Войд
Шрифт:
– Благодарю, пока не надо.
– Что ж, я бы всё-таки выпил по капелюшечке коньячку для храбрости.
Медведь колебался недолго.
– Лучше наше зелье, чистенькое.
– Крымский «Хрустальный грот» пойдёт?
– Давай.
Воеводин мысленно скомандовал домовым принести всё необходимое, и вскоре на столе появились графинчик с водкой, стаканчики и канапе с солёным огурцом.
Выпили по глотку.
– Вот чего лишены Знающие, – сказал Воеводин с ноткой превосходства в голосе, – им никогда не понять наших ощущений!
– Если
– Само собой.
В прихожей раздался звонок сторожевого автомата.
– Кажется, приехали, – встал Воеводин.
Это и в самом деле прибыл Грымов с тремя мужчинами, самый старший из которых, седой, с длинным породистым «скандинавским» лицом и светлыми глазами, и был доктор медицины Йен Лундквист.
Грымов выглядел озабоченным, и Воеводин обратил на это внимание.
– Что-нибудь случилось?
Заместитель командующего покосился на Медведя.
Воеводин понял, кивнул Лундквисту:
– Работайте, док, не будем вам мешать.
Медведя усадили в кресло, развернули вокруг аппаратный бокс наподобие реаниматора.
Воеводин и Грымов уединились в кабинете генерала.
– Надеюсь, ничего серьёзного? – начал Воеводин.
– Как сказать…
– Я не получал никаких чрезвычаек.
– Только что встречался с Лебланом, неофициально. Он вам перезвонит. Новости плохие.
– Я хороших и не жду. – Воеводин сел за стол, жестом предложил гостю расположиться на диванчике. – Ну?
Леблан утверждает, что Знающие собираются привлечь для нашей ликвидации Чёрные и Серые цивилизации Великого Кольца в нашей же Галактике.
Воеводин сцепил руки на груди, переваривая сказанное.
Чёрными цивилизациями учёные-ксеносоциологи условно называли тех, кто признавал только право сильного и готов был применить любые средства для воплощения своих замыслов, вплоть до уничтожения инакомыслящих. Серыми принято было называть цивилизации, считавшие возможным нарушать одно-два правила из Свода Законов общего существования в космосе.
– Чёрные нам пока не встречались.
– Мы сами чёрные, – оскалился Грымов.
– Не перегибай палку.
– Я не перегибаю, агрессии у нас хватает, так что к светлым мы не принадлежим никоим образом. Но это к слову. Нам необходимо знать, откуда будет нанесён удар.
– Леблан может ошибаться.
– Вряд ли, он не просто курьер МККЗ, доносящий до нас новости Комиссии, он прекрасно зарекомендовал себя как человек дела. Надеюсь, он предупредит нас вовремя. Но и это ещё не всё. Из того же источника ему стало известно, что отряд Знающих внутри Солнечной системы намеревается уничтожить мешающий им космофлот Федерации.
Воеводин с сомнением посмотрел в глаза Грымову:
– Каким образом?
– Не знаю пока, известен лишь факт постановки задачи. Поскольку у Знающих нет собственного флота, они используют технику порабощённых цивилизаций, те же «крокодилочерепахи», но в открытом бою наши крейсеры превосходят эти машины.
– Ни один их корабль к Солнечной системе не прорвётся. Разве что мощный флот…
– Я же говорю, они будут устраивать диверсии, используя агентуру и зомбированных ублюдков в качестве террористов-смертников.
Воеводин замолчал, раздумывая. С сожалением покачал головой:
– А я хотел отдохнуть пару дней… жену уговорил устроить пикник на речке, вдвоём: палатка, лес, берег, удочки… красота!
– Ну и отправляйтесь, за два дня ничего особенного не произойдёт, будем работать по утверждённому плану. Какую речку выбрали?
– Десну, мои родичи из тех краёв.
– Прекрасный выбор.
– Нет, полковник, как говорил мой любимый Джек Лондон, время не ждёт. Будем решать проблемы, мы ещё не победили.
Оба вернулись в гостиную.
– Бросили меня тут одного, – пожаловался Медведь, вокруг которого хлопотали специалисты Грымова, – на съедение своим психиатрам. Мой терафим жалуется уже, что ему помяли бока, образно говоря.
– Ничего, ужмётся, – сказал Воеводин. – Зато ты теперь будешь во всеоружии.
– Мы добавили программу «эола», – сказал Йен Лундквист почти без акцента.
– Прекрасно, молодцы, что проявили инициативу.
– «Эол»? – поднял брови командор.
– Этот гаджет поможет тебе анализировать поступки и речи окружающих. «Эол» уже зарекомендовал себя как психоаналитик, с его помощью мы обезвредили полсотни агентов Знающих.
– Предупреждать надо.
– Извини, о тебе в первую очередь и беспокоились.
Медведя освободили от присосок, манипуляторов и датчиков, он натянул свой фирменный официал-уник с эмблемой и шевронами Погранслужбы на рукавах.
– Когда ждать гостей?
– Мы предупредим заранее.
– Связь?
– Наш «спрут» использует менары с кванкриптом [10] , лучше всего будет подключить тебя к системе.
– У меня есть менар.
– Наши менары вживляются в кости черепа.
10
«Спрут» – система многодиапазонной связи. Менар – мыслерация. Кванкрипт – система квантовой криптозащиты.
– Мой тоже.
– Можем заменить, – предложил Йен Лундквист безразличным тоном.
Воеводин покосился на заместителя.
Грымов развёл руками:
– Захватили на всякий случай.
Степан Фомич хотел похвалить зама за предусмотрительность, но передумал. Снова пришла мысль, что пора уходить на покой.
– Вы долго будете меня сверлить? – пробурчал Медведь, кинув взгляд на браслет коммуникатора.
– Минут пять.
– Вживляйте.
Йен Лундквист и его молодой молчаливый помощник начали заново монтировать универсальный технобокс.