Враг врагов
Шрифт:
Лошади первыми почуяли приближение хищников, и стали беспокойно метаться по комнате. Мортус и Трокус зажгли дополнительные факелы и взяли в руки мечи. Вскоре и они услышали снаружи звук шагов. Что-то большое и тяжелое украдкой подбиралось к их убежищу.
Затем в заваленном досками и ветками дверном проеме сверкнули во мраке два больших зеленых глаза. Следом за тем оттуда донеслось жуткое приглушенное рычание.
— Убирайтесь отсюда! — громовым голосом вскричал Мортус. — Здесь для вас нет поживы!
Ночной гость не поверил ему на слово. Огромная лапа с ужасающими крючковатыми когтями вдруг выскочила из тьмы, и начала ломать баррикаду, преграждающую вход
Нанесенная рана ничуть не отбила охоты у местных чудовищ отведать свежего теплого мясца. Вновь и вновь они предпринимали попытки прорваться внутрь здания. Лошади, обезумев от ужаса, непрерывно ржали, и били копытами в стены. Мортус и Трокус с факелами в руках метались по дому, нещадно рубя лезущие изо всех щелей когтистые лапы. Снаружи ревело и выло, будто под стенами особняка собрались все окрестные твари. В свете факелов мелькали их морды, состоящие из сплошных челюстей и горящих жадным огнем глаз. Некоторые из монстров были покрыты густой черной шерстью, на боках других блестела толстая чешуя. Они выли, шипели и рычали на все лады. Близость мяса приводила их в неистовство.
Ближе к утру бестии решились на отчаянный полномасштабный штурм. Твари полезли со всех сторон, ломая баррикады и силясь ворваться внутрь. Трокус, рубя чудовищ, сломал трофейный меч, бросил его, и вооружился двумя факелами. Мортус отчаянно отбивался от наседающих тварей. Когда в окно вдруг просунулась огромная голова неведомого монстра, лорд черного замка храбро подскочил к ней, и всадил клинок прямо в глаз. Тварь, обиженно визжа, скрылась в темноте, и на этом штурм закончился. Монстры еще какое-то время бродили вокруг коттеджа, издавая жуткие завывания и рыки, а затем, когда дело запахло рассветом, исчезли, будто растворившись в воздухе.
Утро Мортус и Трокус встретили бледными, утомленными, но счастливыми. Едва рассвело, они вытащили из дома упиравшихся лошадей, вновь забрались на их спины, и погнали животных дальше на восток. Ни одному из них не хотелось повторной ночевки на нейтральной полосе, так что лошадей они в этот день щадили еще меньше, чем вчера. Несчастные животные получили такое количество ударов, что сдались, и перешли на галоп.
Уже в сумерках беглецы пересекли мост, переброшенный через пограничную речушку. Дальше начинались земли империи Кранг-дан. Здесь уже можно было не опасаться монстров нейтральной полосы, они никогда не забредали в эти края. Но отнюдь не чудовища беспокоили Мортуса. Он больше волновался о том, что могло ожидать его в черном замке. Вполне могло оказаться и так, что едва ступив в пределы родимого дома, он тотчас же будет арестован. Наверняка в замке его уже поджидали гвардейцы императоры — мрачные типы в железных масках, под которыми они прятали свои бесстыжие лица. С этими ребятами шутки были плохи.
И Мортус не ошибся. Гвардейцы действительно уже находились в замке и вовсю хозяйничали там, раздавая команды и творя всевозможный произвол. За недолгий срок своего пребывания в стенах твердыни они уже успели выявить восьмерых предателей и умучить их до смерти. И хотя никаких доказательств того, что несчастные являлись изменниками, не было, гвардейцам это не помешало. Их вообще никогда не смущала такая ерунда, как отсутствие доказательств. Все знали, что в императорскую гвардию набирают исключительно больных на всю голову садистов, обожающих истязать и убивать людей. В этом, собственно,
Не успел въехавший в черный замок Мортус спешиться, и отдать приказ отправить доставившую его ленивую кобылу на котлеты, как к нему через двор уже шествовала группа людей в черных одеяниях и с железными масками на лицах.
— А вот и стервятники, — проворчал Трокус, наблюдая за их приближением. — Уже поджидали нас.
Мортус напрягся. Если сейчас его попытаются арестовать, то нужно пробиваться с боем и рвать когти. Арест — это конец. Он не оставит ему ни единого шанса на благополучный исход. Те, кого арестовывали бойцы черной гвардии, пропадали бесследно.
Но его опасения оказались напрасными. Гвардейцы лишь передали ему приказ — немедленно отправиться в столицу империи, Черный Ургорт, и предстать пред лучезарными очами властителя всего сущего Дакроса Безжалостного. Это же касалось и Трокуса. Его тоже желали видеть в столице.
— Отправимся завтра поутру, — сказал Мортус, выслушав гвардейцев. — Нам нужно помыться, перекусить и отдохнуть. Несколько часов погоды не сделают.
— Как знать, — прошипел черный тип из-под железной маски, и весь зловещий отряд зашагал прочь.
Трокус шумно выдохнул.
— Ну, хоть в кандалы не заковали, — заметил он с облегчением.
— Не радуйся раньше времени, — посоветовал ему Мортус. — Кандалы такая штука, что могут оказаться на запястьях в любой момент. Ладно. Ступай, отъешься и отоспись. Завтра опять в дорогу.
Мортус принял ванну, которую слуги расторопно наполнили для него горячей водой. Затем в его покои доставили ужин. Сделала это лично Грыжа Антрекотовна, пожелавшая убедиться в том, что с ее господином все в порядке.
— Как же вы исхудали на чужбине, — хлопотала она, расставляя на столе тарелки. — Эти мерзкие добряки морили вас голодом? Ух, попадись они мне!
— Да, хлебнул горя в чужих краях, — согласился Мортус. — Ты-то сама как спаслась?
— Чудом, — вздохнув, призналась Грыжа. — Не иначе, боги подсобили. Не зря я молюсь им каждый день.
В империи Кранг-дан царила свобода вероисповедания. Каждый молился тем, кому больше нравилось. Что касалось Грыжи Антрекотовны, она была глубоко верующей женщиной. С юных лет она являлась прихожанкой церкви пресвятого Живоглота, где в качестве основного обряда практиковался ритуальный каннибализм. Пресвятой Живоглот жил на свете в незапамятные времена, совершил немало кулинарных чудес и оставил после себя десять рецептов приготовления человечины. За проповедь своего учения Живоглот был схвачен врагами и насильно обращен в вегетарианство. С тех пор символом веры всех последователей пресвятого Живоглота был лист шпината.
— А еще кому-нибудь кроме тебя удалось спастись? — спросил Мортус, подсаживаясь к накрытому столу.
— Нет, господин, больше никто не вернулся в замок, — сообщила Грыжа, тактично умолчав о том, что сама она прибыла с войны не с пустыми руками. Верховная кухарка решила, что добытый в бою муж это только ее трофей, и о нем незачем знать посторонним, даже лорду Мортусу.
— Что ж, прискорбно это. Немало славных героев полегло в той проклятой крепости. А все этот мерзавец Свиностас со своим ручным демоном.