Врата рая
Шрифт:
— Я очень сожалею по поводу того, что случилось с вашими родителями, — произнес он тихим голосом, не глядя на меня.
— Спасибо.
— Итак. — Мужчина быстро взглянул вверх. — Я полагаю, что вы тоже в курсе дела относительно этого лабиринта. Я не мог не заметить, как вы смотрели на него.
— Он выглядит таким таинственным.
— Как, впрочем, и все другое. Но это для тех, кто не знает его. Вы не хотите пройти через лабиринт?
— Через лабиринт? Вы хотите сказать… на другую сторону?
—
Я колебалась. И хотя мне очень хотелось познакомиться с лабиринтом и увидеть коттедж, мистер Брадерз, при всем его любезном и дружеском обращении, оставался для меня совершенно незнакомым человеком. Что будут говорить, если я вдруг пойду с ним туда? С другой стороны, он работал у Тони, а тот все равно будет недоволен, что я покинула дом. Поэтому ничего не изменится, если я совершу еще небольшую прогулку, особенно такую.
— Хорошо, — согласилась я.
Он заметил, что я украдкой посмотрела вокруг.
— Мистер Таттертон не знает, что вы здесь?
— Нет, но мне это безразлично, — заявила я вызывающе.
— Я вижу, вы унаследовали характер вашей матери. — Он обошел коляску и взялся за рукоятки.
— Вы хорошо знали ее?
— Да. Я знал ее хорошо. Она была примерно вашего возраста, когда мы встретились.
— Вы хотите сказать, что все это время вы работали у Тони и делали игрушки?
— Да. — Теперь он был позади меня, толкая коляску, так что я не могла видеть его лица, но голос сделался еще мягче.
— А я считала, что тогда все игрушки создавал его родной брат Трой.
— О да, это так. Я лишь делал с них копии. Это брат Тони научил меня всему, что я умею.
— Понимаю. — У меня было ощущение, что он не до конца откровенен. — Вы также работали в коттедже? Или же вы работали на фабрике?
— И здесь и там.
— Где вы повстречали мою мать? — Мы подъезжали все ближе и ближе к входу в лабиринт, и я полагала, что за разговором сумею скрыть свой страх.
— Здесь и там. — Он перестал толкать коляску, по-видимому, заметив охватившее меня волнение. — Вы уверены, что хотите ехать дальше?
Я ответила не сразу. Живая изгородь была такой густой и высокой по сторонам, а дорожки в лабиринте темными и так далеко уходили вглубь! Что, если этот человек не знает по-настоящему дорогу и мы заблудимся?
— Вы уверены, что сможете потом найти выход оттуда?
Он рассмеялся:
— С завязанными глазами. Может, как-нибудь я сделаю это, чтобы убедить вас, что я не шучу. Но если вы боитесь…
— Нет-нет. Я хочу продолжить путь, — заявила я, заставив себя набраться храбрости.
— Тогда очень хорошо. Поехали. — И он покатил меня в этот громадный английский лабиринт.
Пребывание в лабиринте доставляло огромное удовольствие. Кусты по бокам поднимались до десяти футов и делали повороты точно под прямым углом. Конечно, они, как и вся остальная растительность в Фарти, нуждались в уходе. Но кругом были тень и успокаивающая нервы зелень, и я чувствовала, как напряжение дня и гнетущее чувство страха постепенно покидают меня.
— Что вы ощущаете? — поинтересовался мистер Брадерз, когда мы сделали первый поворот и углубились дальше.
— Здесь так тихо. Я с трудом различаю щебет птиц в саду.
— Да. Больше всего я люблю в лабиринте эту мирную безмятежность.
Я посмотрела наверх. Даже жалобные крики морских чаек, летавших над нами, казались приглушенными, далекими. Когда мы сделали еще один поворот, он остановился.
— Вы сидите слишком низко, поэтому, наверное, не видите крышу Фарти.
— Да, только чуть-чуть над кустами. Крыша кажется уже такой далекой.
— В лабиринте можно воображать, что находишься в другом мире. Я часто это делаю, — признался он. — Вам нравится иногда представлять себе что-то, жить в фантазиях?
— Да, очень. Мы с Люком часто делали это и, если бы оба были сейчас дома, вероятно, продолжали бы играть в фантазии. Хотя, наверное, мы стали уже слишком старыми для этого.
— Люк?
— Мой… двоюродный брат… сын тети Фанни, Люк-младший.
— О да… вашей тети Фанни. Я забыл про нее.
— Вы и ее знали!
— Я слышал о ней.
Он знал больше, чем говорил, я не сомневалась. Кто же этот человек? Не поступила ли я слишком опрометчиво, приняв так быстро его приглашение? Я обхватила себя руками, как бы защищаясь. Часть меня рвалась вернуться обратно в дом, но другая, более сильная часть хотела увидеть коттедж и побольше узнать об этом таинственном обворожительном человеке.
— Вам холодно? Здесь бывает довольно прохладно.
— Все хорошо. Еще долго нам добираться?
— Всего несколько минут. Мы сделаем этот поворот, потом другой, затем прямо до нового поворота и еще один поворот и окажемся на другой стороне.
— Я теперь могу понять, как легко здесь заблудиться.
— Да, это случается. Однажды ваша мать заблудилась.
— Правда? Она никогда не говорила мне об этом.
Он засмеялся:
— Так я впервые увидел ее. Она не могла найти дорогу назад.
— Пожалуйста, расскажите мне об этом, — попросила я. — Она так неохотно говорила о днях, проведенных ею в Фарти.