Время волков

Бочаров Анатолий Юрьевич

– Да что ты трясешься, боишься меня, что ли!
– возмутился Томас Дериварн, взмахнув из стороны в сторону наполовину уже общипанным бедрышком.
– Тебя, парень, как звать?

– Блейр Джайлс, - юноша, обычно довольно языкастый в компании своего господина, сейчас отчаянно смущался и отводил глаза.

– Джайлс? Не помню такой семьи. Кто твой отец, приятель, где у него лен?

– Блейр простолюдин, - коротко сообщил Александр, разделывая ножом кусок свинины.

– Простолюдин?
– удивился Томас.
– Где ж ты его нашел тогда?

– Занятная вышла история, - Гальс глянул в сторону оруженосца и принялся рассказывать.
– Отец Блейра служил у моего отца, и неплохо служил - сделался лейтенантом. Потом и у меня немного послужил, а год назад Господь призвал к себе его

душу. Умирая, лейтенант Джайлс попросил у меня принять своего сына в дружину и обеспечить протекцию. На словах я согласился, обижать старика отказом перед смертью было бы грехом, а на деле отнесся к его просьбе с сомнением. Я принимаю под свое начало обученных бойцов, а не каких-то детей, не способных отличить меча от вил... Тем не менее, я все же съездил на ферму, где жили жена Джайлса с сыном. При личной встрече я лишь убедился в том, что Блейр не создан для военной жизни. Он показался мне не очень смелым, не очень искусным и совершенно лишенным нужных качеств. Крестьянин... Так я подумал, но я ошибался. Блейр мало что не на коленях убеждал меня взять его в солдаты, хоть я и оставался непреклонен. Дал ему от ворот поворот и поехал обратно, не зная, что щенок увязался следом. В лесу на меня напали разбойники, дело выдалось жаркое... а Джайлс приметил это и кинулся на помощь. Он храбро дрался и даже прикончил одного негодяя - кухонным ножом, представляете? Я лишь тогда понял, насколько в нем ошибался. Не парнишка, а чистое золото. С тех пор Блейр мой оруженосец, и я лично учу его владеть мечом. Сегодня он впервые участвовал в настоящем сражении.

– Да ну? И как тебе, мальчик?
– поинтересовался граф Дериварн у Джайлса.

Осмелевший юноша закатал рукав рубахи и провел пальцем по руке, показывая на свежий, едва покрывшийся коростой порез:

– Вот, видите? Тот, кто меня этим подарком украсил, сейчас уже на небесах, среди ангелов. Я его насквозь проткнул.

– Молодец!!!
– одобрил Томас, от всей души хлопнув Блейра по спине.
– Так и дальше держать! Ты, гляжу, сердцем отважен и рукой не подкачал, далеко пойдешь!

– Когда подрастет - сделаю его рыцарем и дворянином, - сообщил Александр, отпивая вина. Джайлс покраснел, как рак.

– На вашем месте, граф, я бы поостерегся строить планы на будущее, - послышался от дверей немного укоризненный голос.
– Тимлейн мы взяли, но война еще не закончилась, и знал бы я, чем вообще закончится, - Гледерик Брейсвер, а это был именно он, вошел в зал в сопровождении Мартина Эрдера. Новый король, или точнее принц, напомнил себе Александр, успел снять доспехи и сменить их на простую одежду темных цветов, больше всего напоминающую наряд странствующего солдата удачи. Куртка из кожи, перевязь с мечом, темные брюки, высокие сапоги до колен.

– Ваше величество!
– вскочил, салютуя, кто-то из дворян, но Брейсвер только махнул рукой:

– Но-но, обойдемся без титулов, тем более я пока что не коронован. Раз уж вы тут напиваетесь, то и мне налейте, что ли, а то неудобно как-то. Мартин, не стой столбом и сделай лицо попроще. Я понимаю, что новости скверные, но нельзя же так по их поводу убиваться...

– Скверные новости?
– подал голос граф Тресвальд.

Прежде чем ответить, Гледерик Брейсвер рухнул в первое попавшееся кресло и поджал под себя ноги:

– Достаточно скверные. Я вообще-то сначала собирался с вами немного повеселиться, но раз уж начал, придется доложить по всей чести. Для начала, впрочем, сделаю вам одно предложение. Я предлагаю вам, господа, стать моим Коронным советом. Я надеюсь, вы не возражаете? Впрочем, удивился бы, коли б вы возражали... Слушайте же меня, и не говорите, что не слышали. Брайан Ретвальд трагически и скоропостижно скончался дьявол его ведает от чьей руки, во цвете лет и в расцвете сил. Городской гарнизон присягнул мне на верность. Королевские войска, расквартированные в летних лагерях, находятся под командованием верных нам офицеров. Престол пуст, его наследником решением Коронного совета... вашим решением признан я, как последний потомок Карданов, и архиепископ готов меня короновать, что он и скажет мне завтра, когда я его об этом попрошу. Казалось бы, уже можно радоваться жизни, но не все так волшебно под грешной луной. Мои люди обыскали весь

замок от подземелий до флюгеров, но не нашли никаких следов принца Гайвена Ретвальда. Принц пропал. Удалось только допросить одного выжившего солдата, стоявшего в карауле, охранявшем утром принца. Этот парень сообщает, что Ретвальда увел с собой Артур Айтверн, сын покойного маршала. Но никто не знает, куда они делись. В этой крепости много потайных ходов?

