Время дракона
Шрифт:
– Ты, наверно, закрытых военных городков ни разу не видел. Что тут непонятного? Живут они богато, сам же видишь. Очень богато. Ну зачем им торговать, да еще и хлебом? Прибылей крохи, зато хлопот навалом. Да и некому здесь, деревня непроезжая, у гор, чужие здесь не ходят, а местные свой хлеб имеют.
– А помочь голодным путникам?
– желчно осведомился принц.
Ага, это он усталый. При том, что Тамара его, как мешок, по скалам волокла на себе, считай, весь маршрут.
– Еще примета есть, - обронила Тамара.
– Что плохому человеку
Вот и дом с башенкой. И забор каменный вокруг него. В полтора роста. Тамара неуверенно остановилась. Не похоже, чтоб здесь кого-то охотно принимали. Вон забор какой. А калитка маленькая, не сразу разглядишь. Хорошо, хоть незапертая.
За калиткой оказался ухоженный сад. Явно садовник старался, одному такую площадь не обиходить.
На обширной открытой веранде стоял полный мужчина в халате и брюзгливо что-то выговаривал прачке, тыкал холеным пальцем в простыню, перстни так и сверкали. Тамара поморщилась. Она терпеть не могла мужиков с перстнями. Словно бабы с бирюльками. А простыню она узнала. Трудно не узнать с такими характерными дырами.
Лекарь наконец разобрался с прачкой, но к визитерам обращаться не спешил. Ждал, когда сами чего-нибудь поймут и уберутся? Похоже. Но у них не было выбора.
Лекарь наконец обернулся к ним. Бледное лицо, тонкие губы, водянистые глаза, залысины, жидкие волосы. Животик. Мягкие ухоженные ладони. Отвратительно!
– Сегодня приема нет, - сообщил он брезгливо.
– Человек умирает, не видите, что ли?
– буркнула Тамара.
– Мы хорошо заплатим, - добавил из-за ее плеча эльф.
– Если умирает, тем более приходите завтра, - нагло улыбнулся лекарь, вроде как пошутил.
– Мы заплатим золотом, - напомнил эльф, не поняв ситуацию.
– Что мне ваше золото, я сам тебе заплачу, только чтоб убрался и не мелькал тут ...
– Куда больного?
– терпеливо спросила Тамара.
В отличие от эльфа, она понимала, что происходит. И не удивилась, когда вместо ответа лекарь ушел в дом и очень долго не появлялся. Обедал, наверно.
– Чего здесь стоять-то?
– бросил он наконец через окно.
– Что, не знаете, что с больными в приемную надо идти?!
– Откуда нам знать?
– изумился эльф.
– Ну так узнайте, а не лезьте в чужой сад. И идите туда. Туда, а не сюда! Грязь тащите, заразу всякую ...
Они вышли без слов. Они узнали, где приемная, и пошли туда. Приемная находилась там, откуда они пришли, то есть неблизко. Эльф угрюмо помалкивал.
– Этот лекарь не лечит чужих, - пояснила Тамара эльфу.
– Он из заводской поликлиники, надо полагать. И очень хорошо зарабатывает. И ему лень шевелиться.
– Да я уже понял, - отозвался эльф.
– Я не понял только, чего ему нужно. Он же мог от нас отказаться? Или мог взять деньги и честно поработать.
– Поймешь.
Приемная
Лекарь явился, естественно, не скоро, хотя и не шел с больным под руки, а ехал на приличных дрожках - или как зовут такую махонькую изящную телегу?
– Чем будете платить?
– мимоходом поинтересовался он.
– Натурой?
Эльф молча выложил монеты.
– Нумизматикой не увлекаюсь.
– Золото есть золото, - пожал плечами эльф.
– Да кому нужно ваше золото! Да я за обмен заплачу больше, чем вы мне тут суете! Оно мне надо?
– Человек умирает, - напомнила Тамара.
– Лекарь мельком глянул на Игнатия. Тот, как ни странно, сидел, хотя душа уже явно наполовину покинула его тело.
– Пожалуйста, - попросила Тамара.
Она ненавидела просить. Но выбора не было. Или был?
Работал лекарь быстро и профессионально. Снял повязку, осмотрел рану - и наложил новую повязку.
– В Эрми есть хорошие хирурги, - безразлично сообщил он.
– Везите туда, если хотите. Я здесь операции не провожу.
– Вы хотя бы почистите рану и снимите заражение, - намекнула Тамара.
– Вот же у вас инструменты.
– Ну все разбираются в медицине!
– сказал лекарь.
– Любая шлюха.
Ему не нужны были деньги, он даже не взял их. Ему не нужно было лечить, и Тамара была не нужна. Лекарь просто тешил свое самолюбие. Беспомощность других и твое всевластие - это так сладко! И еще он был магом. Было в нем что-то общее с Лой Ивер, что ли? Тень какого-то высокомерия, превосходства в водянистых глазах.
На Тамару накатила ненависть, оглушающая и жгучая. Стало невозможно удерживать маскирующий облик. Сущность убийцы магов властно рвалась наружу.
Руки сами скинули футляр, винтовка моментально легла в руки и плюнула смертью. Биатлон, чтоб его! ...
Лекарь действительно оказался магом. Может, он даже смог бы защититься, но вместо этого он недоверчиво смотрел, как пышная красотка превращается в дурноватую жилистую девку, на которой и эльфийское платье смотрится тряпкой. ...И он не сразу понял, что она держит в руках.
Лекаря отбросило к стене, и в приемной расплылся словно розовый туман.
– Бери, Игнатий, и идем отсюда!
– скомандовала она.
Могутный встал, покачался.
– Бери!
– зло крикнула она.
Она не умела пользоваться разлитой магией и действовала по наитию, как всегда в моменты ярости. И, как всегда, удачно. Иначе не выжила бы в скалолазах.
А поселок беспокоился. За красивыми каменными заборчиками раздавались недоуменные голоса, ряженые жители выходили на улицу, махали руками и пытались что-то обсудить. На разных языках. Тамара не была уверена, но вроде слышался даже испанский в гуле совершенно бессмысленных криков.