Время прошедшее
Шрифт:
Мердок изловчился пробраться на другую сторону дороги и тащил меня за собой.
– Черт, это еще что такое? – спросил он и негодующе посмотрел назад.
Машина проехала почти в метре от нас. Появилось такое ощущение, будто гигантская рука схватила меня и отбросила к обочине. На миг тело пронзила острая боль и через секунду так же мгновенно исчезла.
Внезапно я увидела, что Билл смотрит на меня откуда-то сверху, и обнаружила, что сижу прямо на жесткой траве. Вокруг меня на земле лежали другие люди. Изрыгая проклятия, они с трудом приподнимались и гневно махали кулаками вслед удалявшемуся автомобилю. Силуэт машины скрылся впереди.
Голова начинала раскалываться, и я потерла гудящие виски. Все тело кололо и жгло.
– Вот
Да, богачи имели возможность не только наблюдать за посадкой инопланетного корабля прямо из зданий аэропорта, но и позволяли себе проезжать по живым людям.
Мердок помог мне подняться на ноги и с крайне недовольным видом смахнул с одежды песок.
– Ты в порядке?
– В общем – да, но слегка в шоке, по-моему. Как током ударило. Интересно…
Где-то впереди на дороге раздался громкий душераздирающий женский плач и крики о помощи.
– Наверное, у кого-то плохо с сердцем. Надеюсь, «скорая помощь» подъедет! – прозвучал рядом голос знакомого мужчины в кепке.
Толпа застыла в замешательстве. Билл повернулся и начал проталкиваться сквозь людской поток. Забыв про боль в ногах, я последовала за ним. Однако, не успев сделать и нескольких шагов, почувствовала приступ тошноты. Дорога вновь оживилась, люди пытались двигаться вперед. Я понимала, что присесть и отдохнуть сейчас практически нереально, поэтому, пересиливая головокружение и тошноту, шла за Мердоком. Людской поток смывал на своем пути все, а идея оказаться раздавленной меня не воодушевляла. Господи! Даже прислониться негде: ближайшая ограда совсем в другой стороне, за канавой. Чувствуя, что скоро упаду в обморок, я решила идти в обратную сторону и, подойдя к канаве, склонилась над мутной водой. Боль в животе становилась сильнее. Через несколько минут меня нашел Мердок.
Посмотрев на застывший в моих глазах вопрос, он так же молча ответил взглядом, и мы направились вперед по дороге. Над местом разразившейся трагедии зажужжал вертолет с эмблемой в виде красного креста и через мгновение приземлился посередине дороги.
Билл вытер глаза от песка и покачал головой.
– Неужто власти соизволили прислать медиков? По-моему, парню уже не поможешь: на вид ему около восьмидесяти лет.
Я кивнула.
– Да, скорее всего старик уже умер.
Несколько секунд Мердок напряженно молчал, затем внезапно, даже не глядя в мою сторону, сказал:
– Каждый раз, когда случается подобное, становится просто невыносимо тошно! Вопиющая несправедливость жизни! У некоторых есть власть, однако они не умеют правильно ею пользоваться! Из-за равнодушия и жестокости таких глупцов гибнут безвинные люди. – Он посмотрел на меня взглядом, полным боли. – Это приводит меня в ярость!
На Иокасте Билл всегда был сдержан и справедлив. Он выполнял свою работу ответственно и скрупулезно, никогда не делил тех или иных представителей различных цивилизаций на «плохих» и «хороших», был одинаково тактичен со всеми жителями. Для Мердока не имела значения социальная или национальная принадлежность обитателей станции. Он относился с уважением и к простым беженцам, и к представителям правления Конфедерации. Я знала, что его «попросили уйти» с предыдущей работы на Марсе именно из-за устойчивой позиции в таких вопросах. Мердок даже осмелился обвинить высокопоставленных чиновников земной колонии во взяточничестве и коррупции. Даже управляющий станцией, Вич, представитель одной из четырех сильнейших цивилизаций, порой не мог повлиять на мнение Мердока. В частности, споры по поводу предоставления кчерам и мелотам особых привилегий оканчивались всегда не в пользу Вича.