– Существует некий подземный коридор, выводящий отсюда далеко за пределы города, - сказал Эрдер, ставший за спиной у Гледерика, - его называют Дорогой Королей. Знают о нем немногие. Даже я понятия не имею, где именно он начинается, как его найти... Но Ретвальд и Айтверн могли уйти только им.

Брейсвер задумчиво подпер рукой подбородок:

– Ну пусть так... Черт, да какая разница, как они отсюда убрались, суть не в этом, - он скривился и тут же перешел на официальный тон.
– Надеюсь, господа понимают, какое значение имеют принесенные мной известия? Сын короля скорее всего жив и на свободе. И вполне может заявить права на трон. Сам он, конечно, на такое не сподобится, если верно то, что о нем болтают, ни духу не хватит, ни смелости, но с ним Айтверн... Вот кто сможет выступить против нас.

– Исключено, - возразил Эрдер.
– Сын Раймонда - такое же пустое место, как сын Брайана. Много гонору, много спеси, но совсем мало ума. Он нам не опасен.

– Не пори ерунды, Мартин, - тяжело ответил Гледерик.
– Сын Раймонда - это сын Раймонда. Он теперь герцог Айтверн. И лорд Западных берегов. Тебе напомнить, что это значит? Почти все побережье вместе с неприступным Малерионом, плодородные равнины запада, и целая толпа верных вассалов. Стоит юному Артуру свистнуть - и к нему придет четвертая часть всего Иберлена. Все закатные земли у него в кулаке. И вот этого человека ты полагаешь не опасным? Я видел его, Мартин, и совсем недавно. Он юнец, но не слабак. Слабаков я вижу сразу, а у этого сила есть. И если кроме силы, он найдет у себя еще и волю...
– голос Брейсвера стал опасно низким, - помоги нам дьявол выстоять в этой войне. Сам по себе Айтверн может не знать или не уметь почти ничего, не располагать опытом или знаниями, не смыслить в политике или в военном деле - это уже не будет иметь значения. За ним пойдут люди, и среди них найдется достаточно таких, кто будет знать и уметь. Предводитель, господа мои - это не тот человек, который может сделать все на свете. Но предводителю достаточно собрать вокруг себя тех, кто сможет, как я собрал вас. Если Айтверн жив и станет бороться - нам придется нелегко.

– Вы рисуете мрачную картину, государь, - заметил Данкрейн.

– О нет. Всего лишь достоверную. Вы, друг мой, давно смотрели на карту Иберлена? Посмотрите при случае, и вы увидите, что ваши лены, лены тех, кто пришел на мою сторону, занимают почти весь север и восток королевства. И немного юга, благодаря графу Гальсу. Почти все эти земли принадлежат сейчас нам... А на самом краю подвластных нам земель - Тимлейн. На западе королевства - Малерион и вассалы драконьих владык. Земли Айтверна. А, соизвольте вспомнить, что там лежит в сердце страны, между Иберленом и Малерионом?

– Стеренхорд, - сказал Гальс, догадавшись, к чему клонит Брейсвер.
– Стеренхорд. Недостающая четверть королевства. Ленное владение герцога Данкана Тарвела, которым он управляет железной рукой. И земли всех тех дворян, что ему присягнули. Сердце Иберлена, как вы и сказали. Точка, в которую стремятся все силы.

Гледерик захлопал в ладоши:

– Браво! Браво, мой граф! Вы меня не разочаровали. Да, совершенно верно. Стеренхорд и правящий в нем старик Тарвел. Он нелюдимый человек, этот герцог, и давно не показывался в столице. Мы так и не вышли на него, он остался в стороне от нашего дела. Сейчас Тарвел остается единственной не выбравшей своего цвета фигурой в игре. Если он перейдет на нашу сторону - нашим будет и весь Иберлен. Никто не сможет собрать достаточно сил, чтоб нас одолеть. Если Данкан Тарвел заключит союз с Айтверном - они будут сильнее нас, и столица окажется под ударом. Силы станут не просто равны - мы очутимся в проигрыше. Так что, как видите, вся наша судьба сейчас будет зависеть от решения одного вздорного провинциального затворника. А я вот даже и не знаю, что он решит...