент. Что она чувствовала? Я, блять, никакого права не имею превращать ее в жизнь в войну за нас.
Чего я боюсь?
Я боюсь боли: ее боли от всего, что сейчас обрушится на нас, и своей – от того, что она не справится с этой ситуацией и бросит меня потом.
Мне страшно, что она исчезнет из моей жизни, и не будет ни единого шанса, что я сдохну после этого быстро.
Смотрит…
Я не вижу,
Мне даже представить страшно, как она сейчас может интерпретировать мою молчанку и замкнутость! Но, блять, не могу произнести ни звука!
Поэтому просто поднимаю глаза. И даже это простое действие для меня сплошной надрыв.
Минута пытки взглядом – расчленила без наркоза…
– Все, Алекс. Мы не будем говорить об этом.
Уходит к окну.
Курить?
Да.
Ведет плечами, и лопатки разрезают воздух, заставляя меня закрыть глаза, чтобы сосредоточиться сейчас на разговоре.
– Белла, – обнимаю сзади, утыкаясь носом в ее волосы, и дышу, чтобы собраться с духом. – Мне очень нужно поговорить обо всем этом. Нам нужно. Дай мне просто несколько минут, ладно?
– Я сама скажу. Я не знаю, что происходит в твоей голове, и о чем договариваются твои тараканы, Алекс. И я даже думать об этом не хочу, потому что почти все варианты моментально лишают меня сил...
Я мудак! Ну, какого хрена я молчу?!
Но руки только сильнее сжимают ее, пытаясь компенсировать мою немоту.
– …И я отказываюсь сейчас размышлять на тему: какие из моих решений и действий могут усложнить твою жизнь!
– Не мою… – выдавливаю я, закрывая глаза.
Каждое ее слово, бляяя… Этот разговор должен был начать я!
– Помолчи сейчас. У тебя было дохрена времени на реплики!
Жесть!
– В общем, я буду делать то, что считаю правильным. Я для себя решила уже все. Это не на эмоциях было сделано, Алекс. Я осознаю, во что это превратит мою жизнь, и я, блять, согласна! Не буду врать, я и от тебя ожидаю тоже некоторых решений… и действий. Да хотя бы элементарной поддержки, а не этой эмоциональной комы!
– Прости! Прости меня…
– Подожди! Я хочу поставить точку в этом разговоре. Ты не можешь говорить, я вижу это. Не хочу даже знать, почему! Я буду… делать то, что считаю нужным и правильным. И тебе придется либо принять это, либо нет. И тогда я просто уйду. Все. Это точка. У тебя больше нет права разговаривать со мной на эту тему.
– Не делай со мной этого! Мне так много нужно сказать тебе!
– Все, Алекс, давай пока закроем эту тему, – ее спина расслабляется и прижимается к моей груди. – Я устала и физически, и морально. Пойдем спать.
Не могу в это поверить – я просрал шанс объясниться с ней!
Но мне все равно есть, что сказать.
– Я люблю тебя... И я прекрасно осознаю, что не заслуживаю ни минуты рядом с тобой и не имею никакого права уничтожать твою жизнь. Это главный предмет споров моих тараканов… Ты можешь делать ВСЕ, что посчитаешь нужным, и я поддержу любое твое решение. Для меня есть только одно страшное последствие всех твоих действий – ты придешь в себя, осознаешь происходящее и уйдешь из моей жизни. Но я клянусь, что поддержу и это твое решение, чего бы мне это ни стоило!