Всходы

Торнтон Джэйми

Я хотела свернуться калачиком и разрыдаться, попросить их унять мою боль в голове и тошноту. Мне хотелось, наконец, окончить школу. Думаю, мне понравилось бы на выпускном балу. Хотя бы просто посмотреть на происходящее.

– Подожди здесь, - наконец вымолвила Габби, пиная носком ботинка гравий и нарушая строй черных муравьев.
– Я возьму велосипеды.

– Нет, - сказала я, вновь обретя голос и слегка покачав головой, чтобы собраться с мыслями. Я задумалась, осталась ли еще рвота на губах, но слишком

устала, чтобы проверять.- Я дойду.

Я была опасна, и они должны были оставить меня. Они ясно это понимали. Плюс было бы хорошо увидеться с Иком еще раз. Он всегда позволял нам менять проколотые шины и обычно не спорил со мной о цене и о том, чтобы брать напрокат вещи из его магазина для Ано и Габби. Мы изменяли на велосипедах все, что хотели. Это было нечто среднее между практичностью и безрассудством из Безумного Макса. Меняли, потому что тормоза и диски скоростей всегда ломались, а еще мы вешали колокольчики и ленточки, катафотики. Ведь наше положение беглецов не говорит о том, что мы потеряли чувство стиля.

Мы вошли в деревенский домик по-соседству с большим садом и двумя гаражами, а также с двумя садовой мебелью, которая стоила дороже грузовика Спенсера. Магазин находился в одном из гаражей. Выцветшая деревянная вывеска с красными буквами и каймой гласила "Велосипеды Ики". В маленьком проеме в стене были видны велосипеды, стоявшие на подставке вертикально с поднятыми колесами. У Ики также были инструменты в задней части магазина, мини-кухня и ванна, которыми он разрешал иногда нам пользоваться.

Ики был на улице, курил, словно ждал кого-то.

– Просто стой здесь, - сказала я.

Габби присела на землю, напротив секвойи. Дерево было настолько большим, что мы втроем не могли обхватить его. Кусты, росшие по краю чужих владений, были густыми и закрывали нас от магазина. Но мы могли хорошо все рассмотреть. Ано все еще стоял. Неважно, что я скажу, он все равно сделает по-своему. Нравится мне это или нет.

Я вышла на улицу.

Некто в форме военно-морского флота с яркой нашивкой эмблемы "Центра по борьбе с инфекционными заболеваниями" вышел из-за угла магазинчика Ики.

Я растерялась и опустилась за кусты. Оба мужчины спорили. Ики затушил сигарету и вошел в магазин. Военный вошел следом.

Габби втянула воздух.

– Мы не достанем сегодня велосипеды. Где Спенсер и остальные?

– Это неважно, - сказал Ано.
– Если их поймали, то поймали. Если нет, то мы идем дальше и встретимся с ними.

– Но где они?
– спросила Габби.

– По пути к поездам, - сказала я.

Я заставила себя встать, нужно пройтись по улице, вокруг магазина и вернуться. Но я не сдвинулась с места. Воздух вокруг горел. Габби подползла по грязи и присела рядом со мной. Жар исходил от ее тела волнами. Красноватые волны проходили сквозь меня и не давали двинуться. Ей нужно

было отойти. Ей нужно было перестать создавать вокруг меня это тепло. Сейчас я была словно оружие. Неужели она не знала, что я могу постоять за себя? Я не сдамся. Просто не смогу. Я просто больше не была...

*****

Дрожь зарождалась глубоко в груди и растекалась к ногам, рукам и голове. Я просыпалась от боли. Неумолимая стучащая боль вынуждала меня почувствовать себя так, словно кто-то стучал моей головой о стену.

Я открыла глаза и увидела людей. Человеческие спины. Сидящие по парам в пледах, меховых накидках, топах и футболках. Я села. Моя голова отразилась в стекле.

Окно автобуса.

В зеркало автобуса я заметила водителя. Это была пожилая женщина за пятьдесят, полноватая, седая, с острым ястребиным взглядом и нахмуренными бровями. Она встретилась со мной взглядом, и я отвернулась, не желая, чтобы она рассматривала меня. Потому что тогда у нас может появиться еще больше проблем.

Габби сидела в проходе, зажав руку между коленями. Ано сидел рядом со мной. Тихий гуд мотора, ритмичный шелест шин, покачивание автобуса - все это умиротворяло. Я должна с ним заговорить. Должна заговорить, и тогда он поможет мне понять все происходящее. Может, тогда мы сможем быть вместе.

Я протянула руку к Ано. Он замер, словно я была атакующим монстром. Я все же схватила его за руку. Когда ничего плохого не произошло, он расслабился и сжал мою руку в ответ.

Габби пошевелилась. Словно в замедленной съемке, капля ярко-красной крови упала на металлический пол.

Я опустила руку Ано.

– Что я натворила?

Я осторожно подбирала слова, горло болело.

Габби долгое время не отвечала. Она даже не смотрела на меня.

– Ты отключилась.

– Почему ты прячешь руку?

В этот раз она посмотрела на меня, но все еще колебалась. Никогда прежде она не сомневалась. Она всегда рубила с плеча, говорила то, что думает. Как бы жестоко это не было по отношению к человеку, который, честно говоря, был туповат.

Мой желудок снова напомнил о себе.

– Мы сказали водителю, что ты пьяна, а мы провожаем тебя домой.

Я схватила ее за руку, и она дернулась.

Так же, как и Ано.

Я отпрянула, словно коснулась раскаленной печи. Сцепила пальцы на коленях. Ано смотрел вперед в проход между нами, широко раскрыв глаза.

– Покажи мне, - попросила я.

Габби покачала головой.

– Покажи ей, - сказал Ано.