Войд

Головачев Василий Васильевич

– Похоже, никакие человеческие трагедии не скажутся на судьбе нашей Вселенной, – проворчал Терёшин.

– Берите выше – никакие спесивые помыслы галактоидов и замыслы Знающих не повлияют на судьбу нашего Мироздания.

– Вы только что говорили, что человечество в какой-то степени стало предком Чёрненького. Разве это не является прямым доказательством того, что наша цивилизация уцелеет?

– Очень спорное положение, – вежливо возразил Фридман. – Знающие могут сбросить в Солнечную систему ещё одну Бомбу Хаоса и превратить её в обычную чёрную дыру. Вот вам и получится «клетка»

тела Чёрненького.

– Хорошая мысль, Майкл, – похвалил коллегу Шапиро. – Однако наш чёрный собеседник этого не помнит. Прошёл не миллиард лет и даже не триллион – во много раз больше времени! Ни одна материальная система не может хранить информацию так долго. Только чёрные дыры и дожили до момента нашей беседы. Командир?

Руслан очнулся: физик обращался к нему.

– Ясно одно: нам следует продолжать войну с оккупантами, чтобы это будущее – без них – состоялось! Либо предложить им альтернативу вместо нашей Вселенной. Пусть ищут другую… другой Миропузырь, свободный от разума, и переселяются. Теперь главное: может ли Последний-из… мм… Чёрненький… нет, ей-богу, лучше не звать его так, слишком панибратски звучит.

– Долгик.

– И это не подходит, звучит как детская кличка. Предлагаю – Долгоживущий.

– Какая разница? Я не возражаю. – Шапиро хохотнул. – Он тоже.

– Вопрос первый: может ли Долгоживущий помочь нам вернуться в родное время? Эксперименты со временем он не проводил?

– Его поле исследований – соседние Миропузыри Мультиверса, с ними он имеет прямую связь – через свои «нервные клетки» – чёрные дыры. Утверждает, что ни один известный ему Миропузырь не подчиняется такому набору физических законов, как наш.

– А Вселенную Знающих он посещал? – поинтересовался Фридман.

– Майкл, оставьте ваши научные интересы… – впервые подал голос Маккена.

– Погодите, Рудольф, – перебил его Шапиро. – Коллега задал очень путный вопрос, одну минуту… Чёрнень… то есть Долгоживущий говорит, что ему нужны более точные характеристики Миропузыря Знающих.

– У нас до фига информации, – сказал Артур Воеводин. – В памяти Клиффорда.

Руслан мысленно пожал руку парню: сам он до этого не додумался. Инк «Ра» действительно хранил всю информацию о первом погружении крейсера в Большую Дыру.

– Всеволод?

– Я понял, сейчас… объясняю суть… он подключается.

– Отмечаю нештатное подключение к серверу… – забеспокоился инк крейсера.

– Всё в порядке, Клиф, – поспешил успокоить его Шапиро. – Это не вирус, наш чёрный друг просто скачивает твою память.

– Если он его фрустирует – мы тут и останемся навеки, – проворчал бортинженер.

– Нет-нет, я просил нежненько… меня же он не превратил в идиота? Вот, есть ответ… Долгоживущий посещал мир Знающих. Этот Миропузырь претерпевает обратный расширению процесс, то есть сжимается. Когда Долгоживущий там был, жить Знающим оставалось немного, буквально пару десятков лет по нашим меркам.

– Здорово! Может, они так и остались там, свернувшись в чёрную дыру? – обрадовался Иванов.

– Долгоживущий посещал их давно, у него нет сведений, что сталось с Миропузырём Знающих.

– Пусть посмотрит.

– Пусть посмотрит… это не

минутное дело, друг мой, да и не захочет он, зуб даю. Вот… услышал… говорит – не занимается делами, не имеющими смысла.

– Видимо, придётся-таки нам разбираться со Знающими самим.

– Ага, если удастся вернуться, – буркнул Терёшин.

– Парни, придержите языки! – прервал подчинённых Маккена.

– Повторяю вопрос, – напомнил о себе Руслан. – Он может помочь нам вернуться?

– Он слышит… но молчит.

На волне интеркома установилась тишина. Решался вопрос возвращения домой, вопрос жизни и смерти, и все затаили дыхание, ожидая ответа колоссального мыслящего существа, размером больше родной галактики Млечный Путь, а массой намного больше.

– Может, он не понял? – робко спросила Вероника Солнышко через минуту.

– Всё он понял, не дурак, – заверил её Шапиро. – В нашей Вселенной время необратимо, вследствие совпадения «стрел» однонаправленных процессов, таких как рост энтропии. Я уже не говорю о парадоксах типа «вернулся в прошлое – убил дедушку». Это возможно лишь при реализации варианта Эверетта [13] . Боюсь, нам только помечтать об этом придётся.

13

Гипотеза американского физика Хью Эверетта III о квантовом расщеплении Вселенной на параллельные миры каждый последующий квант времени.

– Значит, мы останемся тут… навечно?

– Вечно! – фыркнул Шапиро. – Пару лет протянем, пока не кончится энергия, и всё.

– А он не поможет пожить подольше?

– Ну, дорогая моя, если хорошо попросить, может, и поможет. Хотя я не уверен. Планету для жизни, похожую на Землю, он не создаст, когда кругом протоны распадаются.

В рубке снова стало тихо.

Руслан перестал пялиться в темноту полусферы переднего обзора, закрыл глаза, представляя, как возвращается на Землю и встречается с Ярой… мелькнула мысль: как она там, без меня?..

– Ага, понял, – раздался голос Шапиро. – Как я и предполагал, со временем шутки плохи. Он даже не понимает механизма нашего прыжка в будущее, говорит, что это крайне маловероятное стечение обстоятельств. Нас попытались воткнуть в центральную чёрную дыру Галактики, мы стартовали на «струну»…

– Значит, мы обречены? – хмыкнул Терёшин.

– Надо верить в лучшее, молодой человек. Сложить ручки и помереть мы всегда успеем.

Руслан усилием воли вернулся из мечты в реальность и неожиданно для себя поймал странную идею, будто Яра, которую он мысленно обнимал, нашептала ему её на ушко.

– Минуту, Всеволод… Долгоживущий утверждает, что он связан со многими Миропузырями…

– Ну да, а что?

– Миропузыри все разные… и время в них концептуально может отличаться от нашего, так?

– Без сомнений.

– Что, если он перешлёт нас в Миропузырь, где время течёт в прошлое по сравнению с нашим? По силам ему эта задача? А потом он объяснит нам, как из того Миропузыря перепрыгнуть в наш в рассчитанный момент времени.

Ответом Руслану был общий вздох слушателей.