Всего одна ночь...
Шрифт:
Но когда я подняла руки и положила пальцы на клавиши, я поняла, что этого не произойдет. Я не могу играть свои ноты, только не для этих людей… Паника… Гнев… Все смешалось внутри меня.
И вдруг я заиграла…. Рахманинова. Я никогда раньше не играла Рахманинова.
Я понятия не имела, что делаю, когда скользила пальцами вверх и вниз по пианино, создавая звуки, диссонирующие и резонирующие, а также показывая один большой беспорядок нот. Я чувствовал себя как ребенок, который впервые хлопает по клавишам, и это было весело. Я бы безумно расхохотался, если бы не была так сосредоточена на том,
Не имея ни малейшего представления о том, сколько прошло времени — наверное, больше четырех минут, — я взяла последний аккорд и взметнула вверх волосы. Только тогда я осознала абсолютную тишину толпы, свое собственное дыхание, пот, струящийся по моему лицу, и кровь на клавиатуре.
Я играла так сильно, что порезалась и даже не заметила этого.
Тишина…
После того, как я закончила свою пьесу, долгое время не было слышно ни звука. И затем… кто-то захлопал в ладоши. Медленно опустив руки, я повернула голову в сторону и увидела, что только один человек хлопал в ладоши во всей толпе из пятисот гостей. Только один гость.
И когда мои глаза встретились с его, я была ошеломлена.
— Сук_ин сын, — прошептала я, и в тишине мой голос, казалось, отдался эхом. Но мне было все равно. А человек продолжал хлопать медленно и уверенно.
Но это был не просто человек.
Уэйн.
Глава 14
Еще один человек присоединился к мрачным аплодисментам. Оглянувшись, я увидела, что моя бабушка только что приехала, и она посмотрела на меня с широкой улыбкой. Другие начали присоединяться к аплодисментам, но толпа, казалось, обменивалась взглядами с каждым, кто начинал хлопать, шептались, хлопки едва ли были достаточно громкими, чтобы скрыть их сплетни, но достаточно громкими, чтобы быть вежливыми.
Я поспешно ретировалась со сцены, решив, что лучше ничего не говорить, и растворилась в толпе. Держу пари, Эмма была шокирована, и не в хорошем смысле, что я так сбилась с курса и сделала то, что только что сделала. Папа, вероятно, тоже прятался где-то поблизости, ожидая подходящего момента, чтобы оттащить меня в сторону и серьезно поговорить.
Все это меня мало волновало. Мне нужно было найти "Уэйна".
Пробираясь сквозь толпу, почти отчаянно отыскивая его глазами, я наконец обнаружила мужчину, который спал со мной два года назад. Он стоял прислонившись к колонне с одной рукой в кармане черных брюк, а другой держа бокал шампанского. Он смотрел прямо перед собой, а перед ним стояла Роза, говоря с фальшивой улыбкой и чем-то похожим на панику в глазах. Она не получала его внимания, и видимо, боялась, что никогда его не получит.
Стоя неподалеку от них, я увидела, что "Уэйн" сказал ей что-то, что заставило лицо Розы казаться разрывающимся между надеждой и разочарованием. Затем она кивнула, быстро поцеловала его в щеку и неторопливо удалилась.
Как только она отошла в сторону, я тут же пошла вперед и схватила "Уэйна" за руку, сразу же привлекая его внимание. Я потащила его прочь, в дом, подальше от шума. Как только мною была обнаружена маленькая кладовая комната, то я практически втолкнула его и меня вместе внутрь и закрыла дверь.
Включив
— Какого черта ты здесь делаешь?
"Уэйн" лениво посмотрел на меня, прислонившись к стене шкафа и скрестив руки на груди. Должна сказать, что моя память не отдавала должного тому, насколько действительно красив этот мужчина. Его волосы были темнее, чем я помнила, почти черные, а серые глаза были на грани ртути, бурные и загадочные. Я точно помнила его рост — он был значительно выше меня — и его тело… О, я вспомнила… у него было потрясающее тело.
Внезапно осознав, что мы вместе находимся в небольшом пространстве, мой желудок перевернулся. Сглотнув, я повторила его позу, прислонившись к другой стене и сложив руки на груди. Затем я выгнула бровь и посмотрела на него с любопытством, встретившись с ним взглядом.
— Ну и что же?
— Ты знаешь, — сказал "Уэйн", его голос был ниже, чем я помнила, богатый, бархатистый и дымчатый. С таким голосом он, вероятно, мог бы петь, и петь хорошо. — Обычно люди не обращаются ко мне так смело и не тащат меня в темные, тесные места. В конце концов, я очень важный человек.
Я прищурилась.
— Ну и кто ты такой?
— Так не годятся, милая. Ты должна быть вежливее, когда разговариваешь с оскароносным режиссером, и при этом, самым молодым из всех. — его губы тронула легкая улыбка.
— Да кого волнует твой дурацкий Оскар? Можешь хоть первое место занять в списке самых сексуальных мужчин на свете. Отвечай на мой вопрос.
Несколько долгих мгновений он пристально смотрел на меня.
— Я и забыл, какая ты твердолобая, — сказал он, склонив голову набок и глядя мне прямо в глаза. — Ты все еще умудряешься удивлять меня, Клео… Или теперь называть тебя — Анастасия Соколова?
Сама того не желая, я вздрогнула. Но почему я вздрогнула? Это было мое настоящее имя. Ничего необычного… Всего лишь Анастасия Соколова. Но когда "Уэйн" сказал это… То прозвучало это так, как будто я была одной из них... — Лучше Клео, — сказала я, обнаружив, что смотрю на стену рядом с его головой.
— Он усмехнулся. — Спорим, ты все еще думаешь обо мне как о Уэйне, да?
— Надеюсь, он лучше оригинала, — сказала я и вдруг заметила какое-то движение. Мои глаза метнулись к нему, когда он внезапно наклонился ближе, положив руки на стену, рядом с моей головой, заключая меня в клетку. Его глаза глубоко заглянули в мои.
— Что ты делаешь? — Спросила я его, поморщившись.
— Устраиваюсь поудобнее, — ухмыльнулся он, когда я сверкнула глазами. — И чтобы ответить на вопрос, который ты еще не задала, скажу, что мое настоящее имя — Дмитрий Беркутов.
Глава 15
— Устраиваюсь поудобнее, — ухмыльнулся он, когда я сверкнула глазами. — И чтобы ответить на вопрос, который ты еще не задала, скажу, что мое настоящее имя — Дмитрий Беркутов.
— А, — пробормотала я, нахмурившись, — это все объясняет. Роза хотела, чтобы я держалась от тебя подальше сегодня вечером, когда я еще понятия не имела, кто ты на самом деле. Она та еще гадина. Я даже не рекомендую тебе спать с ней.