Всходы
Шрифт:
высокой, пожухлой травой, которую не удосужились подстричь, потому что она была слишком далеко от парка. Трава шелестела, царапая нас, и шум был громче тех криков за спиной. Я старалась не обращать внимания на боль в ноге. Ано повернул к поваленному дереву. Мы вышли на просторную территорию. Здесь был парк, домики скотоводов и акры земли с загонами для лошадей. Место было довольно отдаленным, чтобы называться городом. Наш фургон был там, и Джимми сидел на пассажирском сиденье, махая нам. Лиф держал дверь фургона открытой. Прошли долгие пара секунд, чтобы мои глаза привыкли к полумраку, царившему
Спенсер сидел на месте водителя. Он был таким высоким, что его русые волосы
задевали матовый потолок фургона. Люди считали, что ему уже за двадцать, хотя
на самом деле ему было только девятнадцать. Он ушел из дома в четырнадцать, не
из-за того, что дома было плохо, он просто устал от крика.
– Жги резину, - произнес Лиф.
– Но будь осторожен, левая задняя шина истерлась.
Лиф мог бы стать футболистом, если бы остался в школе. Он был хорошо сложен и прекрасно смотрелся со своими широко расставленными глазами, кудрявыми растрёпанными
светло-русыми волосами, волевым подбородком. Он слегка морщил нос, когда
улыбался.
– Помню, - Спенсер завел двигатель, покачиваясь в кабине.
Я забралась на сиденье, как и другие, и медленно глубоко вдохнула. Аромат лавандового шампуня, который мы все использовали в фитнес-центре, ударил мне в нос. А также пот из-за того, что весь день провели на улице в жару. Никто из нас, кажется, не мог полностью его с себя смыть. Аромат стоял такой же, как дома. Джимми обернулся и посмотрел на меня.
– Ты в порядке?
– С днем рождения, Джимми, - сказала я, улыбаясь, но взглянув на него, поняла, что мое лицо было больше похоже на гримасу. Рикер рассмеялся. Лиф улыбался. Я не видела лицо Габби, но подозревала, что она хмурится. Спенсер тоже не улыбался. Выражение лица Ано я не могла видеть, слезы потекли из глаз. Я вытащила из кармана горсть купюр. Мелочи не осталось. Фары встречного автомобиля осветили лица моих друзей.
– Кто-нибудь хочет принять горячий душ?
– Да, прошу, - произнесла Габби.
Ано открыл аптечку, спрятанную под сиденьем. Лиф порылся в шкафчике с одеждой. На следующем светофоре Ано перебрался в фургон и посмотрел на меня. Я стиснула зубы, когда он обрабатывал мою ногу. Он придерживал мою лодыжку, словно это было хрупкое стекло, которое
может разбиться. Я хотела сказать ему, что уже слишком поздно. Я уже была разбита, и меня нельзя было склеить. Но на самом деле так мог сказать каждый из нас. Он приложил тряпку к месту укуса.
– Выливай всю бутылку, - сказала я Ано, желая применить дезинфектор и к глазу. Лиф вытащил объемную толстовку цвета лаванды и пару потертых темно-сиреневых брюк и бросил их мне.- Хех, спасибо.
Лиф
– Что произошло после того, как вы с Габби разделились?
Я рассказала о мистере Молоте-убийце и о замке.
– Как я выгляжу?
– поинтересовалась я.
– Ты жива, - сказал Ано.
– Если только я не подхватила туже заразу, что и у этого урода, - тихо проговорила я. Он оперся рукой на мое голое колено, и я утонула в темной глубине его глаз.
– С тобой все в порядке, - отозвалась Габби. Я улыбнулась, чтобы не усугублять момент. Гримаса на лице Габби лишь стала еще печальнее, поскольку она знала, что я притворяюсь ради нее. Она вовсе не глупа, просто иногда так кажется, поскольку она была слишком упряма.
– Нужно доставить ее в травмпункт, - сказал всегда практичный Рикер. Он хотел однажды убраться с улицы и, возможно, стать водителем автобуса. Думал, что сможет помогать людям
путешествовать.
– Если мы там объявимся, - заявил Спенсер.
– Тогда они заберут ее. Система затянет, и она может никогда не вернуться.
Губы Рикера сжались в тонкую линию. Звук двигателя сменился и стал затихать, когда Спенсер завернул на парковку. Он знал о системе больше, чем кто-либо из нас, потому что был
единственным, кто окончил школу, потому что был в тюрьме и его заставляли. Если бы вам хотелось свести Спенсера с ума, то просто спросите его о школе.
– Что ты собираешься делать?
– спросил Ано. Казалось, все ждали моего ответа. Не знаю, каким должен быть правильный ответ, но сейчас мне хотелось одного.
– Я хочу принять душ.
Фургон остановился.
– Мы на месте, - сказал Спенсер. Через лобовое стекло проникал красный свет от вывески фитнес-клуба на фоне розовеющего неба. Внутри был горячий душ, водопровод, настоящие ванные, доступные в любое время суток. Никто не мог нас выгнать, пока мы платили наши взносы. Все началось с того, что в винном магазине Спенсеру подарили дебетовую карту. Пока она была у нас, мы могли оплачивать счет наличными. Лиф вытащил конверт из шкафа с одеждой. Он протянул руку, чтобы забрать у меня доллары.
– Обычно я плачу. Он будет ждать,- сказала я.- Он будет следить за прогнозом погоды, - сказал Ано, потому что все знали, что взносы всегда платила я. Я посмотрела на свою окровавленную одежду и отдала баксы. Лиф выскочил из машины.
– Вернусь через мгновение.
Ано прикрыл дверь и поднял фиолетовую одежду.
– Снимай с себя одежду. Мы не сможем войти в таком виде, - он схватил тряпку и
молочный кувшин, в котором у нас была вода. Смочил тряпку и стал протирать мне