Возвышенное
Шрифт:
Мэгги. Колин вспоминает имя, и все звуки и изображения разом вернулись к нему: сколько раз он был в этой постели, как часто Мэгги вправляла вывихнутое плечо, зашивала его, давала лекарства от аспирина до морфия.
– Пожалуйста, – говорит Люси. – Только одну минуту. Честное слово, я не останусь надолго…
– Послушай, – более мягко говорит Мэгги. – Из этого ничего хорошего не выйдет. Оставь этого парня в покое. Иди преследуй кого-нибудь еще.
Преследуй.
Открывается
– Привет, – машет она ему.
Он поднимает руку от кровати на несколько дюймов, чтобы помахать в ответ. Кожа Люси бледная и почти светится под искусственным светом. Она выглядит нереальной. Монитор фиксирует его учащенное сердцебиение, когда Колин понимает, что впервые Люси выглядит в точности так, как и должна.
С еще одной виноватой улыбкой она уходит.
– Ну, посмотрите, кто проснулся.
Колин обращает внимание на Мэгги, когда та начинает поправлять трубки и проверять мониторы. Он хочет спросить ее, что случилось с Люси, откуда она знает, что Люси – призрак, и что она имела в виду, когда говорила, что Люси его преследует. Он хочет спросить, был ли галлюцинацией мир света и тени, и серебристого огня от прикосновений Люси. Его сердце сжимается от боли при мысли, что все это было не настоящее. Но встретившись взглядом с Мэгги, он понимает: она ждет, что он что-то скажет.
– Что, прости? – спрашивает он.
– Я спросила тебя о твоей боли, милый.
Он протягивает руки. Они болят. Голова болит. Ноги.
– Чувствую себя немного разбитым, – сумел произнести он.
– Назови цифру, – она показывает на плакат с нарисованными лицами, с эмоциями от улыбки до плача и с соответствующими цифрами от одного до десяти.
– Хм… Я бы сказал… восемь?
Он кожей чувствует, что десять. Это ощущается как волна от кончиков пальцев ног до груди.
Кивая, она делает ему внутривенный укол.
– Я так и думала.
Колин наблюдает, как в его руке исчезает прозрачная жидкость. Вспоминает обжигающий холод, цвета, девушку.
– Что ты мне дала? – спрашивает он. Что бы то ни было, он хочет еще.
– Не волнуйся, сладкий. Это фентанил. Ты кричал, когда тебя привезли. Следовало бы отправить тебя в больницу.
– Ты можешь дать мне увидеться с ней? С Люси.
Колин удивлен, что она, кажется, напряглась.
– Тебе сейчас нужно отдохнуть, мой мальчик. Джо пошел за обедом и скоро вернется.
Ему не удалось долго бодрствовать, и он не увидел, как Мэгги ушла.
Открыть глаза для него – больший вызов, чем приподнять автомобиль. Сон был невероятно тяжелым, и только звук шагов входящих в палату Джо и Мэгги
Джо рассказывает ему то, что Колин уже вспомнил: он упал в озеро, и низкая температура заставила его сердце замедлить ритм. К счастью, воздействие было минимальным, и то, что он молодой и в хорошей форме, означает, что никаких особых последствий не будет.
По-видимому, слухи об этом происшествии распространились по всему кампусу, и кто-то из отчаянных студентов решился отправиться на озеро, чтобы увидеть это место своими глазами. Джо замолкает, когда входит Дот и молча оглядывает присутствующих. Колина в постели, всего в порезах и синяках, покрывающих почти всю видимую поверхность тела. Джо, старающегося избежать громкой и не нужной болтовни. Монитор, мерно попискивающий на тележке рядом с кроватью.
– Колин, – это все, что она произносит.
– Привет, босс.
– Дот собирается остаться с тобой на ночь. Ладно? – Джо морщит лоб, и впервые в жизни Колину приходит в голову, что человек, который впервые взял больничный, когда упал с того крыльца, может на самом деле сойти с ума от него, паршивца, способного довести его до сердечного приступа. – Мне нужно вернуться и убедиться, что на озере нет студентов.
Живот Колина свело чувством вины.
– Ладно, – бормочет он.
В несвойственном ему порыве Джо наклоняется и целует его в лоб.
– Я рад, что ты в порядке.
Он разворачивается и уходит с аккуратно сложенным на руке старым синим пальто. Как только Джо выходит за дверь, Колин смотрит на Дот.
– Где мой велосипед? – спрашивает он, и на последнем слове его голос еле слышен.
– Предполагаю, утонул в озере, – отвечает она, мягко похлопывая его по руке. Кто-нибудь еще сейчас сказал бы «Я же тебе говорила», но на ее лице он видит извиняющееся выражение. Он в лазарете, страдающий от последствий переохлаждения, потому что валял дурака на озере в декабре – где ему даже не следовало бы находиться. Теперь он не сможет работать, и кто знает, как долго. Да и Дот понимает, как сильно его убивает, что его любимый велосипед утерян.
– Я знаю, мы не разговаривали уже пару недель. Что-то ведь тянет тебя делать эти безумные трюки на обледеневшем озере?
Ему видно, как она еле сдерживается, чтобы не устроить ему разнос, и он, натянуто улыбаясь, кивает.
От нее не ускользает, что на самом деле он не ответил.
– Думаю, ты ждешь другого посетителя?
Почти в тот же момент, когда Колин кивает, входит Джей, встает у кровати и смотрит на его как на привидение.
– Ты напугал и вышиб из меня все дерьмо, Кол. Я и не думал, что у тебя это получится.