Возвращение «Back»
Шрифт:
— Она хочет сохранить тебе пособие, — осторожно сказал Чарли.
— У нее щедрое сердце. А ты, смотрю, много обо мне знаешь!
— Простите великодушно. Разумеется, это не моего ума дело.
— Нет, что ты. Забавно это как-то, после такого начала… и тут ты, оказывается, знаешь всю мою жизнь, удивительно.
— Случай. Считай, что мне повезло.
— Выпей еще чаю. Кстати, ты не спросил у них про лишние карточки, помнишь, я говорила?
— Как я мог?!
— Вот что. Я сама попрошу, когда там буду. Мне это
— Арт?
— Да, Артур Мидлвич.
— Нет, а при чем тут он?
— Он как-то изменился. Совсем не узнать человека.
— Я ничего не слышал. А что?
— Не волнуйся, тебе не придется ни к кому ходить, это только с папой, — рассмеялась она. — Не бойся ты. Я только спросила, думала, может быть вы по работе видитесь.
— Я — нет. Мы в разных местах. Он в СЭГС, Артур. Значительное лицо.
— Мне пришла одна мысль…
— Да?
— Думаю, у него проблемы. Он стал совсем другим. Кажется, я догадываюсь, хотя даже не знаю, кем он работает. Не удивлюсь, если ты у Мидзов тоже большой человек.
— Я? Обыкновенный чиновник.
— А почему эта дама по телефону назвала тебя управляющим?
— А, это наша мисс Уиндл.
— Какая же у тебя работа?
— Она правильно сказала.
— Ну вот видишь. Надо научиться уважать себя. Например, Арт считал бы за честь работать в твоей компании, даже на более низкой должности.
— Да Бога ради, только не за одним столом, и в разных комнатах.
— Ты не справедлив к этому парню, и к себе.
Они поговорили еще. И не желая злоупотреблять ее гостеприимством, он через некоторое время ушел. Оставшись одна, она думала о том, что он ни словом не обмолвился о следующей встрече. Разумеется, самой предлагать ей не пристало.
Глава 21
В течение последующих трех недель он трижды наведывался к мисс Витмор, трижды стучал в дверь чудным молотком-дельфином. И ни разу не застал ее дома. Наконец, сообразил, что она, должно быть, каждый Божий день ездит в Редхэм. И в ближайшее воскресение отправился туда сам.
Он поднялся на крыльцо и постучал. Она отозвалась так, словно была в этом доме хозяйкой.
— Привет, дорогой, — сказала она. — Заходи. Папа все тот же. Здесь Арт, — шепотом добавила она.
— О? — сказал он.
— У него плохие новости. Потерял работу, — все еще шепотом. — Его уволили. Бедный Арт, как жалко его. Он приехал просить отца замолвить за него словечко. Он не знал, понимаешь? Сейчас с ним мать.
— Она вернулась из Хаддерсфильда?
— Нет, конечно! Я о миссис Грант.
— А-а…
— Хорошо, что я здесь. Она так устала, у нее все из рук валится. А он хороший такой лежит, тихий, ни на что не жалуется.
— Он заговорил?
— Ну что ты. Все у него на лице. А я уж и не знала, когда увижу тебя, — она опять перешла на шепот.
— Я
— Как это мило. Пойдем, ты, наверное, хочешь поговорить с отцом?
Она проводила его наверх.
Мистер Грант лежал все так же, как несколько недель назад, но на этот раз глаза его были закрыты — неподвижный, бессловесный, безнадежный, как и подобает в таких случаях. Чарли вошел и поздоровался. Мисс Витмор наклонилась и, как ребенку, заворковала ему на ухо. Чарли смотрел на его опущенные веки, гадая о том, что скрывается под ними. Нэнс кивнула. Он выдавил из себя пустую фразу и вышел.
— Ты вредный, — сказала она, оставив мистера Гранта. — Я дала тебе знак, а ты не поговорил.
— Я не мог, — сказал он, спускаясь вниз.
— Знаю. Поначалу это нелегко. Но потом привыкаешь и перестаешь замечать.
— Это надолго?
— Врачи говорят, это может произойти в любую минуту. Мать держится превосходно, просто превосходно.
Внизу они неожиданно столкнулись с Мидлвичем и миссис Грант. Маленькая прихожая с трудом вмещала четверых.
— О, привет, Чарли, старый мой приятель, — Мидлвич по привычке говорил громко, очень наигранно. — Вот уж где не ожидал тебя встретить, — и вел себя, как хозяин. — Поговорим как-нибудь о том, о сем?
— Ну, Чарли-Барли, — пожала ему руку миссис Грант. Она выглядела прекрасно и казалась довольной жизнью. — Как приятно, что ты не забываешь стариков и приехал навестить нас с мистером Грантом!
— Как он? — спросил Чарли.
— Разве ты не от него? Я слышала, ты поднимался. Ты заметил, как он изменился? Он стал намного лучше.
— Это хорошо.
— Врач говорит, ждать надо в любую минуту, — невозмутимо продолжала она.
Саммерс впервые поднял глаза на Артура Мидлвича. Но тот был далеко. Он был занят.
— Не говорите так, — сказал Чарли.
— Чарли, все мы должны быть к этому готовы. Главное, он не страдает. Я же знаю, — настаивала она.
В прихожей повисло неловкое молчание.
— Это хорошо, — сказал Чарли.
— Ну, мне пора, — заявил мистер Мидлвич, — звякну тебе на днях, — обращаясь к Чарли. — Благодарю за то, что уделили время и выслушали меня, миссис Грант. Я ничего не знал о… — и, не договорив, поспешно вышел.
— Не по душе мне этот джентльмен, — сказала миссис Грант.
— Артур безобидный, мама, — сказала Нэнс. — Просто у него настали не лучшие времена.
— Пойду проверю, как там мой старый Грант. Вам, молодым, наверняка есть о чем поговорить друг с другом, — многозначительно сказала она.
Чарли не знал, куда деть глаза. Оставшись, они прошли в гостиную и сели друг против друга. Он чувствовал ужасную неловкость и не знал, с чего начать. Нэнс заговорила первая.
— Я знаю, чего никогда не прощу этой войне, никогда, пока живу на этом свете — она отняла у меня Фила…