Возвращение
Шрифт:
– Нужно быстро перевезти во Вьетнам больше полусотни пусковых установок, несколько тысяч ракет и добровольцев, – сказал Косыгин. – Перебросить железной дорогой не позволят китайцы, поэтому остаётся только морской путь. Обычно мы используем Черноморское и Дальневосточное пароходства...
– Извините, товарищи, но я не обеспечу за короткое время такие объёмы, – возразил министр морского флота Бакаев. – Прорыв морской блокады американцев даже одиночными судами не такое простое дело, а вам всё нужно сделать за два месяца.
– Меньше, – уточнил Малиновский. – Технику ещё
– Тем более!
– А если бы не было блокады? – спросил Косыгин. – Смогли бы, Виктор Георгиевич?
– Тогда сможем, нужно только обговорить с министерством Патоличева, какие рейсы по их контрактам можно задержать, потому что у нас не бывает свободных кораблей.
– Тогда выслушаем Сергея Георгиевича.
– Мне было дано задание подготовить ударную группу кораблей Черноморского флота, – сказал Главком ВМФ Горшков. – Задание я выполнил. В группу войдёт большой противолодочный корабль «Комсомолец Украины», два ракетных крейсера, несколько эсминцев, танкер и тральщики. Возглавит группу командующий Черноморским флотом адмирал Чурсин.
– Постойте, товарищи, вы что, собрались воевать? – удивился Патоличев.
– Пока нет, – ответил Горшков. – Планируется дружественный визит наших кораблей в порт Хайфон. Заодно они проведут нужные нам корабли с грузом, постоят в порту и прикроют выгрузку техники и добровольцев. Мы не признаём блокаду Вьетнама Америкой, поэтому пошли они... Честно говоря, давно хотелось утереть им нос, да не давали.
– Вы только поосторожнее, Сергей Георгиевич, – предостерёг Громыко. – Ни к чему нарываться на неприятности, да и сил у них намного больше.
– Чурсин очень выдержанный человек, а на наших кораблях есть тактическое атомное оружие. Они это знают и не станут наглеть. Поводов для провокаций давать не будем, но и хамить не позволим.
– Тогда, Виктор Георгиевич, решите вопрос с заявками министерства внешней торговли и определитесь с кораблями, – сказал Косыгин. – И сделайте это как можно быстрее, потому что первые грузы начнут прибывать в Севастополь уже через два дня. Всё, товарищи, с этим вопросом закончили.
– Ты долго будешь копаться? – спросил я Ольгу. – Уедем без тебя.
– Я готова! – Она схватила портфель. – А обратно отвезёте?
– Назад придётся топать самой или ждать, пока отучимся мы. Шевелитесь обе, опоздаем.
Машина уже стояла у подъезда, а Сергей демонстративно посмотрел на часы.
– Здравствуйте, – поздоровалась Ольга. – Я её сестра!
– Здравствуй, красавица, – сказал Виктор. – Ребята, садитесь быстрее, опоздаете.
– Бабушки не будет? – спросил Сергей. – Тогда поехали.
К школе пришлось бежать, и звонок ударил по нервам, как только мы переобулись.
– Никогда не бегала в школе, пока не связалась с тобой! – высказалась Люся перед тем, как вбежали в класс.
– Считай, что я проигнорировал этот наезд, – ответил я, идя на своё место. – Надо раньше будить Ольгу. Всем привет!
Первый учебный день прошёл скучно. Слушать учителей было неинтересно, ребята меня не интересовали,
– Не обращай внимания, – сказал мне Игорь Сычевский. – Отец работает в МГК, вот она и воображает из себя королеву. Ей далеко до дома, поэтому он иногда присылает машину. Вы сейчас куда?
– Нам тоже не очень близко, поэтому пользуемся услугой соседей, – сказал я. – Если будут проезжать, подберут, не повезёт – дойдём сами.
Машина ждала в положенном месте, поэтому уехали без задержки и через несколько минут были дома.
– Зайди к соседу, – сказал мне Сергей, когда мы покидали салон.
Я проводил Люсю и оставил портфель в прихожей, после чего позвонил в квартиру куратора.
– Заходи, – сказал Фёдор Юрьевич, пропустил меня и запер дверь.
– Где мои вопросы? – спросил я. – Вам что-нибудь для меня передали?
– Идём в комнату. Вот пакет с вопросами, а это магнитофон. Включишь на запись и отчитывайся. Решили, что это будет удобнее написанных тобой листов. Сколько нужно времени?
– Дайте хоть посмотреть, чего от меня хотят, – отозвался я, прочитал пять вопросов и, прикинув время, ответил: –Примерно полчаса.
– Тогда я вызову Белову и подожду её у подъезда, – сказал он. – Яне имею права здесь присутствовать, пока ты работаешь.
Я подождал, пока куратор не выйдет из квартиры, включил магнитофон на запись и начал говорить:
– Причиной замены министра обороны была его смерть. Малиновский умрёт тридцать первого марта шестьдесят седьмого года от рака. Метастазы пойдут в кости, и смерть будет очень тяжёлой. Это как-то не вспомнилось само. Двадцать первое июля – день военного переворота в Греции.
Я минут десять говорил всё, что знал о режиме «чёрных полковников».
– По гибели Комарова двадцать четвёртого мне нечего добавить. Разбирайтесь с парашютной системой. По шестидневной войне изложил весь её ход. Хочу добавить от себя, что лучше товарищу Косыгину не мешать Египту нанести удар по Израилю. Когда двадцать пятого мая в Москву прилетел военный министр Египта Шамс эль-Дин Бадран, Алексей Николаевич запретил ему нападать первым. В результате первым напал Израиль, который практически полностью уничтожил на аэродромах всю египетскую авиацию, обеспечив себе господство в воздухе. После этого не составило труда уничтожить у арабов тяжёлую технику. Полная аналогия с Великой Отечественной. Последний вопрос о теракте на Красной площади. Время уточнить не могу. Читал в двух источниках, и в обоих написано, что это случилось в конце сентября. Взрыв у мавзолея привёл к человеческим жертвам. Смертником был некий Крысанов из Каунаса. Это всё, что я знаю.