Врата рая
Шрифт:
— Правда? Обещаешь? — воскликнула я, хотя в душе мало надеялась на это.
— Конечно. Я просто возьму на себя все, что связано с твоим выздоровлением, пригласим собственных докторов, собственных сестер…
— О Дрейк, я хотела бы, чтобы ты сделал это сейчас.
— Подожди еще несколько дней, Энни. Ты можешь слишком погорячиться, и нам пришлось бы в этом случае начинать все заново. Ты должна окончательно утвердиться в правильности решения, и тогда я обещаю помочь тебе.
Он поцеловал меня в щеку, прижал к себе и затем вскочил, словно в его голове бизнесмена зазвенел будильник.
—
— Но, Дрейк, я думала, что ты, по крайней мере, отвезешь меня вниз, чтобы позвонить Люку.
— Нет никакого смысла без конца названивать ему. Он приедет, когда захочет.
— Дрейк, пожалуйста, — просила, даже умоляла я, желая, чтобы он понял, насколько это для меня важно.
Он с минуту пристально смотрел на меня, потом кивнул.
— Я поговорю с Тони, когда буду уходить. Я уверен, он сделает это.
— Но, Дрейк…
— Выше голову, Энни. Все будет в порядке, вот увидишь. По крайней мере, ты вернулась к рисованию, — заявил он, указывая на мольберт.
Он даже не подошел к нему, чтобы взглянуть на мою работу. Просто автоматически улыбнулся, как какой-нибудь служащий, помахал мне рукой и быстро покинул комнату, явно опасаясь того, что я могу настаивать на том, что может вызвать неудовольствие у Тони. Я так разочаровалась в Дрейке! Мой дядя, который был для меня скорее старшим братом, ведет теперь себя, как посторонний. Он ушел, и я осталась с этой тишиной, которая еще сильнее заставляла меня чувствовать свою беспомощность. Снова я была одна, как раненый зверек в позолоченной клетке.
Собравшись с силами, я решительно покатила коляску к двери, распахнула ее, пересекла гостиную и открыла дверь в коридор. Затем направилась к лестнице. Посмотрев вниз, я увидела, что там никого не было, а у подножия лестницы меня поджидала вторая коляска (Тони сдержал свое обещание). Я отомкнула и подняла подлокотник на коляске, чтобы перетащить себя в механическое кресло, как показывали мне Тони с тем специалистом. Устроившись и закрепив ремень безопасности, я нажала на кнопку и начала спускаться. Мое сердце отчаянно колотилось, но я была полна решимости взбунтоваться и покончить со своим положением заключенной.
Кресло остановилось в конце лестницы, и я перебралась в стоявшую рядом коляску. Воодушевленная успехом, я поехала по покрытому ковром коридору в направлении кабинета Тони.
Дверь в кабинет была немного приоткрыта. Я остановилась, не услышав никаких звуков из кабинета, тем не менее вкатила туда коляску. На письменном столе горела небольшая рабочая лампа, а в комнате царил полумрак. Задернутые шторы на окнах не пропускали послеобеденного дневного света. Я осмотрелась кругом — никого. Куда же ушел Тони? Разочарованная, я откинулась назад в коляске. Затем мои глаза остановились на телефонном аппарате на столе Тони.
Наконец-то появилась возможность самой поговорить с Люком! Я подкатила коляску к письменному столу. Только подняв трубку, я сообразила, что не знаю ни номера его телефона, ни названия общежития. Дрейк мне никогда не говорил об этом.
Я позвонила в справочную и попросила телефон Гарвардского университета. Оператор, недовольная
Ответил молодой человек. Он говорил с бостонским акцентом.
— Мне надо поговорить с Люком Кастилом. Это его двоюродная сестра Энни. Это срочно.
— Подождите, пожалуйста, одну минутку.
Я ждала, следя за дверью, в которую в любой момент мог войти Тони. Я не могла отвязаться от мысли, что он не одобрил бы мой поступок. Мне была противна сама мысль, что простой телефонный звонок представляется опасным.
— Мисс?
— Да?
— Люк Кастил сейчас на занятиях. Его сосед по комнате сказал, что он передаст ему, что вы звонили.
— О, но… передайте ему еще, пожалуйста, — просила я.
— Ну, конечно. Что вы хотите, чтобы я передал ему?
— Скажите ему… скажите ему, что я в отчаянии и он нужен мне, и, что бы ни говорили ему, Люк должен немедленно приехать в Фарти.
— Фарти?
— Да. Он поймет. Обязательно скажите ему — немедленно. Это очень, очень важно.
— Это говорит Энни?
— Да.
— Хорошо, я передам все его соседу по комнате, который, вне всякого сомнения, сообщит ему это.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Я положила трубку. Мое сердце снова так сильно забилось, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. От волнения на спине выступил холодный пот. Я выпрямилась в своей коляске и задержала дыхание, чтобы успокоиться.
Где Тони? Он сказал мне, что спустится вниз, чтобы заняться делами в своем кабинете. Может быть, ушел в агентство нанять мне новую сестру? Я выкатила коляску в коридор и прислушалась. В доме было по-прежнему тихо.
Я подъехала к входной двери и открыла ее. Солнечный свет окатил меня, как волна теплой воды. Поморгав, закрыла глаза и откинулась назад, представив себе, что нахожусь на пляже. Какое это удовольствие — дышать свежим воздухом и ощущать солнечное тепло после того, как долго оставался в замкнутом пространстве! Я ощутила прилив новой надежды. Мое сердце окрепло и кровь быстрее побежала по жилам, ноги вновь почувствовали жизненную силу.
Выпрямившись, я покатила дальше и увидела то, о чем рассказывал Тони, — деревянные мостки. Но они выглядели такими крутыми. Осмелюсь ли я спуститься по ним? И что будет, когда я захочу подняться обратно?
Меня охватил страх. Я подумала, что зашла слишком далеко. Это выше моих сил. В нерешительности глядя на мостки, я подумала о Люке. И услышала его голос: «Иди на высокие горы». Что мне делать сейчас… повернуть назад и вернуться в свою комнату побежденной?
Твердо сказав себе, что тело не подведет меня, я медленно подъехала к мосткам. Как билось мое сердце! Но решила не сдаваться. Мне необходимо было это сделать.