Всадник
Шрифт:
– Что ты от меня-то хочешь?
– Ты имеешь огромное влияние на Акиннаеза. Помоги мне, скажи ему отдать мне город, скажи, что иначе он навлечет на себя проклятие, и бесконечные войны поразят сератайские степи.
– Ты думаешь, я сам придумываю свои видения? Их показывают мне древние боги, и те, чьи души освещают тьму, которой покрыт наш мир.
– Я часто думал над тем, почему ты указал на Реона в тот вечер. – Подойдя к занавешенному окну, произнес Мазсе.
– Реон хоть и не понимал, что делал, но был виновен в своем преступлении, а значит, должен был понести
– Возможно. – Продолжая смотреть в окно, ответил Мазсе. – Он умер уже так давно, зачем ты нас-то хочешь извести?
– Ты льстишь себе. Мне нет до тебя дела, Мазсе.
– Знаешь, иногда мне снятся сны, такие, что я путаю их с реальностью, иногда я будто бы покидаю своё тело и смотрю на мир глазами других людей.
Нессиоти приподнял бровь, и недоверчиво посмотрел сверху вниз на маленького брата.
– Ты знаешь, что до встречи с нашим отцом Террея была знахаркой? – Спросил Нессиоти, сложив руки на груди.
– И что с того? – Мотнул головой Мазсе.
– Она вылечила его раны, а он в благодарность взял её в жены, но запретил заниматься колдовством. Так как боялся расправы над ней своих соплеменников. Они любили друг друга, но для нашей матери их брак был подобен тюрьме. Что ж, теперь, после смерти отца, она, наконец-то, сможет вздохнуть полной грудью. Ведь никто из вас, никогда толком не разговаривал с ней. Даже наши сестры предпочитали компанию лошадей её обществу. А я наоборот, с удовольствием слушал ее рассказы о старых богах и о предназначении сератаев, ведь только она меня понимала. Она обучила меня читать звезды и видеть в них предзнаменования, научила меня слушать древних богов, тех, что были задолго до Великого Всадника. И, да, с того момента, как я спас войско Акиннаеза от гибели своим предсказанием, он скорее отрежет себе руку, чем ослушается меня. Но я не всесилен, и не могу слепо навязать ему свою волю, нужно обоснование твоей затеи.
В сердце Мазсе зародилась надежда.
– Не думай, что я дал согласие, я лишь объясняю тебе, как бессмысленна твоя просьба.
– Из того, что я слышал, я понял, ты унаследовал волшебство нашей матери. Если это можно назвать волшебством.– Будто не заметив, последней реплики, продолжил диалог Мазсе.
– Довольно на сегодня, уходи, Мазсе.
– Ты не виновен в том, что случилось с Реоном, но ты повинен в его смерти. Я знаю, ты сделал это из-за своего страха перед гневом отца.
– Ччто? – Нессиоти стал бледнее прежнего.
– Ты боялся, что Реон все расскажет отцу о том дне.
– Убирайся. – Гневно произнес Нессиоти. – Или одно слово и Акиннаез повесит тебя.
– Тогда братья точно прирежут тебя, или перед казнью я скажу им, что видел, и смерти тебе снова не миновать. Сможешь ли ты предвидеть свою кончину? – С ехидной улыбкой произнес Мазсе прямо в лицо брату.
– Хах, ты получишь свой город. – Махнув рукой, произнес Нессиоти.
– Я знал, что могу рассчитывать на твою помощь, брат. – Мазсе развернулся и уже выходил, как Нессиоти окликнул его.
– Здесь ты встретишь только свою смерть.
– Но тебе ведь именно это и нужно. – Ответил Мазсе.
На
– Надеюсь, ты не у царя был?
– Нет, но что-то мне подсказывает, что в степи вы вернетесь без меня.
– Ох, и дурень. Ты что наделал?
– Ничего. Давай найдем Араме.
Но Араме вскоре сам их нашел, прискакав на коне, он гневно посмотрел на Мазсе.
– Акиннаез вызывает нас обоих. Скилур, позаботься о нашем племени, скажи матери, что я люблю её. – Удрученно произнес Араме.
– Не говори так. Все образуется, он не может тебя убить из-за одной его выходки.
– Вот и узнаем это.
Недалеко отъехав от дворца, им пришлось вернуться назад. Их тут же провели в тронный зал к Акиннаезу.
– Приветствую тебя, великий царь. – Поклонился Араме.
– Оставь это. – Раздраженно произнес Акиннаез.
– Мальчик, обдумав, твою просьбу я решил согласиться на неё. – Обратился он к Мазсе.
– Благодарю Вас, великий царь.
– Подожди. Я не дам тебе ни войск, ни рабов, ни денег. Ты здесь сам по себе, все люди, которых ты уговоришь идти за тобой, пусть уходят. Но знай, здесь ты будешь не как сератайский всадник, а как мародер и разбойник. Я разошлю гонцов во все королевства на востоке и объявлю, что ты действуешь не от моего имени. Тебе понятно?
– Да, мой царь. – Немного раздосадовано произнес Мазсе.
И только сейчас он понял, насколько безнадежно его положение. Что без войск и рабов, город лишь груда камня. Любой маломальский отряд сможет захватить его.
– Поздравляю, теперь ты правитель Антерола. – Ну и что делать будешь? – Спросил Араме на выходе из дворца.
– Я не знаю. Искать себе воинов, наверно. – Неуверенно произнес мальчик.
– Я тебя избавлю от ненужной траты времени. За тобой никто не пойдет, даже если ты предложишь каждому по сундуку золотых монет. Потому что мертвым золото ни к чему. Ладно, давай вернемся к Скилуру. Пусть он порадуется твоему вознаграждению.
– Ох, нет. Ты серьезно? – Мотая головой, воскликнул Скилур, узнав о новоприобретенной собственности Мазсе.
– Братья, помогите мне защитить этот город. Без вас я не справлюсь. Подумайте только, мы сами будем, как цари, у нас будет целое королевство. – Пытался убедить братьев Мазсе.
– Королевство чего? Сожженных полей, да разграбленных деревень. – Ответил Араме.
– Акиннаез тебе недаром сказал, что земли эти лакомый кусок для восточных соседей, тем более теперь, когда Антерол пал, а орда уходит. – Добавил Скилур.
– Ты уверен, что останешься? Хотя, теперь у тебя и выбора нет. Как я матери в глаза смотреть буду? Все что я могу для тебя сделать, отдать половину своих рабов. О войсках проси знать сам. – Выпалил Араме.
По приказу своего вождя, вся знать собралась в его доме в Антероле. В тесном помещении было девять военачальников, и все пристально смотрели на Мазсе, когда он объяснял им ситуацию.
– Есть среди вас смельчаки, которые не побоятся сразиться против восточных армий и защитить Антерол, а его королевство сделать частью земель сератайских? – Закончил свою речь Мазсе.