Врачевальная 13
Шрифт:
Один из нападавших выхватил пистолет. Раздался оглушительный выстрел, и кто-то рухнул на землю, скрючившись от боли. Паника усилилась, существа бросились врассыпную, пытаясь укрыться от пуль. Но драка продолжалась, ожесточенная и беспощадная.
В рукопашной схватке каждый боролся за свою жизнь. Громкие рычания, сменяющиеся на хриплые крики, стоны, удары — все смешалось в какофонию насилия. Кровь брызгала на землю, смешиваясь с грязью и пеплом от костра.
Ярость захлестнула дерущихся, и они уже не могли остановиться. Каждый удар был пропитан ненавистью и отчаянием.
Наконец, когда силы начали иссякать, драка стала затихать. Бойцы разошлись в разные
Глава 44
С тысячами мыслей от увиденного, крутившимися в моей голове, я бросилась к месту, где разразилась эта ужасная драка. Сердце колотилось в груди, и каждое биение отзывалось в душе, наполненное тревогой. Ощущение холода и страха окутывало меня, как пелена, подобного тому, что тут произошло, я еще ни разу не видела. Одно дело, когда тела после таких массовых драк поступали к мне в прозекторскую, но увидеть все это собственными глазами - это совершенно другое. Вот только что эти мужчины веселились, пили и вот уже лежат на земле. Я чувствовала, что большинству травмированных уже не помочь. Их лица застыли с выражением боли, а я не могла спасти тех, кто ушел в мир иной.
Но среди всего этого ужаса, я заметила, что некоторые из них все еще дышат. Жизни, которые можно спасти. Я побежала к раненым, и, доставая перевязочные материалы из своего рюкзака, почувствовала, как ветер завывал, будто предостерегая меня. Вздрогнула, видимо, от новых и жутких впечатлений мне начало казаться то, чего нет.
Когда я прикоснулась к ране одного из них, магия врачевательницы начала течь из моих рук, и рана затянулась на глазах. Каждый миг был наполнен надеждой — это было невероятное чувство, когда жизнь возвращалась к человеку, которого я пыталась спасти. Почему такое не дано всем врачам, сколько же можно было жизней спасти! Не теряя времени, я бросилась к другому раненому, с ним получилось тоже самое. И когда я уже была около третьего раненого, первые два пришли в себя и зарычали как звери. Именно в тот момент до меня дошло, что лечила я не людей - это были оборотни, поэтому их раны так быстро затягивались без следа. У них была своя хорошая регенерация, но с моей помощью все срасталось на глазах. Но радость моя была недолгой. Внезапно земля под моими ногами содрогнулась. Это был не просто толчок — словно сама природа напоминала о своем могуществе.
Я упала на колени, и в этот момент подо мной вспыхнуло голубое пламя. Я завизжала от неожиданности, но тут же осеклась, пораженная великолепием того, что происходило вокруг. Земля разверзлась, и передо мной появилась огромная магическая печать — закрытый круг, великолепная работа, покрытая непонятными символами. Они вращались и перемещались, словно живые, и каждый из них излучал свет, отражая всю палитру глубочайших оттенков синего. В один день столько шоковых событий, как все это пережить и не сойти с ума?! Символы, запечатленные на печати, были для меня незнакомы, однако невыносимая тяжесть их силы ощущалась каждой клеточкой моего тела. Я не могла отвлечься от них, они завораживали и пугали одновременно. Каждая линия и завиток выглядели, словно мозаика, рассказывающая древнюю историю, или старое пророчество, просто каким-то удивительным образом соединенное с тем, что происходило вокруг.
Символы на печати искрились, меняясь в ярких цветах, словно живые. Я попыталась сфокусироваться на каждом знаке: многоугольники
– По законам древним… По призыву существ… Окруженные силой древней, дарованной Дикастам, мы объявляем начала суда! – громким замогильным голосом сказал дракон.
– Да начнётся суд! – синхронно проговорили четверо его братьев.
– Марьяна, закончите с ранеными! – это была не просьба, а приказ.
Свое мнение по поводу его приказов я выскажу позже. Но вот благодаря его словам, я пришла в себя и пошла к следующему раненому. К сожалению, их было не много.
– Тела тут нам не нужны, уберите их! – отдал очередной приказ дракон.
– А чем они вам мешают? – раздался удивленный голос Саши.
– Весь вид портят. Убери, я сказал!- ответил дракон.
Никогда бы не подумала, что драконы такие нежные, с тонкой душевной организацией. Убийства в таком количестве его не смущали, а вот тела, видите ли, мешали. Пробирка с недовольством к этим драконом внутри меня уже начала по капле набираться.
– Убрать - так убрать. Нам что притаскивать, что утаскивать - разницы же никакой, - сказал Саша, и вокруг стали раздаваться шаги, а следом и звуки волочения тел.
Когда я закончила с ранеными и поднялась, бойцы закончили уносить тела. Те, кто раньше лежал лицом в землю, теперь стояли на коленях перед судьями.
– Глава тридцатого сектора, вы заявили, что эти шестеро виноваты в массовом убийстве людей с целью развлечения. Также вы утверждаете, что они не только совершили убийство, но и специально оставили тела жертв со следами своих клыков, чтобы раскрыть наше существование? – обратился к Ингвару дракон, и тот вышел вперед, сейчас я видела перед собой совершенно другого вампира.
Его обычно расслабленное лицо, на котором всегда играла тень ироничной улыбки, сейчас казалось высеченным из камня. Исчезла легкая небрежность в движениях, уступив место какой-то сдержанной, хищной грации. Глава стоял передо мной, словно незнакомец, облаченный в знакомую оболочку. Даже оттенок его глаз, обычно искрящихся озорством, стал глубже, темнее, словно в них отразился ледяной мрак вечности.
Я привыкла видеть его обычным мужчиной с бокалом в руках на моей кухне. Сейчас же Ингвар стоял прямо, плечи его были расправлены, взгляд - острый и пронизывающий. В его позе чувствовалась какая-то нечеловеческая сила, готовая в любой момент высвободиться. Он больше не был тем беззаботным мужчиной, каким я его знала.
Этот резкий контраст пугал. Он всегда казался мне почти безобидным, этаким вечным ребенком, которому просто наскучило жить. А сейчас я видела перед собой настоящего хищника, существо тьмы, которому были не чужды ни холодный расчет, ни безжалостность.
Именно сейчас, глядя на это преображение, я осознала, что все его шутки и расслабленность были лишь маской, умело скрывающей его истинную сущность. Под покровом юмора прятался вековой голод и неиссякаемая жажда власти.
Мое сердце бешено колотилось в груди. Этот новый, незнакомый вампир пугал меня до дрожи. Он был словно лед и пламя в одном, опасный и притягательный одновременно.
– Позвольте вас прервать!
– услышала я голос незнакомца, который не дал мне упасть на крыше. – Ты, как всегда, начал раньше времени. Уже не молод, а все куда-то торопишься, ледяной.