Времена без Героев
Шрифт:
– Он пока не слышит тебя!
– мрачно возразил ему Юлий - Вырубился… Интересно, что с нами дальше будет!
– Скоро узнаем!
– напророчил Мстислав.
Узнали…
Их кони им же самим пригодились. Связанных, почти спеленутых, их посадили в седла и повезли куда-то на Полночь.
– Обратно возвращаемся!
– порадовался Мстислав, прикидывая, обнаружили ли вороги его засапожник - длиной клинка в ладонь, остро отточенный и удобный как резать, так и бросать. По всему выходило, что его короткая, но удобная рукоятка его не высовывалась над голенищем. Значит, есть
– Гардар!… -тихонько окликнул его Стриж - Эй, ты слышишь меня?…
Тут же он подавился собственными словами: ехавший почти что бок о бок к нему номад со всего маху всадил ему тупую сторону древка джерида под душу.
– Сволочи!
– почти беззвучно прошептал Мстислав - Вот ведь гады!
– Не разговаривать!
– на ломанном базиликанском приказал один из номадов, невысокий и смуглый воин с тяжелым выпяченным подбородком и тонкой щеточкой усов над губой - Вам, мерзавцы, запрещено обмениваться словами до изволения великого тархана Тумира Непобедимого!
– Угу, непобедимого… -прошептал Юлий так, что Мстислав все же услышал его - Да моих бы ребят сюда, от этого непобедимого только перья бы полетели!
– Помолчи!
– так же негромко приказал Мстислав - Не зли!
Так и ехали после этого - в полном почти молчании, лишь изредка прерываемом глухих кашлем одного из воинов. Простудился, похоже, бедняга, попал в жестокие и беспощадные лапы Фебрис…
Потом пришел в себя Эдрик, и даже Мстислав пожелал про себя, чтобы он отключился опять… Норлинг с первого же мига, как только сообразил, где находится и что с ним, начал сыпать самыми черными проклятьями на всех известных ему языках, угрожать, предрекать всем номадам самую гадкую и грустную участь… Меры, действенные против Юлия, против него не действовали, хотя к концу пути, остервенев, номады разбили ему копьями всю голову а Юлий почти громко удивился, почему норлинга не убили…
Но вот номады, поскучневшие и явно мечтавшие либо прибить пленника, либо поскорее доехать домой - убивать им похоже было запрещено, резко оживились, заговорили что-то на своем языке и Мстислав, как ни старался услышать, разобрать быструю речь южан не мог. Северные кланы говорили все же на другом наречии. Более понятном для гардар, да и полном слов, от них занятых.
– Они говорят, сам тархан будет нас судить!
– шепотом перевел Юлий, воспользовавшись тем, что его конвоир отвлекся - Говорят, тархан очень зол, маг вчера убил нескольких любимых его воинов… нукеров! Говорят, если он пожелает, он приговорит нас к самой мучительной смерти… Нет, я лучше не стану дальше слушать!
Он веселился, прекрасно зная по старому опыту кондотьера, что только так сможет показать - он мужчина и заслуживает уважения. Таких по крайней мере не пытали перед смертью…
Юлий трепался до самого момента, когда перед ними не показался стан клана…
– Будь я трижды проклят!
– мрачно выругался Мстислав - Да здесь весь их клан!
– Именно так!
– подтвердил уже несколько мгновений как молчавший Юлий - Полторы тысячи воинов, в том числе сотня - нукеров, отборных головорезов…
– Еще поглядим, кто кого!
– глядя на друзей одним глазом и отчаянно пытаясь разомкнуть второй, подбитый, попытался хорохориться Эдрик - Да мы им…
Ему в очередной раз ткнули копьем в морду и на этот раз, похоже, попали всерьез. Брызнула кровь, норлинг как-то странно хрюкнул и замолк… А в следующее мгновение сбылось пророчество Стрижа: на прибывший отряд с воем хлынула толпа грязных номадских женщин… Испугался даже бесстрашный Мстислав.
Палатка, отведенная пленникам и тщательно охраняемая снаружи отборными нукерами, сотрясалась своими тонкими стенками, и чтобы развлечься, Юлий иногда гадал о причинах: от ветра колышется тонкая ткань, или все же от гнева сотен номадов, собравшихся вокруг. То, что они никуда не ушли, слышно бы было даже глухому: вокруг словно море бушевало, столько их было.
– Ну так что будем делать, хевдинг?
– вдруг спросил горячим шепотом Эдрик - Побег когда начнется?
– Уймись!
– лениво посоветовал Мстислав, из последних сил стараясь расслабить окаменевшие мышцы и не дать им потерять последние капли силы и гибкости. Получалось, по правде сказать, очень плохо. Мышцы уже окоченели и если он не ошибался, самое большее через пол-вигилии он может вообще потерять конечности. А поскольку там скопится яд, помрет и сам… Не самая, кстати, плохая смерть, зная номадские способы казни…
– Так что, так и помрем?
– помрачнел Эдрик, на самом деле, кажется, сильно павший духом - Без оружия, без попыток спастись… Скучно, однако, братцы!
– Ну почему же без попыток?
– удивился Юлий…
Эдрик встрепенулся, с явным интересом глядя на то, как вор извернулся в веревках так, чтобы пряжка его ремня выпирала сквозь веревки и начал тереться животом о стойку шатра.
– Это что, ритуал такой?
– поинтересовался норлинг, когда прошло немного времени - Интересно… А что он дает?…
– Нож!
– запыхавшийся Юлий был на удивление скуп в словах - У меня пряжка - валлет, лезвие там булатное, любые веревки распорет, как гнилые!
Он перевернулся на спину и в почти полном сумраке на миг блеснуло неяркое, темно-синее лезвие булатного валлета. Оружие, конечно, как минимум слабое, но вот для подобных целей походило великолепно. Веревку, там, разрезать, глотку кому-то внезапно и бесчестно располосовать…
– Поддается?
– жарким шепотом поинтересовался Эдрик, когда прошло несколько мгновений - Ну давай же, скорее!
– Сейчас, сейчас уже!
– закусив губу, хрипло ответил Юлий - Веревка, проклятье на голову ее сплетшего, прочн а ! Словно не из верблюжьей шерсти ее вязали, а из драконьих хвостов!
– А что драконьи хвосты?… -удивился Эдрик - Нет, я их в деле не видел, если не считать того дня… Равен, ты там не очнулся?
– Ну, я же образно!
– обиделся вор - Не знаю уж, что может быть прочнее шерсти верблюда…
– … Ничего!
– на хорошем базиликанском ответили ему от входа в шатер - Ты, базиликанец, прав как никогда!