Война
Шрифт:
Их поход по замку, дворцу и Малому городу превратился в серьёзное собрание ответственных лиц, когда к их маленькой компании присоединился и дворцовый Распорядитель Манит и Дворецкий Саберт. В ведении первого были все помещения дворца и его ждала непростая работа по выполнению указаний Бахтина, а второй ведал погребами и кухней и именно ему предстояло вплотную заняться их разумным распределением.
Зная Бахтина, Иллар не сомневался, что всё будет идти под его тщательным контролем и горе тому, что нарушит его предписания. Впрочем, ни Урхард, ни Манит, ни Саберт никогда
— Куда теперь? — Латин решил прервать внезапную задумчивость друга, когда они покидали Бахтина, ограничившись на этот день обходом замка, дворца и нескольких складов Малого города. — Пора бы и пообедать. Те сухари на складах, которые дал нам попробовать Бахтин, я не могу считать за обед.
— Не знаю, Латин, — остановившийся Иллар виновато посмотрел на друга. — Мне надо кое-что сделать. Но брать ли тебя с собой… Это… не так просто и не так легко. Если ты откажешься, мне, возможно, даже будет легче. Не знаю.
— Не попробовав, не узнаешь. Конечно, я иду с тобой. Но после обеда.
— А мы идем туда с обедом, — вздохнул Иллар.
— Нет обеда — слаб как тряпка, съел обед — силен как лев! — радостно пропел Латин.
Загрузившись на кухне корзиной с едой, Иллар повел друга к тюремным казематам.
— Э-э-э, — Латин поежился, — ты точно не перепутал? Мы идем обедать в тюрьму? Может, тебе попалась утром несвежая булочка, или сухарь Бахтина был всё же с плесенью? Тебе нехорошо?
— Ты все еще можешь передумать.
— И на глазах всего дворца, делить содержимое корзины? Извини, но кухарка выгонит меня взашей, если я вернусь за обедом второй раз.
— Тогда терпи, сам напросился.
Они спустились в подвальное помещение, повернув в ту сторону, в которую обычный солдат предпочитал не сворачивать. К удивлению Латина, Иллар прекрасно ориентировался в этих коридорах и помещениях. Попадающиеся охранники не удивлялись, лишь сухо приветствовали их.
Поплутав, они оказались в комнате, похожем на обычную караульную в верхних казармах. За установленном посреди комнаты столом, сидели солдаты, в комнате было несколько дверей, одна из которых явно закрывалась большим засовом, сейчас просто стоявшим рядом.
Иллар поприветствовал присутствующих. Услышав в ответ нестройный ответ, уверенно подошел к одному из тюремщиков и протянул ему подготовленную бумагу. Тот также не удивился приходу молодого человека и молча прочитал протянутую бумагу:
— Заковать, милорд?
— Нет, как обычно.
Тюремщик недоверчиво оглядел Иллара и его спутника.
— Мы будем рядом, — мрачно сообщил он и коротко отдал приказ одному из солдат.
Через некоторое время они остались в комнате одни. Иллар сосредоточенно начал раскладывать на столе принесённые продукты, игнорируя вопросы помогавшего ему Латина, который с интересом поглядывал на дверь с засовом. Его любопытство было вознаграждено. Он первым увидел высокого, немного сгорбившегося человека, заросшего спутанной шевелюрой, с небольшой и такой же неряшливо спутанной
Вошедший недоуменно посмотрел на молодых людей, явно ожидая увидеть кого-то другого. Мимоходом презрительно усмехнулся на сморщившего нос Латина, потом остановил взгляд на Илларе.
Тот приглашающе указал на стол. Тюремщик вышел, а заключенный медленно перекинул ноги через скамью и уселся за стол. Друзья пристроились напротив.
— Ногал, ты помнишь меня? — спросил Иллар, наполняя кубок принесённым вином и протягивая его заключенному. Сам взял кусок ветчины и положил в рот.
Мужчина не спеша выпил, блаженно зажмурился и взял ломоть сыра. Неторопливо откусив, прожевал, искоса наблюдая за юношами, дружно налегавшими на расставленную еду с аппетитом, соответствующим их возрасту. Голодный Латин даже примирился с ситуацией. Аппетитная ветчина и овощи были явно ценнее вида окружающей обстановки.
— Ты тот парень, что всегда приходит с принцем Интаром? — наконец произнес Ногал.
— Да, это мой отец.
Ногал усмехнулся, продолжая есть.
— Простите, милорд, не знал.
— Думаю, отец представлял меня тебе, просто ты не обратил внимание. Меня зовут Иллар. — Он кивнул на Латина, — это мой друг Латин.
Ногал кивнул, продолжая есть. Некоторое время они молчали.
— Что вам от меня надо, лорд Иллар? — спросил, наконец, Ногал, когда все присутствующие утолили первый голод.
— У меня имеется поручение отца и мне необходимы люди. Отец просит тебя присоединиться к моему отряду.
Ногал откинулся на вытянутые руки.
— О, даже так? — задумчиво произнес он, — А давайте-ка, милорд, я задам вам несколько вопросов. Зачем это я вам понадобился, как вы меня отсюда вытащите, и почему это принц сам не пришел мне это сообщить? Или ему стыдно, что невиновный сидит в тюрьме?
— Ты виновен, Ногал, что бы ты не считал на этот счет. Убийство человека — есть убийство!
— Вы все прекрасно знаете, кем был тот ублюдок!
— Его должен был осудить Королевский Совет! А не простой человек, как ты.
— Но я его нашёл, а не твой Совет! Я видел, — узник сделал упор на «я», — что натворил этот зверь, а не Королевский Совет! — повысил голос Ногал.
— Но ты, Ногал, не палач, а солдат. Никто не наделял тебя таким правом!
— Скажи лучше, я взял на себя право судить, которое принадлежит этому твоему Совету. Да ещё человека из их круга. И вот именно за это твой Совет мне и мстит таким образом…
— Я скажу, — твердо сказал Иллар, — что ты взял на себя не ту ответственность.
Ногал внезапно рассмеялся:
— Ты действительно сын своего отца! — Он наклонился вперед. — Так зачем я тебе понадобился? Ты все ещё не ответил на мои вопросы.
Ногал заинтересованно смотрел на Иллара, не забывая потягивать вино из кубка.
— Мой отец в настоящее время направляется в Кордию. Предположительно на неё напали Ситарские острова.
— Паршивое дело!
— Ты что-то знаешь о Ситарских островах?