Война
Шрифт:
Они упали вместе. Но Ногал оказался сверху, а юноша сильно приложился головой о землю. Когда Ногал встал, тот еще лежал. Латин подбежал к нему и помог подняться.
Мужчина держался за бок, туда, куда попал меч противника, Иллар тряс головой. Вокруг, как, оказалось, собралась немалая толпа.
К ним подошел капитан стражников:
— Ногал!
— Фаркус!
— Давненько тебя не было видно.
— Отдыхал.
— Ходили слухи…
— Не верь, я, как видишь, в строю.
— Калечишь
Ногал весело рассмеялся, смехом заглушая слабый стон:
— Будем вместе опекать парня?
— Я так смотрю, он не даст себя в обиду!
— Когда-то я победил его отца.
— Только однажды, Ногал, только однажды. И с сыном, похоже, у тебя будет та же история.
Иллар подошел к ним, потирая челюсть.
— Я видел это, — сказал он хмуро.
Двое воинов переглянулись.
— Мы не помним тебя.
Иллар слабо улыбнулся:
— Обычно меня не замечали.
Он протянул руку Ногалу:
— Ты со мной?
— Да! — рассмеялся Ногал, — нам обоим явно нужна практика.
Самое лучшее средство прийти в себя после боя, и особенно после тюрьмы, как утверждал Латин — это посещение заведения госпожи Самиты. Он и потащил туда двух недавних противников.
— Мы с тобой сегодня дважды провели бой, — убеждая Иллара, Латин без зазрения совести посчитал свою схватку с двумя противниками за две, — мы сидели и обедали в тюрьме, а Ногал вообще не выходил оттуда год. После этого вы обменялись тумаками. Если тебе не жалко меня, себя, пожалей своего нового подчиненного.
— В мое время дом госпожи Самиты в Малом городе был мне не по карману, — усмехнулся бывший узник.
— В счет будущего жалованья, — отмел эту причину Латин, — думаю, милорд не откажется выдать задаток.
— Будь по-твоему, — голова все ещё гудела и Иллару было легче согласиться, чем спорить.
А у госпожи Самиты, где их окружили оханьем, аханьем, плотным ужином и предоставили теплую чистую постель, отнюдь не пустую, им всем действительно стало легче.
Глава 4
Иллар. Выезд из столицы
Иллар не собирался проводить утро в неге и, чуть рассвело, зашёл за другом и разбудил его:
— Ты будешь тираном, Иллар Илонийский, — ворчал Латин, — из-за тебя я не спал всю прошлую ночь. Сейчас ты поднимаешь меня, когда я только-только уснул.
— А кто меня вчера будил рано утром? — мстительно заметил Иллар, — И кто тебе не давал спать? Твоя девушка вполне выспалась, — он с улыбкой кивнул на сладко посапывающую спутницу Латина.
— Естественно, её же не посетило вдохновение!
— Что тебя вдохновило на этот раз?
— Твой Ногал. Я всю ночь писал трагедию…
— Не верьте ему, милорд, — прошелестела проснувшаяся
— Предательница! Ты упустила возможность подзаработать еще немного. Мой командир, сжалившись надо мной, оставил бы меня здесь, в твоей постели!
— Не оставил, — пресек его стоны Иллар, — собирайся!
— А Ногал? Сходи пока разбуди его!
— Еще немного, и ты прикажешь мне принести вам обоим домашние туфли, — рассмеялся Иллар.
— М-да, — Латин поморщился, — что-то с этим я перегнул палку. Ладно, тогда жди, сейчас я умоюсь, приведу себя в порядок и пойду его будить…
— Ногал мне не нужен, — остановил его Иллар, — пусть отдыхает. К тому же он солдат, ему не нужны напоминания…
— Я тоже солдат, мне тоже не нужны напоминания, — всё ещё ворча, одевался Латин.
— Как я понял, ты только что утверждал, что в первую очередь — ты поэт!
— Ну да! Вот смотри, — он начал декларировать. — Краса девиц не вечна, успей ее поймать…
— Все, верю! Можешь не продолжать!
Как оказалось, Ногал ждал их в нижней гостиной, отдавая должное холодному мясу. Иллар нахмурился, увидев в руке Ногала большой кубок.
— Не рано? — вместо приветствия, хмуро кивнул он на кубок.
— Простоквашу? — Ногал хитро подмигнул Латину.
Тот не поленился и заглянул в кубок.
— В самом деле, — искренне удивился он.
— Прости, — Иллар покаянно покачал головой, — Я не должен был обвинять тебя.
— Ты командир, тебе положено волноваться на этот счет.
— Ты съел все? — разочарованно глядя на весь в огрызках и костях поднос, поразился Латин. — Тебя в тюрьме что, не кормили?
— Пошли, — потянул того Иллар, — мы поедим во дворце, — Ногал, найдешь нас в моей комнате, она рядом с кабинетом отца, пусть тебя проводят.
Ногал кивнул:
— Я знаю, где кабинет принца.
Вскоре они были во дворце. По пути заскочили на кухню, и кухарка порадовала их подносом уже знакомых булочек. Пока они несли поднос до комнаты, он наполовину опустел. Дожевывая очередной кусок, Иллар задумчиво произнес:
— Знаешь, мне кажется, это ненормально, когда я бегаю сам на кухню за едой.
— Не сам, иногда бегаю я, — резонно поправил его Латин.
— Но я никогда не видел, чтобы отец бегал за едой на кухню. Нам всегда приносили еду даже в кабинет, если мы не ели в столовой со всеми.
— Он уехал, и его сняли с довольствия.
— А так как я всегда был с ним, меня само собой вычеркнули из списка. Маме, как я понимаю, и в голову не пришло, что мне не приносят еду.
— Ужин со всеми ты второй день пропускаешь, вот про тебя и забыли.