– Дома, на станции, у нас ведь то же самое творится, – произнес Билл вслух, повторяя мои мысли. – Хотя, конечно, не до
Мы шли уже полчаса. Найти автобус, в котором имелось хоть какое-то свободное пространство, оказалось не так-то просто. Люди набивались в городской транспорт так, что даже не закрывались двери. Наконец через некоторое время мы сумели залезть в относительно свободный автобус и поехали прочь от залива. Глядя в окно, я представляла, как все дальше и дальше отъезжаю от будущего, от дома, и направляюсь обратно в трущобы Нижнего Сиднея, в нищету и бесправие.
Глава 14
Прошла неделя. Седьмого мая, когда в доме Левина все еще спали, я вышла на улицу и, стоя у двери, наслаждалась бодрящим прохладным ветром и с грустью понимала, что мы не продвинулись ни на шаг в своих планах с тех пор, как прилетели инвиди. Сегодня мы так же далеки от цели, как и до прибытия пришельцев.
За порядком на побережье постоянно следили отряды вооруженных солдат ООН и многочисленные наряды полиции. Количество репортеров резко сократилось, однако камеры так же стояли вдоль ограждения, как и прежде. Правительство регулярно делало осторожные, оптимистичные заявления. Успокаивая людей, власти использовали уже давно избитые фразы вроде «многозначительный диалог» и «беспрецедентный по своей уникальности случай в мировой истории». Конечно, такие попытки выглядели неуклюжими и малоэффективными, однако в конце концов главы государств – обыкновенные люди, и ситуация для них стала такой же неожиданностью, как и для простых жителей планеты.
Проходил день за днем, однако развития ситуации не наблюдалось. Вопреки злым слухам, пришельцы землянам не угрожали и вовсе не собирались никого уничтожать. Число высокопоставленных лиц, желающих встретиться с инвиди, продолжало неуклонно расти. Поток переговорщиков не прекращался двадцать четыре часа в сутки. С инопланетными гостями изъявили желание пообщаться не только чиновники, но и религиозные лидеры, деятели мировой культуры, науки и представители международных организаций. Несколько десятков делегаций уже встретились с инвиди. Сотни ученых ждали своей очереди, чтобы воочию увидеть «братьев по разуму» и по возможности попытаться впоследствии провести некие исследования.
– А по-моему, эти парни только и мечтают об одном – как бы чего-нибудь продать новоиспеченным «друзьям»! – усмехался Эрик.
– Вам крупно повезло, что прилетели инвиди, а не кчеры! – едва слышно процедил Мердок сквозь зубы.
Я незаметно кивнула. Да уж, он прав! Страшно подумать, что ждало бы Землю, если бы первыми прилетели кчеры!
Инвиди проявили невероятное великодушие и справедливость: поделили привезенные технологии равномерно между всеми жителями Земли. И богатые, и бедные теперь имели равный доступ к новшествам науки. В некоторых районах планеты власти уже позволили простому населению воспользоваться некоторыми из приобретенных знаний, однако до Австралии очередь пока не дошла. Из исторических архивов я знала, что падение многих сильнейших государств на Земле в 2030-х годах произошло именно из-за того, что правительства пытались ограничить доступ людей к принесенным технологиям и даже засекретить информацию об инвиди.
Возможно, запрет на использование гиперпространства в будущем также начнет способствовать неминуемому падению Конфедерации. Чем дольше «Четыре Мира» будут держать девять нижестоящих цивилизаций в неведении относительно механизма перехода, тем сильнее будут расти недовольство и обида. Я уже давно чувствовала это негодование. Каждый раз, вспоминая Иокасту, я считала дни до того, когда наконец станция получит ответ на свой запрос о нейтралитете. Еще семнадцать дней, и станут известны результаты голосования всех тринадцати цивилизаций. Скоро должна решиться судьба моей Иокасты, а я нахожусь здесь и не имею возможности быть в курсе происходящего. А ведь именно я первой выступила за постановку этого вопроса!