Врата Миров
Шрифт:
«Мы все же достигли звезд, – думал он, глядя на серые безжизненные горные ландшафты. – Мы выживем, создадим очаг цивилизации вдали от дома, за сотни световых лет от родного солнца…»
Планета не переставала удивлять, преподносила неожиданные сюрпризы. На днях при запуске разведывательных зондов был обнаружен кристаллический лес – загадочное образование, расположенное в глубине ледника, на границе с небольшим тектоническим разломом. По данным, полученным от зонда, структуры, очень напоминающие деревья, на девяносто процентов состояли из кремния. Сегодня туда отправилась
В оранжевом сумраке появились обрывистые очертания первого плато. Густая облачность висела низко, окрестные вершины гор тонули в клубящемся мареве, языки густого тумана сползали вдоль склонов, словно медленно движущиеся лавины.
Необыкновенная, своеобразная красота. Взгляд уже находил эстетику в явлениях, которые недавно казались губительными, зловещими, мышление менялось постепенно, трудно, но Глеб все чаще воспринимал окружающую реальность своим домом.
«Надо бы поднять вопрос о названии планеты», – подумал он, направляя вездеход к подъему, ведущему на срединное плато.
Активация защитного поля и запуск атмосферных процессоров были важнейшим, поворотным моментом, завершающим начало организации первичного поселения.
Технически идея «купола» принадлежала Захарьину. Он провел серию экспериментов, варьируя мощность эмиттеров защитного поля, разработанных для предотвращения взрывной декомпрессии отсеков космических кораблей.
Одним из последних достижений человеческой цивилизации стало использование свойства металлокерамических наночастиц в сочетании с генераторами магнитного поля. Мельчайшие светопроницаемые пылинки формировали тончайшую пленку, способную изменять характеристики плотности в зависимости от настроек эмиттера, – при максимальных значениях мощности генераторов нанопленка приобретала прочность стального сплава, при плавном ослаблении поля между частицами возникали микроскопические зазоры, способные пропускать молекулы воздуха.
Полынин остановил вездеход неподалеку от построек временного лагеря.
– Глеб Сергеевич, поднимайтесь на командный пункт!
– Иду, – он направился к ступеням, вырубленным сервами в скале.
– Все готово? – он обменялся рукопожатием с Бестужевым, кивнул остальным сотрудникам.
– Да, генераторы откалиброваны, компьютерное моделирование успешно завершено, емкости с нанопылью доставлены.
– Отлично, – Глеб занял место наблюдателя.
– Сегодня мы включим поле и сформируем защитную пленку в виде купола над тремя плато. Затем, при успешном формировании защиты, постепенно будем продолжать калибровку, изменять плотность и конфигурацию поля.
– Ну, с конфигурацией понятно, а плотность-то зачем варьировать? – спросил Глеб.
– Управлять защитным куполом просто необходимо! – эмоционально ответил Бестужев. – Вы же знаете: в тоннелях, проложенных сквозь скалы, установлены системы очистки воздуха. В защищенной зоне будет поддерживаться избыточное давление, чтобы не допустить проникновения токсинов из загрязненной атмосферы. Поэтому нам не нужна максимальная плотность нанопленки, – это потребовало
– Но в случае внезапной необходимости мы сможем дать полную мощность?
– Безусловно! Купол станет непроницаемым, только поддерживать его в таком состоянии сложно, да и накладно. А зачем нам может понадобиться полная изоляция?
– Просто спросил. На всякий случай.
– Если вы подумали о военном применении, то напрасно, – пленка не выдержит механических воздействий.
– То есть пуля, к примеру, пробьет в ней дыру?
– Образно говоря, да. Но частицы тут же сомкнутся с незначительной потерей плотности.
– Отлично. Это я и хотел услышать.
– А вот я ничего не понял! – Бестужев вопросительно смотрел на Глеба, ожидая пояснений.
– Зенитный огонь, – пояснил Полынин. – Если вдруг придется применять средства противовоздушной обороны, как это повлияет на состояние купола?
– Некоторое количество частиц будет уничтожено, но, думаю, вести огонь можно. А почему вы спросили про максимальную плотность? Пленка не остановит крупный объект, если вы подумали о летательных аппаратах…
– А если на миг включить и выключить поле? Например, в точно рассчитанный момент? Допустим, когда предполагаемый объект будет пересекать его границу?
Бестужев задумался, затем как-то странно, с оттенком страха, посмотрел на Глеба.
– В чем дело?
– Меня просто поражает, почему любое изобретение вы стремитесь превратить в оружие? Это особый образ мышления, да?
– Мы на чуждой, неизученной планете, – пожал плечами Глеб. – Случиться может всякое.
– Хорошо. Я сделаю для вас расчеты. А теперь мы можем приступить к мирному строительству?
Полынин кивнул. Последняя фраза его задела.
«Ладно, пусть думает обо мне что угодно. Дай бог, чтобы мои опасения оказались напрасными». – Глеб повернулся к экранам.
Огромные емкости, заполненные сероватой жидкостью, были установлены в центре среднего плато.
– Включаем купол!
– Мощность эмиттеров – семьдесят процентов. Частицы не реагируют!
– Меняем конфигурацию поля. Прижимаем его к земле!
– Есть изменение. Контакт!
Глеб с интересом наблюдал за происходящим. От емкостей вдруг начали подниматься тонкие струйки жидкости, они притягивались к незримому полю, растекались по нему, а затем вдруг… исчезали!
– Что происходит? Почему они как будто растворяются в воздухе?
– Частицы образуют пленку толщиной в несколько нанометров. Она светопроницаема и невидима для глаза.
Полынин кивнул, продолжая наблюдать.
В воздухе над емкостями медленно расползалось серое пятно.
– Забор частиц завершен! Начинаем конфигурировать купол!
Серое пятно пришло в движение, стало постепенно истончаться, растягиваться в виде полусферы, еще некоторое время его можно было наблюдать невооруженным взглядом, затем визуальный эффект исчез.
Несколько минут прошли в напряженном ожидании.