Враг государства
Шрифт:
– А как там мои ребята поживают – подошли для работы?
Прапору и невдомек, что его бывшие сослуживцы уже никак не поживают, потому что с его подачи давно отсутствуют на земле. Не знал он и как они проклинали его, принимая пытки и последующую смерть. Шаркая сношенными тапочками по исцарапанному линолеуму, ничего этого Сватко не знал.
Многого не знал бывший прапор.
– Ты извини, но мне некогда было ими заниматься, – виновато произнес Зураб, обеспечивая свое алиби. – Я подумал – сначала тебя надо пристроить, а уж потом их.
– Да ладно, я просто так! – успокоил Саша.
– Ну, бывай! – Окончил разговор Зураб. – Как что будет – я позвоню.
Афганец убедился, что «темный агент» ни о чем не подозревает.
Фиолетовое небо зачернело до горизонта, а за ним едва проглядывали ранние звезды. Студеный лунный свет лился на крыши домов, оставляя в весенних лужах слитки расплавленного серебра. На пустыре у лесопосадок тихо и безжизненно. Припозднившийся «собачник» неторопливо прогуливал четвероногого друга, спустив его с поводка. Быстрая подвижная тень едва выделялась на черном подтаявшем снегу.
Год назад бомжи забили здесь прохожего, до смерти запинав ногами. А их добыча составила всего-то мобильный телефон, часы да немного мелких денег. Жизнь стала страшной, и многие люди стараются обходить этот пустырь стороной. Только «собачникам» и хорошо – есть где выгулять животину. Правда, и животным тоже достается: то лапу порежут, то с бездомными псами сойдутся…
Вдруг пес остановился, принюхался, заскреб снег лапой и… залаял. Хозяин позвал его, но собака не подошла, продолжая рыть и лаять. Держа в руке поводок, мужчина приблизился к куче хлама.
– Не слышишь, что зову?! – громко укорил он пса и, прицепив карабин к ошейнику, потянул. – Что ты на помойке нашел! Может, деньги или бомбу?
Но пес будто не слышал хозяина. Он рычал, скалил зубы и рвал поводок из рук.
Такого с ним никогда не было.
– Сидеть! – жестко и требовательно приказал мужчина, и животное неохотно подчинилось. Поджав хвост, овчарка опустилась на задние лапы, продолжая скулить нетерпеливо и беспокойно.
Осматривая груды досок и мусора, хозяин присел. Городской свет почти не доходил до этого места, и, чтобы что-то увидеть, потребовалось зажечь зажигалку. Вспыхнуло синее пламя, но и оно не давало света. Вечерний мрак надежно скрывал предметы.
Мужчина поджег клок газеты, и оранжевое пламя легло на землю ярким пятном света. Он наклонился, заглянул вглубь…
Из-под досок торчал кусок кожаного ремня. «Собачник» потянул за него, но тот не поддавался. Пришлось скинуть верхние доски и потянуть ремень с большей силой…
Вдруг мужчина выругался и испуганно отпрянул, едва не наступив на лапы овчарке. Собака подвинулась. Из-под гнилых досок показались связанные брючным ремнем человеческие руки…
Звезды ускорили свой бег, а огромный купол неба навалился на пустырь крышкой гигантского котла.
Собаковод бросился домой.
Поздней
Оружие преступник не выбросил. После долгих поисков и изнуряющей ходьбы «гусиным шагом» не была обнаружена и гильза. После осмотра места преступления и составления протокола неопознанный «криминальный труп» отправили в городской морг.
Несколько позже найденный на пустыре труп будет опознан. Погибшим окажется военный пенсионер Василий Шелепен, до сих пор считавшийся пропавшим без вести.
По факту убийства прокуратура возбудит уголовное дело.
Глава 3
ПРОРОЧЕСТВО РЕЙНСКОЙ СИВИЛЛЫ
Колеса огромного, как пароход, воздушного лайнера пробежали по посадочной полосе и, раскалившись от долгого торможения, замерли у белой отметки. Через открывшуюся дверь в пассажиров московского рейса пахнул теплый, влажный, пропитанный морем воздух. В курортное Средиземноморье весна приходит намного раньше Москвы, а зима совсем не похожа на нашу. Два щетинистых парня, внешностью мало отличающиеся от жителей этого райского места, сошли с борта и, пройдя паспортный контроль, направились на стоянку такси. Машин много, и таксисты зазывали пассажиров с той же настойчивостью, с которой на рынке вам предлагают ненужный товар.
Тепло ласкового солнца просачивалось сквозь ажурную листву вечнозеленых деревьев и зарывалось в вертолетных пропеллерах бесчисленных пальм. Игривые порывы ветра, благоухавшего морем, то и дело доносили возгласы толпы и голоса мальчишек, продававших свежую рыбу. Только Аслана и Нияза красоты природы не привлекали, так же как и эти люди в пестрых одеждах. Лица чененцев, опустивших на глаза забрала солнцезащитных очков, были суровы, строги и безучастны к бушующему вокруг пиршеству средиземноморской весны. В то время, как Ашраф и его помощник Насер отдыхали в баре отеля во Франк-фурте-на-Майне и в ожидании Абу-Нидаля непринужденно обсуждали всплывшие проблемы, а «афганский грузин» Зураб тайными тропами пробирался в Чечню для встречи с верным человеком, чеченцы выполняли другое задание.
Им предстояла встреча.
Пропустив несколько машин, Аслан поймал такси – он всегда выставлял свое старшинство, даже в мелочи. Устроившись в отсиженных сиденьях, чеченцы погнали по известному им адресу.
Дорога была приятным развлечением и отдыхом. Шоссе отличалось от московских улиц в лучшую сторону – может, потому, что климат разный. Говорят, что у каждой страны лил города, кроме гороскопа, есть собственный ритм, неповторимый жизненный пульс, свойственный местности и живущим здесь людям. Возможно. Однако в Турции этот ритм заметить трудно: каждый живет по своему собственному ритму, не всегда гармонирующему с общим.