Война
Шрифт:
Нас от Костлявой всю ночь охраняет
Машенька! Маша — сестра постовая,
Бережно гладит затёкшие руки,
Лаской врачуя бессонные муки.
Раны и боль — её табель о рангах,
Мы перед нею равны словно братья.
Тихо склонилась она над кроватью,
Машенька! Маша — палатный наш Ангел!
Словно молитву шепчу её имя:
Машенька! Машенька!
Аве Мария!
Нет не в бреду мне привиделось-снилось,
И не с небес она к нам опустилась,
Машенька — наше спасенье от смерти,
Стало святым её сердце, поверьте!
Знаю, как плачет она после смены,
Знаю, что просит у смерти
Машенька! Маша — сестра постовая,
Боже! Храни её! Я заклинаю!
Словно молитву шепчу её имя:
Машенька! Машенька!
Аве Мария!
Знаешь, ты очень похожа на маму,
Может заботой своей неустанной.
Знаешь, у мамы такие же руки,
Часто я их вспоминаю в разлуке…
Чёрная чёлочка, носик в веснушках,
С виду девчонка, а тронете душу,
Явится взору до боли знакомый
Образ Мадонны,
Сошедший с иконы…
Словно молитву шепчу её имя:
Машенька! Машенька!
Аве Мария!
Да светится имя твоё!
И ныне, и пристно,
И во веки веков!
Аве Мария!
Аве Мария!
Аве Мария!…
Песня проняла обоих слушателей и адъютанта — молодого лейтенанта, который просочился в столовую едва услышал звуки музыки.
— А почему на католический манер? Николай Оттович!
— Да, просто не хотелось с нашими священниками конфликтовать, а так вроде и никакого ущерба православию, да кощунством бы попахивало.
— А строчки из молитвы, всё таки использовали..
— Так и тут можно считать переводом на русский католической молитвы, и кому какое дело, что в католических канонах все службы и молитвы только на латыни.
— Очень хорошая песня и как раз про Марию Михайловну, видел я, когда эскизы делал, как её раненые и больные обожают. А за то, что я их сестру-Марию рисую мне как только угодить не старались. Вот только бы священники не обиделись.
— Да, как будет, так и будет, мне уже высказывали, что я нечистого в песнях крамольных поминаю, но вроде удалось оправдаться. И это не столько про мою жену, сколько про всех сестёр милосердия, жён и матерей наших. Меня же после ранений тоже Машенька дома выхаживала, как руки на голову положит, и боль уходит.
— Вот будешь у Николая Оттовича на крейсере, у него там традиция песенные вечера для команды устраивать, ещё не только эту песню услышишь. Он тут флоту марш подарил, теперь, я слышал, сибирские казаки под его песню гарцуют… Нам Василий Васильевич нужно сейчас о своих делах поговорить, а к обеду мы позовём. — Верещагин ушёл в салон, а Макаров словно подобрался.
— Артеньева забрать хотите? — Вдруг сорвалось с языка.
— Да и не только его
— Степан Осипович! Я Вас понимаю, но мне же новых с нуля учить придётся, а дело ли это во время войны учёбой заниматься, притирать экипаж заново?! Да и страшно, если честно, вдруг не выйдет.
— Николай Оттович! Давайте я скажу, и думать будем. Мне кровь из носа нужен капитан на "Севастополь", нужен на "Победу", нет у меня броненосной линии, броненосцы есть, а линии нет, с кем в бой идти?! Хорошо, что вроде Вирен с крейсерами вопрос решил и во Владике Рейцейнштерн на своём месте, но и там некого на "Марию Николаевну" ставить! Николай Карлович мне телеграммы шлёт, что на него Наместник давит, а мне ставить некого. Что скажете?
— Степан Осипович! Всё я понимаю и отдавать не хочу, но если так нужно, но только, не потянут мои офицеры броненосцы, да и ценз старшим офицером только у Артеньева
— Вот это могу обещать не колеблясь, тем более, что и статус Георгиевского корабля это позволяет! Так, думаете, что не потянут?
— Я хочу как лучше и для них и для флота. Как вы смотрите, если возьмёте себе Сергея Николаевича флаг-офицером, вот здесь он точно на месте будет и с работой справится, голова светлая, дисциплинирован, местами даже излишне дотошен и педантичен. А флаг-офицера на броненосец двинете, ведь Тимофей Иванович уже все цензы выслужил и опыта не занимать!
— А интересная мысль, давайте пока так прикинем, а ещё одного капитана?
— А ещё одного предложу Михаила Коронатовича, а вот с "Акаси" мой Тремлер сладит, в этом уверен, характера не занимать и артиллерист, что называется "от Бога".
— И чего вы так казака двигаете, Николай Оттович?
— Никакого шкурного интереса, Степан Осипович! Вот только он именно командир военного времени, не шаркун паркетный, а именно командир! В нём уверен, как в Тремлере на "Фемиде".
— Так он же капитана второго ранга всего ничего получил!
— И, что с того? Главный вопрос справится или нет! А мои капитаны второго ранга даже моложе по представлению! И вообще, мне эта глупость по исчислению кто раньше в звании такой нелепицей кажется! Тем более, что война, а враг из японцев оказался серьёзный и Британия с Америкой их очень плотно подпирают! Как бы нам после победы над японцами ещё и с просвещёнными мореплавателями не сцепиться!
— Ну, вы скажете тоже!
— А что здесь нелепого? Вот сами подумайте. Что для англов самое главное и важное? Главное — это деньги и войну эту они затеяли, чтобы России укорот сделать и денег заработать, даже не скажу, что при этом важнее для них. А чтобы денег заработать, Япония должна по их замыслу отсталую Россию победить и быстро. А тут уже третий месяц войны, и треть флота японского уже потоплена, а Россия, вот ведь нахалка какая, сдаваться не спешит. А еще, как только наша эскадра немного сплавается, Вы же в Артуре сидеть не станете, пойдём крошить японцев прямо в их логове. И что выходит? А выходит, Степан Осипович, что помогать Японии англо-саксы начнут с удвоенной-утроенной энергией. Ведь лондонские и Нью-Йоркские банкиры не простят ни политикам, ни адмиралтейству потери своих дивидендов, значит, победа нужна любой ценой! Так, что готовиться воевать со всем флотом метрополии на Востоке нужно начинать уже сейчас.
— И Вы думаете, что Георг пойдёт на объявление России войны?
— Войны официально не будет, потому, что в Европе она сейчас никому не нужна, но это не значит, что здесь нам не придётся воевать со всем английским флотом, а это гораздо серьёзнее японцев, хотя у них тоже есть слабые места.
— Ну-ка, ну-ка! Что это за слабые места у английского флота?!
— Возможно, я не очень точно выразился. Но мне кажется, что чванство и спесь англичанам очень может помешать воевать хорошо, ведь они, по сути, на море уже больше века ни с кем серьёзно не воевали, либо стравливали кого-то, а сами в стороне отсиживались, или больше бряцали оружием и своим "Двойным стандартом", а политики и деньги всё за них делали. А из этого следует, что новому они учиться не будут, выводы из поражений Японцев тоже не пожелают делать, вот и надо на этом их ловить. Да и корабли у них слабее наших и немецких.