Врата «Грейвз»

Берджес Деннис

– Вы голодны, Чарли? – спросила она, войдя. – Я принесла вам два стакана свежего молока. – Она подошла к раковине, над которой я склонился. – Как мило видеть вас на ногах, но вы плохо выглядите, мистер Бейкер. Давайте я найду вам бритву: у нас она должна быть. Я вас побрею. Потом мы приготовим вам ванну. Как вы думаете, вы на это способны?

– Сначала молоко, – сказал я. – Потом посмотрим, как далеко я смогу зайти. Полагаю, вы как следует позавтракали.

– Да. И купила утреннюю газету. За завтраком я прочитала маленькое сообщение на десятой странице

о жертве нападения, исчезнувшей из Королевской больницы в Челси. Сомневаюсь, что вы на это обратили бы внимание, но именно этот пациент был той самой жертвой, о которой газеты писали в пятницу. Что вы об этом думаете Чарли? Вы снова попали в новости.

– Полагаю, полиция за мной охотится.

– Я позвонила Фредди, и он сказал, что главный инспектор Уиллис преследует его расспросами о моем местонахождении. Он неглуп.

– И что Фредди сказал ему? – спросил я.

– Что я сказала ему, что собираюсь поехать за покупками в Париж.

– И Уиллис проглотил эту пилюлю? – спросил я.

– Кстати говоря, я планировала эту поездку, пока не началась эта история. Некоторые мои друзья знали об этом.

Наверное, я посмотрел очень скептически, потому что она продолжила, как бы защищаясь:

– Мы ходим к кутюрье, назначаем примерки, пьем шампанское – это очень фривольно, но мы так поступаем.

– И для нас это очень кстати, – сказал я со всей признательностью, на какую только был способен. – Как долго вы обычно отсутствуете?

– Бывает, что и две недели. У нас небольшая квартирка на берегу Сены, и Фредди сказал консьержу, что я приеду, но предупредил, чтобы меня не беспокоили.

Адриана повела меня к кровати, усадила и набрала в таз горячей воды. Я пил молоко, а она нашла бритву, безопасную, со сменными лезвиями. Через десять минут я был накормлен и чисто выбрит без единой царапины. Потом она отправила меня в ванную, наказав помыться. Когда мне удалось приобрести более или менее представительный вид, она помогла мне надеть новые предметы гардероба, которые принесла. К тому времени, как это закончилось, я так устал, что вынужден был прилечь, но за все эти дни впервые чувствовал себя и выглядел по-человечески. Адриана нетерпеливо ходила по комнате, а я уснул.

Когда я открыл глаза в следующий раз, она расстегивала на мне рубашку, чтобы осмотреть повязки.

– Видимо, я задремал, – сказал я.

– Да, примерно на пять часов, Чарли. Я уже сходила на ленч. А вы даже не пошевелились. Однако вы быстро поправляетесь. – Она закончила ощупывать мой живот и помогла сесть, чтобы осмотреть спину. – Хотите еще молока?

– Когда я получу настоящую еду?

– Через несколько дней, вероятно в четверг, вы получите овсянку. А сегодня можете подналечь на бульон, если хотите. А если желаете выйти, я отвезу вас куда-нибудь, где подают легкий суп. Как вы думаете, вы сможете так много ходить?

Я сел, правда довольно кособоко, проверяя уровень неприятных ощущений, прежде чем ответить.

– Я хочу познакомиться с Алисой Таппер, – сказал я. – Я совершенно уверен, что смогу это сделать, к тому же нам

надо продолжать расследование. Кроме того, она может быть в опасности, если кто-то следил за вами и Фредди, когда вы к ней ездили. Как думаете, я выдержу такую поездку?

– Не думаю, что для вас это самое лучшее, но я готова В конце концов, это вам станет хуже, а не мне, – сказала Адриана и принесла мне стакан молока. – Если серьезно, то вам было бы полезно выйти из комнаты и немного пройтись. Давайте наденем на вас галстук и пиджак. Мы спустимся по черной лестнице и будем осторожны.

– Надо позвать сэра Артура, – сказал я. – Думаю, пора поставить его в известность, где я нахожусь, особенно после того, как это попало в газеты.

Спустя два часа мы уже насладились супом в тихом ресторанчике и встретились с Конан Дойлом в холле дома престарелых.

И вот мы уже сидели у другой кровати и смотрели в лицо очень больной женщине. Алиса Таппер, однако, была рада обществу и готова поддержать разговор.

– А где мужчина, с которым вы были на днях, миссис Уоллес? Этот помоложе, так ведь? – спросила она Адриану. Не успела та ответить, как она повернулась ко мне. – Молодой человек, вы выглядите слишком плохо для своих лет.

– Это Чарльз Бейкер, Алиса. Я говорила о нем в прошлый раз. Это он пишет о докторе Гассмане, – сказала Адриана. – А это наш друг Артур.

Я сказал:

– Вы правы, мисс Таппер, я был нездоров. Попал в аварию, но уже поправляюсь. Как вы себя чувствуете сегодня? Вы хотите с нами побеседовать?

– В отличие от вас, мистер Бейкер, я не поправляюсь. Но я рада вашему приходу. Я теперь не часто вижусь с кем-то. А почему вас интересует Бернард? Он умер так много лет назад, что я удивлена, что к нему еще проявляют интерес.

Обращаясь ко мне, она смотрела на Конан Дойла.

– Я пишу о гипнозе как о методе терапии, мисс Таппер. А ведь он был одним из его пионеров?

Слегка нахмурившись, она ответила:

– О да _гно он так и не получил того признания, которого заслуживал, потому что не опубликовал свою последнюю работу – результаты исследований в «Мор-тон Грейвз». Я думаю, опубликуй он ее, он получил бы мировую известность. Полагаю, он значительно опередил всех своих современников. – Она выпрямилась и пронзительно взглянула на меня. В ее слабом голосе зазвучала сила, когда она потребовала: – А что именно вы пишете о докторе Гассмане?

– Ну, я только начал, но я уже понимаю, что он вел интересную работу с Уильямом Таунби, Мэри Хопсон и другими.

Я внимательно наблюдал за ее реакцией на имена. Похоже, ей приятно было слышать их; упоминание этих имен, казалось, уверило ее в том, что я делаю серьезную работу.

Она улыбнулась:

– О да, с ними, с Томми Морреллом и с другими особыми пациентами. Он использовал гипноз для лечения всех пациентов – в той или иной степени. Бернард мог избавить большинство больных от депрессии и беспокойства – любого, кто поддавался гипнозу. Но некоторых людей просто нельзя загипнотизировать.